33.Кинороман "Сибирское похищение".

Автор романа - Ю.Гроза.

Он  опубликован на  сайтах  "Проза.ру"  и Стихи.ру".

Кнопки ниже, ведущие  на  эти сайты.

!!!  Во  всём  романе приставка «бес» не употребляется. Написано грамотно,

по-старорусски, - безконечный, безстрашный, безшумно, безсонница и т.д.  !!!

 

 

Кинороман

«Сибирское  похищение»

(или «Пути Всемогущего»)

                   Ю.Гроза-Чайковский

Аннотация:

В  этом романе следователь  прокуратуры  по  особо  важным  делам(важняк) 

капитан Ратников  выходит  на  след  крупнейшей  преступной  группировки.

Бандиты осуществили  дерзкие  хищения  на  сумму в 10  миллионов  долларов,

предварительно  похитив  перед  этим  на  военных  складах  целый  арсенал  оружия.

Важняк  приезжает  на  дачу  к серьёзному человеку, который  может пролить

свет  на  дело,  расследуемое капитаном. Но капитан ещё  не  знает о том,

что  преступная  мафия  всерьёз интересуется загадочным  и ценным блокнотом,

который  передал  Алексею  его отец  перед самой  гибелью…

С  этого  дня  Алексей  безследно  исчезает, и  никто  не  может  его  найти

– ни  мафия, ни  милиция, ни маги, ни  даже  всесильный КГБ…

Его  любимая  Ирина  пытается включить  высокие 

министерские связи  в  Москве, но  всё  безрезультатно…

…Советские будни  советского учреждения  сплетаются в единый  клубок

с  этим  непонятным и  загадочным происшествием, всколыхнувшим

мафиозные  и  деловые  круги большого города, а  также  силовые  ведомства…

…Имена и фамилии всех персонажей

  в данном романе изменены 

автором в целях безопасности.

Изменены  также даты и названия  городов.

 

   Я  хочу поведать вам  одну  удивительную, увлекательную  историю, которую  мне, в  свою  очередь, рассказал  знакомый  приятель опер, родом  из Сибири.  Эта  история  приключилась  не  с  ним, а  с  его  другом-следователем  27  лет назад. Если  быть  точным, то  описываемые     события  произошли  осенью  и  зимой 1990 года.

   В  этой  истории  самое  интересное  -  повисшая  в  воздухе  странная  и  необычная  загадка, скорее, сногсшибательная шарада, которая  будоражила  многих  серьёзных людей  ещё  добрый  десяток  лет после  того, как  всё  ЭТО  случилось…

   Над  странной загадкой  сушили  мозги  маги  и  мистики, парапсихологи  и  ясновидящие, колдуны  и  даже  некоторые  ведуньи, но  никто  из  них  так  и  не  добрался  до  сути  произошедших  тогда  чудесных  и  таинственных  явлений  и  событий. Заинтересованные  в  поисках  мафиозные  круги  потратили  внушительные  суммы  на  распутывание  этого  дела. Они  наняли двух частных  сыщиков-профи, но  и  те  остались  «с  носом». Силовые  ведомства  также  не  теряли  времени. На  расследование  этого  дела были  брошены многие  силы  местных КГБ и МВД… Приезжали  даже  люди  КГБ из Москвы…  Но  всё  было  тщетно… Словно  бы какая-то  Великая и могущественная Сила  перекрыла  все  каналы  доступа  и  набросила  покрывало  тайны на  всю  историю.

       …Но, пожалуй,  не будем  забегать вперёд. Начнём  с  самого  начала…

 

- Путь  к  «шпионским» делам -

 

…Алексей родился и вырос в Минске. С юности увлекался дедуктивным методом, расследованиями, детективами.  Любимыми произведениями его  были, разумеется, «Рассказы о Шерлоке Холмсе» сэра Артура Конан Дойля. Ещё  раньше, в 10-11 лет, он страстно мечтал  быть  разведчиком экстра-класса, так  как  любимый  персонаж  его  был  Макс Отто фон Штирлиц, которого так замечательно  сыграл Вячеслав Тихонов в фильме «17 мгновений весны». Для него это всегда был  образец, вернее, - образ  настоящего, профессионального  разведчика.

   Сразу  после  школы Алексей поступил в гуманитарный институт, окончил его с  отличием за четыре года, затем  его  призвали  в  армию. В  институте  была  военная  кафедра, поэтому он  честно отслужил  2  года в разведроте в чине лейтенанта, кое-что  полезное  и  важное для  охраны  складов внедрил  в  части, разумеется, предварительно согласовав  это  новшество  с  комбатом.  За  это  внедрение  комбат  присвоил  ему  очередное  звание. Демобилизовался  в  чине  старшего лейтенанта. После армии поступил на факультет общей философии Минского Государственного Университета. Через  три  года он  экстерном окончил  университет, и  в  том  же  году прошёл  переподготовку  армейских  офицеров, как  тогда  практиковалось в СССР. После  трёхмесячной  переподготовки  ему  было  присвоено  очередное  звание - капитан.

   На  тот  момент Алексею  исполнилось 27  лет. Высокий  лоб, правильные черты  лица, умные серые глаза, каштановые волосы, хорошо сложён, харизматичен… В  это  время страна  бурлила  переменами, то  и  дело на телевидении  и  в  прессе  мелькали  громкие   дела, - то  обезвредят  крупную  банду, то  найдут  крупных  расхитителей, то  вычислят  какого-то  шпиона… КГБ  и  милиция  ещё  работали  исправно, - сказывалась  школа  советской  подготовки.  Алексей  чувствовал  необходимость  раскрыть  какое-либо  крупное  дело, но пока, в силу насущной необходимости,  зарабатывал на жизнь, подрабатывая  инструктором  по  вождению, репетиторством  и  экспедицией - сопровождением  грузов.

   И  вот  подошёл  момент, когда  ему  захотелось  реальной  практики  по  расследованию каких-то дел. Для  достижения  желаемой  цели  Алексей  поступил в институт МВД на  факультет  криминалистики обучаться  по специальности «следователь-криминалист». Благо, офицеров разведки, хоть  и  запаса, там  принимали  вне  очереди, и, судя  по  реакции  проректора, с  превеликим  удовольствием. Они  беседовали  в  его  кабинете  накануне  поступления, и  Алексей  рассказал  проректору  о  своей  мечте - стать  следователем-профессионалом. Тот, увидев  реальный  потенциал  молодого  человека, на  прощание  с  жаром  пожал ему  руку, приговаривая: «Офицеры  нам  нужны, ой, как  нужны!»  Затем, уже  на  пороге  кабинета, он  добавил: «Так я замолвил  за  вас  словечко… Идите  сейчас  же  к  Ивану  Игнатьевичу, он  вам  подпишет  бумаги  на  зачисление».

  Выйдя из  кабинета  проректора  в приёмную, где  в  очереди  на  стульях  сидели  несколько  человек, он  практически не заметил среди них  неприметного  полулысого  человечка  в  хорошем  костюме.

   Так  Алексей  стал  студентом  ещё  одного ВУЗа.

   Наступил  сентябрь. Начались  учебные  будни  в  институтах  и школах.

   Алексей интенсивно занимался  по  предметам  института. Первое  время  ему  казалось, что за  ним  кто-то  следит, но  затем  это  ощущение  куда-то ушло, растворилось…

   Жил  он  по-прежнему  с  мамой и отцом, в  своей  же  квартире. Отец работал в институте. Мать никуда  не  отлучалась  из  дома. Она  была  домохозяйка  на  пенсии, плюс  к  тому  же  ещё и  заядлая домоседка. Иногда  выходила  погулять  в  парк, иногда  в магазин  да на  рынок, -  вот  и все её  прогулки…

  Преподаватели  в  институте были  замечательные, старой  закалки, и  через  четыре  года  он  вышел из института  с  дипломом, в  котором  чёрным  по белому  было  записано, что он, «Алексей Васильевич Ратников, имеет  специальность - «Следователь  по  особо  важным  делам», имеет  право  ношения  табельного  оружия, а  также  имеет  право  на  особые  полномочия  в  расследованиях дел  исключительной  важности». В  этом  гербовом документе  стояла красная  печать  Института  МВД  СССР, подпись  ректора  и  проректора. Помимо  всего  прочего, Алексей  получил  реальное  направление  в городскую прокуратуру  Новосибирска  на  должность  следователя  по  особо  важным  делам. Такую  должность  не  каждый  мог  получить, а  он  смог, благодаря  своей  настойчивости  в  учении, и  благодаря  природному  обаянию, которым  он  покорил  сердца некоторых  дам  в  институте, отвечающих  за  распределение  кадров. С  одной  из них, Светланой, у  него  даже  состоялся  бурный  роман, каковой  потух, как  вулкан, вследствие внезапного  приезда  её  мужа  из  далёкой  загранкомандировки, тоже  капитана. Алексей  по  этому  поводу  пошутил, прощаясь  с  ней вечером  у  гардероба  института, в  маленьком  закутке, где на стене висело  старое и потрескавшееся, ещё довоенное, зеркало: «Сменила  одного капитана  на  другого…». Светлана  прижалась  к  нему  всем  телом, затем  чмокнула  его  в  щёку, и  поспешно  удалилась, на  ходу  смахивая слёзы  с  лица…

 «Что  поделаешь, женщины… - с  тоской  подумал  Алексей, выходя  на  широкий  бульвар, залитый  июньским солнечным  светом, -  то  у  них  мужья  неведомые  вдруг, то  какие-то  тайны, нам, мужикам,  непонятные, то  очередной  роман  у  них  завертелся, -  поди  угадай, чего  им  надобно…»

   В  конце  концов, успокоившись, будущий следователь  направился  домой.

   В  направлении  было  ясно  указано, что  он  может  приступить  к  работе  не  позднее  месяца  со  дня  окончания  института.

  «До  Новосиба  ехать  три-четыре  дня, на  самолёте  вообще  шесть  часов, так  что  у  меня  есть  в  запасе  две  недели, чтобы  отдохнуть, набраться  сил…» - подумал  Ратников, удобно  растягиваясь  во  всю  длину  на  диване.

 

 

…Прошло  две  недели. За  это  время  Алексей  хорошенько  выспался, успел  купить  билеты  на  поезд, созвониться  с  генералом, возглавляющим  прокуратуру  в  Новосибирске, - они  его, оказывается, уже  ждали! Он  успел также  сделать  небольшой  косметический  ремонт  в  квартире, проштудировать  целых  5  книг  по  криминалистике  и  приготовиться  к  отъезду. С  детства  он  не  любил  лишнего  груза и лишних  вещей. Поэтому  и  уложил  в  чемодан  только  самое  необходимое - пару  сорочек, пять  пар  носок, бритвенные  дела, щётку, зубной  порошок, домашние тапочки, рушник, пару  туфель, свитер, нужные книги, деньги  и документы. Больше  ничего  он  не  собирался  брать, так  как  знал  наверняка, что  лишние  вещи  обременяют  человека, особенно в поездках…В последний  день, перед  самым отъездом, Алексей  съездил  на  велосипеде  к  заброшенному  пустырю  и  кое-что  оттуда  забрал…

 

- Новосибирск -

 

…За  время, пока  ехал  поездом  в  Сибирь, Алексей  многое  передумал  о  будущей  работе  следака. Он  знал  это  короткое  словечко, которым  окрестили  следователей  сами работники МВД. Он  представлял себе  погони  с  пистолетами, перестрелки  с  бандитами, распутывания  интересных дел, выведение  на  чистую  воду  разных  негодяев  и  подонков. Только  вот  об  обратной  стороне  медали  он  пока  не  догадывался…

   В Новосибирске на  привокзальной  площади его  встречала  машина  из  прокуратуры.  Улыбчивый  молодой  человек, одетый по форме  старшего лейтенанта,  уже ждал его возле вагона. Когда  Алексей  вышел с  чемоданом в руке, пожелав проводнице доброго пути, лейтенант подошёл  к нему и спросил:

- Вы  Алексей  Ратников?

- Я, - ответил  тот.

- Здравия  желаю, товарищ  капитан! – браво  взял  под  козырёк офицер. Симпатичная  проводница  с  интересом наблюдала эту сценку. Она  никак не  ожидала, что  этот высокий  и обаятельный  молодой  человек  в  штатском  может оказаться  целым капитаном.

  Алексей  немного  смутился:

- Ну, зачем  так  официально.… Зови  меня  просто - Алексей.

  Офицер  также  смутился:

- Субординация, что  поделаешь…

- Как  вы  узнали  меня? – спросил  он  у  старлея, пока  они  шли  к машине.

- Работа такая  -  всё  знать. Меня зовут Олег Соколов, -  и  он распахнул  дверцу  белой Волги, - прошу!..

  За  рулём  сидел  молодой, конопатый  сержантик  с  абсолютно  русским  круглым  лицом.

- День добрый! – Алексей  сел  на  заднее  сиденье, Олег  на  переднее.   Машина  тронулась  с  места.

   Через  пятнадцать  минут  они  уже  прибыли  к  прокуратуре. Это  было  пятиэтажное  белое  здание,  вокруг  которого  красовались  десятки  очень высоких  и  крупных  берёз.

- Как  у  вас  тут  красиво! – восхищённо  произнёс Алексей, оглядываясь  по  сторонам.

- Эти  деревья после  войны  пионеры  посадили, -  ответил  Олег, -  в  47-м  году.

  Они подошли  к  крыльцу.

  В  вестибюле  было  прохладно  и  чисто. Дежурный  офицер  попросил  документ  у  Алексея, - тот  отдал  ему свой паспорт. Записав  данные  в  журнал, офицер  выписал  пропуск. Олег  стоял  рядом:

- Миша! Это  новый  следак. Только  что  с  поезда. Мы  к  Степанычу.

- О, нашего  полку  прибыло! – офицер  заулыбался, - проходите…

  Они  вдвоём  с Олегом  поднялись  на  второй  этаж, подошли  к  массивным  добротным дверям  кабинета  № 25, на  котором  красовалась  табличка: «Приёмная». Надпись была  выполнена  строгим, но интересным шрифтом.

-  Солидно! –  отметил  Алексей.

-  Стараемся… - Олег распахнул  двери, - входите.

  Их встретила  секретарша, миловидная и аккуратная девушка  в  строгом,  тёмно-синем  кителе  младшего лейтенанта  юстиции.

- Прохор  Степанович  вас  ждёт, - она  улыбнулась  им  обоим, и  показала  на  дверь  справа. На  ней также  присутствовала  табличка, - золотыми буквами на чёрном фоне  выделялась  надпись, которая  гласила: «Начальник городской  прокуратуры  генерал-майор юстиции П.С.Матвеев. г.Новосибирск».

 Олег  постучал.

Из-за  двери  густой  бархатный  баритон  ответил:

-  Прошу вас, открыто!

   Зайдя  внутрь, они  оказались  в  просторном  кабинете. Добротный  длинный  дубовый  стол, десять  стульев  вокруг, тёмно-бордовые  шторы, три  окна, шкаф, сейф, ковёр  на  паркетном  полу, -  вот  и  вся обстановка. За  столом  восседал  хозяин  кабинета, -  крупный,  седовласый сибирский  мужчина лет  шестидесяти, широкий в плечах,  в  синем кителе  генерала, с  полным набором  орденов  и медалей  на  лацкане.

  Чем-то неуловимо  он  напоминал  большого  и доброго таёжного медведя. Алексей автоматически  стал  считать награды, но  после  20-й  сбился со счёта.… Их  было до  неприличия  много!..

-  Здравия  желаю, товарищ  генерал-майор! -  вытянулся  в  струнку Олег.

- Отставить, лейтенант! – и  генерал  поднялся  из  кресла, идя  навстречу  Алексею, радушно  улыбаясь.

- Здравия  желаю, Прохор  Степанович! Капитан Ратников для прохождения службы прибыл! -  приветствовал  генерала  капитан.

   Они  обменялись  рукопожатиями.

- Ну и  фамилия у тебя, капитан, прямо-таки боевая!

  Алексей пожал плечами:

- От родителей  досталась…

Начальник  обернулся  к  лейтенанту:

- Олег, спасибо  за службу! Ты  свободен…  А я займусь  нашим  новым  работником, -  и  он  повернулся  к  Алексею, разглядывая  его. 

  Олег  вышел. Они  остались  вдвоём.

- Ну, присаживайся, капитан, - хозяин  кабинета  пододвинул  ему стул, - рассказывай, как  добрался, какие  впечатления от  нашего  города, не  стесняйся.

- Да  чего  рассказывать, товарищ  генерал!  Всё,  как  обычно - за  окном  поезда мелькали  станции  да  ночные  фонари… - начал  было вновь прибывший, но  генерал легонько  поморщился  и  доверительно произнёс, присаживаясь  напротив  него  за  стол:

- Знаешь, не  люблю  я  этого  официоза! Товарищ  генерал, товарищ   генерал… За  много  лет  службы  надоело  уже, -  десятки  раз  на  дню  все повторяют,  кому не  лень… Я  уж  десять  лет  как  генерал, ну   и  чего?  Зови  меня  просто - Степаныч! Мне  так  гораздо  приятнее, лады? Мы  ведь  все  свои, так  чего  каждый  раз  козырять  званием?

- Лады! – согласился  Алексей, быстро  смекнув, что  с  начальством  не  спорят, с ним  соглашаются…

  Генерал  снял  трубку:

- Ниночка!  Принеси нам, пожалуй, два  взрослых  кофе  и  печенье!

  Через  полминуты  вошла  секретарша  с  разносом, на  котором  уже  дымились  две  больших  чашки, благоухающие  ароматом  превосходного  кофе, и стояла хрустальная сахарница с маленьким фарфоровым кувшинчиком, где виднелись сливки. Рядом  на  отдельном  блюде  были  аккуратно  разложены  кусочки  печенья, халвы  и  шоколада.

- Вот  так  всегда! - генерал  довольно  улыбнулся, поблагодарив  Нину, - закажешь  одно, а  она  всегда  принесёт  ещё  чего-нибудь  вкусненького.

- Так  ведь  у  вас  гость, -  Нина  скромно  потупилась, - я  думала, так  будет  лучше…

  Секретарша, видать, заранее  всё  приготовила, как  только  они  переступили порог  кабинета  начальника.

-  Ступай, милая! - и  генерал  кивком  головы  показал  Алексею на  угощение, - налетай, служивый!

   Они пили кофе и вели неторопливый разговор,  в процессе которого  выяснилось, что  Прохор  Степанович  тоже  служил  в  разведке, только  довольно  давно - 25  лет  назад.

- Ты  только  не  стесняйся, Алексей! – и  Степаныч  дружески  похлопал  его  по  плечу, -  коллектив  у  нас  дружный, все  друг  друга  знают, офицерский кодекс  чести  блюдём… Здесь  Сибирь, - люди  другие, - более  честные, открытые, что  ли? Москва  и  Ленинград  уже  растеряли  таких  людей, а  ведь  раньше   и  там  они  были  в  достатке, я  ещё  помню  те  времена!

- Люди  везде  разные, Степаныч… Вот  у  нас  в  Минске  тоже  есть  и  прекрасные  люди, и всякая сволочь…  -  продолжил  тему  Ратников, прихлёбывая превосходный  кофеёк  вприкуску  с  шоколадом, - кстати, а  каким  образом  у  вас образовалась вакансия следователя?

- Был  у  нас  недавно хороший «важняк», имя-отчество Николай  Васильевич, как у Гоголя. Двадцать лет  отработал  у  нас, и вот в начале  лета, три месяца  назад, с  ним случилась беда…

- Что  за  беда?

- Его  хватил  удар, забрали  в  больничку, - там  он и скончался  через  неделю… Было  ему  всего-то  65  годочков. Так  что, как  только  мы  его  схоронили, так  и образовалось  свободное  местечко. Я  бросил  клич  по  городам и институтам, и  мне  пришёл  ответ, что в  Минске  для  нас есть выпускник - хороший  специалист - умный  и толковый. Шла  речь  о тебе. Я  попросил в письме руководство  института МВД  выписать для  тебя  направление  именно к  нам… Такие  пироги… Что тебя  ещё  интересует, сынок?

-  Меня  сейчас  больше всего  интересуют  дела, которые  у  вас  наверняка  скопились за  это время…

- Дел  по  горло, Алексей! На  твой  век  хватит…Цеховики  свои  головы  подняли  серьёзно. Подпольные  дела, хищения  всякие. Мы  с  Комитетом плотно сотрудничаем. Со  взятками  у  нас  очень  строго - сам  понимаешь, статья  светит, если  поймают. Оклад  неплохой, жаловаться  не  будешь. Для  начала  мы  положим тебе  триста  пятьдесят. Потом  поработаешь, покажешь  себя, глядишь, и  чин  повысят, и  оклад  будет  посолиднее…

-  Да  я-то  как  раз  не  об  этом  думаю, - и  Алексей  замялся…

- А  о  чём?  -  и  генерал  откинулся  в  кресле, с  прищуром  разглядывая  собеседника.

- Мне  больше  интересен  сам процесс  расследования.  А  то, что  там  чины  какие, или оклад, - это  дело  десятое…

- Правильно  мыслишь, капитан! Ценю… Первым  делом, первым  делом  самолёты, ну, а  девушки, а  девушки потом!  Сопроводиловка  при тебе? -  как  бы  невзначай  спросил  Степаныч.

- А как же! -  и  Ратников достал   документы  с  направлением  на  работу,  протянув  их  начальнику.

  Тот взял  их, развернул, водрузив  очки  на  нос, и  стал  читать. Спустя  несколько  минут  шеф откинулся  в  кресле:

-  Отлично, капитан! Хорошие  данные,-  именно  такие  люди нам  и нужны… Служил в разведке. Комсомолец. В  партию думаешь вступать?

-  Я  над  этим  уже  думал... Пока  нет...

- Вот  что, Алексей, давай  перейдём  к делу. Конечно, мы  могли  бы  сразу  поселить  тебя в  кукушке, но  у  нас  их  всего  две, а  они  нужны  для  оперативных  целей, посему  этот  вариант  отпадает… Тебе  нужно определиться  с  жильём, удостоверением, с  оружием  и  формой.  На  всё  про  всё  даём тебе три  дня. Сегодня  же  оформляйся  в  отделе  кадров. Сейчас  позову  тебе  помощничка, -  он  введёт  тебя  в  курс  дела. Что  у  тебя  с  деньгой? – и  Степаныч  вопросительно  глянул  на  него, изогнув  смешные  кустистые  брови.

- Тысячи полторы  с  собой  взял…

- Ого! Молодец, хороший  запас!  На  годик  хватит  с  лихвой, ежели не шибко шиковать! Кого  грабанул?! – и  генерал  с  какой-то  незлобивой  издёвочкой  прищурился.

-  ?!!?....

- Да  пошутил  я! У нас тут любят шутки, розыгрыши всякие! Ещё  не  то услышишь!... - начальник замахал  руками,  засмеялся, видя  немного  сконфуженную физиономию  капитана.

- Обижаете, Степаныч! -  примирительно  произнёс  Алексей, - никого  я  не  грабил! Поднакопил  за  год, зная  о  том, что  предстоит  дальняя поездка  и  незнакомый  город…

-  Не  бери в голову, и извини, если что не так… Кстати, как  тебе  Новосиб?

-  Я  ещё  толком  не  разглядел… Но в  общем, город  замечательный!

-  Лады, капитан! Это  хорошо, что  нам  прислали  готового  офицера, а  не  молокососа. Сработаемся! – и  генерал  снял  трубку:

-  Капитана  Капитонова  ко  мне!

  Алексей, услышав такую  фамилию,  чуть  не  прыснул  со  смеху.

-  Да, любезный, есть  у  нас  и  такие, как  капитан  Капитонов! Над  его  чином  и  фамилией  все  подшучивают, но  парень  он  незлобивый, зовут  его Володей. Вот  он  тебе  на  первых  порах  и  будет  помогать...

  В  дверь  постучали.

- Входи, входи… - отозвался  генерал.

  На  пороге  вырос  среднего  роста  человек  в  штатском,  аккуратно  одетый, с  приятным  лицом  и  немного  кошачьими  манерами. Мягко, почти  неслышно  ступая  по  паркету, он  подошёл  к  столу:

-  Звали, Степаныч?

- Да, звал. Вот, знакомься, Володя, - наш  новый  следак. Важняк, только что окончил ВУЗ. Родом  из  Минска. Там  же  учился  и  получил направление  на  работу  к  нам. Зовут  его  Алексеем. Фамилия  -  Ратников.

- Будем  знакомы, - Владимир! – и  он  протянул руку.

- Алексей!

Они обменялись рукопожатиями.

- Ты  его  поднатаскай, Володя,  по  всем  делам, -  это  тебе  моё  партийное  задание.  И покажи  нашему новичку его  кабинет.

 С  этими  словами  генерал  подошёл  к  Алексею, пожал  ему  руку:

- Ну что, капитан, приступай!  С  этого  дня  ты - наш  сотрудник, -  следователь  по  особо  важным  делам! Сопроводиловка  пока  полежит  у  меня… Ступайте!     У  меня  свой  ворох  дел  накопился… Держите  меня  в  курсе  событий…

   Они  вышли  из  кабинета  Степаныча  и  прошли  по  коридору  в  конец.  Владимир  жестом  показал  Алексею  дверь. Они  вошли  внутрь.

-  Вот здесь  твой  кабинет…

   Ратников огляделся. Неплохо, неплохо… Просторно, уютно  и  стильно. Старый, тёмно-коричневый резной шкаф с большим зеркалом посередине, рабочий стол  с  бархатным  покрытием  темно-синего  цвета, на  нём  белый  новенький телефон, в  левом углу - несгораемый  стандартный сейф, ещё  один маленький шкафчик с  посудой. Чайничек, сахарница, чашки, мельхиоровые ложечки. В  углу - массивный  кожаный диван, пишущая  машинка  на  другом  столе, кипа  чистой бумаги… Почти  как  у  Степаныча, только  здесь  была  существенная  добавка, радующая  глаз, - в  окошко  легонько  стучали  веточками   две  берёзки.

-  Как  у  тебя  с жильём? – спросил  Владимир.

-  Пока  никак… -  и  Алексей вопросительно  глянул  на него, -  я  же  только  с  поезда.

- Ничего, дружище, -  жильё  вечером будет, - я  беру этот вопрос на  себя.  Есть у  меня  на  примете тихая, мирная  старушка, живёт  одна  в  частном  доме.  Две  комнаты  у  неё  свободны. Договорюсь  с  ней. Возьмёт  недорого. Ты  располагайся  пока  тут. Ключ  на  столе.

  И  капитан  вышел.   

 Алексей  вытянулся  на  диване  и  не  заметил, как  задремал…

 …Очнулся  от  шума кипятильника. В кабинете  стоял Володя, поглядывая  на  него:

- Вставай, коллега, труба зовёт! С  бабулей  я  договорился. Она  только  рада  будет  постояльцу. Возьмёт за  комнату  всего  50  рубликов. За  харч  отдельно  с  ней  договоришься. Вот ключи  от дома и комнаты. Адрес - Грекова, 47.  Я  отвезу тебя. От дома  по Дзержинке  ходит  троллейбус  № 11, двадцать  минут, и  ты  на  работе.

- Благодарю, Володя! -  Алексей  окончательно  проснулся  и  встал  с  дивана.

- Кофе  будешь? -  предложил  Владимир.

- Не  откажусь…

   Они  присели  за  стол.

   В  дверь  постучали. Владимир  подошёл, открыл. На  пороге  стоял  незнакомый  им  обоим подтянутый  человек, в  добротном  замшевом  костюме. На  вид  ему  можно было дать около 45 лет.

-  Разрешите? – человек  улыбнулся.

-  Заходите, заходите, -  Алексей пригласил  его  внутрь, - с кем  имеем честь?

- Майор Николай Лебедев,  УГРО  городского управления. Вот, прослышал, что  прислали  нового  «важняка», решил  познакомиться.

-  Откуда  узнали?  -  поинтересовался  Владимир, заранее  зная ответ. Ясно  было  как день, что  это  работа  Степаныча, -  уж  больно  любил  он  такие  фортели -  необычно  знакомить  людей. И  теперь  ждал  от  майора  подтверждения  своей  догадки.

- Так  ваш  генерал  Матвеев  позвонил  мне, сказал, что  не  лишним  будет  познакомиться  с  новым  человеком, и  попросил, чтобы  я  временно  взял  шефство  над  ним, дабы  посвятить  в  тонкости  сыскного  дела.

   Владимир  довольно  крякнул, -  его  догадка  оказалась  верной.  Затем, указав  на  Алексея, представил  их  друг  другу.

  Алексей  встал, протянул  руку  майору. Они  поздоровались.

- Меня  зовут Николай Максимович… Работаю в  системе  УГРО  уже больше  25  лет. Генерал  просил  меня  помочь  вам  с  агентурой.

- Да, да, я вас  понял. Только  всем  этим  мы  займёмся  после  того, как  я  устроюсь. Давайте  начнём  через  денька  два-три, лады? А  сейчас  за  стол, составьте  нам  компанию  насчёт  кофе.

-  Лады! 

   Они  втроём  присели  за стол. Много  интересного  Алексей  узнал  в  течение последующего  часа. И  о серых буднях  УГРО, об  убийствах, расследованиях, о подставах и оборотнях в погонах, о  «кротах», погонях  и  перестрелках, о  бумажной  работе, которую  никто  не  любил, но  начальство  требовало, чтобы  вся  документация была  в порядке. Что тут попишешь, так  надо…

 

- Наталья Николаевна -

 

   Через  два  часа  Лебедев  ушёл, они  посидели  ещё  немного  с  Владимиром, маленько  поговорили о том, о сём...  Капитонов глянул  на  часы:

- Уже  3  часа дня, работы у  тебя пока  никакой  нет. Так  что на  сегодня отдыхай. Поехали, отвезу  тебя!

   Они  вышли  из здания  прокуратуры, и  Владимир  показал  на  противоположную  сторону  улицы:

- Во-он  стоит  моя  лошадка…

  Алексей издалека  увидал  роскошную синюю машину, по  виду  явно  иномарку. Они  подошли поближе, Капитонов  открыл  дверцу и сел  за  руль. Жестом  изнутри  показал  - обойди! Алексей  обошёл  и  уселся  на  переднее  сиденье.

   Машина  тронулась  с  места.

- Что  за  модель? -  машинально  спросил  Алексей. Он  всегда  интересовался разными  машинами, ибо  обожал  скорость  и  мечтал  стать  гонщиком.

- Итальянец - «Фиат», - ответил Владимир. Достался  по  случаю  за  одно  дело. Клиенты, которым  я  помог, подарили. Правда, кушает  многовато - 12 литров.

- Понятно, -  Ратников  о  чём-то  задумался.

  Через  15  минут  они  подкатили  к  аккуратному  домику  на  улице Грекова. Возле  калитки  стояла хозяйка - приятная  седовласая  женщина  с  добрыми  глазами.

Владимир  познакомил  их, и  тут  же уехал.

  Женщину звали  Натальей Николаевной. Она  оказалась  весьма  милой, но   резвой, несмотря на преклонные года.  На  вид  ей  можно  было  дать  около  60-ти, на  самом  деле  ей  оказалось  72  года. Она  сама  призналась  в  этом, когда  они  разговорились.

- Хорошо  выглядите! -  заметил  Алексей, оглядывая  усадьбу  и  дом. Хозяйка  провела  его  в  отдельную  комнату, где  ему  предстояло  жить. Прелесть  состояла  в  том, что  вход  в комнату  был  отдельный, со  двора.  Таким  образом, Алексей  мог  не  беспокоить  старушку  по  утрам, когда  собирался  на  работу.

  В  комнате  было  уютно  и чисто. Широкий  письменный  стол, три  стула, кровать-«полуторка»(точно  так называлась машина  во  время  войны, - шутил  когда-то  его  отец),  над  ней  -  большой  ковёр  с  узорами, тумбочка, платяной  шкаф, стоящий  слева  от  входа. Рядом  с окном  -  газовая  плита, кухонный  стол, накрытый  весёлой  цветастой  клеёнкой, над  ним  на  стене - небольшой  шкафчик  для  сухих  продуктов, круп  и  специй. В  углу  холодильник, умывальник, второе  окно  -  напротив, возле  кровати, задёрнутое синенькими  занавесками. Пол крепко-струганный, выстланный крупными  досками, плотно  подогнанными  друг  к  другу. На  полу  -  две  широкие  бордовые  дорожки, ведущие  от  входа  и  под  кровать. «Баня  и  отхожее  место  -  во  дворе…» -  предупредила  хозяйка.

  Что  ж, такие условия для жизни были  просто идеальны для него! Он тут же отдал Наталье  Николаевне  оговоренную  сумму, и они  условились, что  он  будет  платить  раз  в  2  недели, но  половину  суммы.

  Алексей  уже  хотел  было  отдохнуть, -  хозяйка  ушла, довольная  серьёзным  квартирантом (Володя, небось, уже  рассказал  ей  о  чине  Алексея), как вдруг  она  снова постучала  в  дверь:

- Алексей, сынок! Совсем забыла… Если  хошь, то за рупь в день  я  могу  тебе  трижды  готовить харч?

- Я  согласен, - ответил капитан, - но  давайте  за  те  же  деньги  -  завтрак  и  ужин.  Обедать  я  буду  на  работе.

Старушка  обрадовалась:

- Ладно, сынок!  Уж  не  оголодаешь… Я-то  для  себя  готовлю, да  ещё  для  внучат, вот  и  тебе  буду  за  компанию  готовить…

 - Заранее  вас  благодарю, Наталья Николаевна! -  и Алексей  протянул  ей  30 рублей, - месячную  добавку  за  питание.

 - Вот  и  ладно…  отдыхайте,  - и хозяйка, довольная, удалилась.

   Алексей  с  наслаждением  растянулся  на  кровати и  тут  же, не  раздеваясь, уснул…  Сказывалась  усталость  от  дальних  поездок  в  поездах. Прекрасно  зная  силу  сна, Алексей  при  каждом  удобном  случае  старался  поспать. А  сейчас  особенно  нужно  было  накопить  силы  для  дальнейших  боёв  и   прорывов.  Хотя  какой  в  этих  странных  кабинетных  боях  смысл, он  слабо  понимал. Знал  только  то, что  должен  делать  то, что  должен, для  того, чтобы  справедливость  взяла  верх  в  этом  мире  над  ложью, разбоем  и  цинизмом.

   Утром  встал, глянул  на  часы  -  7.30.  Пора  было  собираться. Рабочий день  начинался  в  9.00. Умывшись, прошёл  на  летнюю  кухню, -  там  уже  стоял  свежий  завтрак  для  него, накрытый  матерчатой салфеткой салатного цвета. Рядом  с  тарелкой  лежала записка: «Алексей! Доброе  утро! Приятного  аппетита, я  ушла  на  рынок. Во дворе стоит  велосипед, можешь им пользоваться».

  «Велосипед, - это здорово! Сегодня  же начну  изучать город», - отметил Ратников.

   Он  снял  салфетку, на  тарелке красовались аппетитные  сырники  с  румяной  поджаренной  корочкой, политые  маслом. В  центре  стола  стояла  кринка. Алексей  заглянул  внутрь  -  молоко. Что  может  быть  лучше  сырников  с  молоком? Ничего! И он, сев  за стол, начал  уплетать  за обе  щеки   приготовленный  хозяйкой  завтрак.

«Вкусно!!! Прямо, как  у  мамы, - поневоле  подумалось  ему, - Как она там?  Тяжело  ей, видать, одной-то, без  отца…»

   Отец  Алексея  погиб  четыре  года  назад  в  автомобильной  аварии… Как  раз  тогда, когда Алексей поступал в институт МВД.

   За  неделю  до  гибели Ратников-старший  вызвал  Алексея  к  себе  в  институтский кабинет  и  вручил  ему  небольшой добротный блокнот  в  тёмно-кожаном  переплёте.  Первая  часть  блокнота  была  чиста, зато  вторая часть  пестрела  какими-то  цифрами, формулами, схемами  и  закорючками.

-  Сынок! -  горячо  произнёс  отец, уже  пожилой  человек  с копной  седых  волос  на голове, -  сбереги  этот  блокнот, -  в  нём  вся  моя  жизнь!  Чувствую, за  мной  идёт  слежка, какие-то  странные  люди  меня  преследуют  вот уже  два  месяца. Сбереги  его! За  ним  уже  началась  охота… В  случае  прямой  опасности  иди с ним  прямо  в  КГБ…

-  Я  понял, батя! -  глухо  произнёс  Алексей, -  я  сохраню…

-  И ещё, сынок… Я  передам  тебе  особый  пароль, который  будешь  знать  только  ты.

-  Что  за  пароль, отец? – спросил  Ратников-младший.

- Понимаешь, Лёша, последние  20  лет  я  занимался  изобретением  новейшего  вида  оружия  массового поражения, аналогов  которому  нет в  мире… В  блокноте  все  схемы сборки  этого  оружия. Но  мало  собрать  его, нужно  в  конце, для  запуска  всей  установки,  ввести  в  систему  пароль, иначе она  не  заработает! Этот  пароль  запрограммирован  в  общую  систему как  некий  ключ, запускающий  систему  в  действие  и  одновременно  сохраняющий  все  исходные  данные… Ты  должен  запомнить  этот  важнейший  пароль, нигде  его  не  записывая. Только после введения  пароля  система включится.

-  Каков  пароль, батя?

   Отец  взял  ручку  и написал  на  клочке  бумаги следующее: «Sтаliny Sлава! 1945». 

- В  нём  всего  19  знаков, включая  пробелы между  словами и цифрами. Для того, чтобы «вычислить»  этот  пароль, вовсе  не зная  его, некоему  инженеру-электронщику  понадобится  перелопатить  28  миллиардов  вариантов!!! На  это  и трёх  жизней  не  хватит! Ты  же  знаешь, что  с каждым  знаком  в  сложной  комбинации  включается  геометрическая  прогрессия, которая  намного  увеличивает  возможное  количество вариантов  взлома… Ты  запомнил? Первая  буква – английская «S», две  следующие русскими «та», затем опять английскими  «liny», пробел, следующее  слово опять на букву «S», «лава»  -  русскими, восклицательный  знак, опять  пробел, и цифры:1945.

  Алексей  отличался  хорошей  памятью, поэтому, ещё раз внимательно  взглянув  на  текст, он  хорошо  запомнил  его  как  «Отче наш».

- Отлично, сынок! И  помни, если  тебе  придётся  общаться  со специалистами  КГБ, то именно  этот  пароль  ты  им  отдашь, но только  в  случае  полной  сборки  установки! Она  стоит  безумных  денег, ко  мне  приходили  странные  люди, явно  посредники, и предлагали  продать  одни  только  схемы  за  10  миллионов  долларов…

-  Сколько?!? -  Алексей  присел от  изумления.

- Десять  миллионов, сынок… Это  серьёзное  дело!  Представь себе, сколько  может стоить  сама  установка, если  люди  спокойно  расстаются  с такой  суммой  за содержимое  блокнота. Я  полагаю, в  десятки  раз  больше…

   Отец  ещё  раз  внимательно  глянул  на  Алексея, взял  клочок  бумаги, на котором  была  надпись, и  поднёс  к  нему  горящую  спичку…

     Через  неделю  65-летний  учёный-физик Василий  Ратников  попал  в  смертельную  аварию…

 …Вспоминая  этот  последний  разговор  с отцом, он вышел из дома,  направляясь к остановке на проспект Дзержинского. Вот и троллейбус…

 

- Контора -

 

  Через 20 минут он взялся за входную ручку двери прокуратуры. Новый дежурный его ещё не знал, но у Алексея с собой был временный пропуск на  три дня, который ему заказал Олег, пока ему не выпишут постоянное служебное удостоверение. Не вдаваясь в подробности, Алексей предъявил свой пропуск и спокойно направился в свой кабинет. По дороге в коридоре он встретил Олега. Тот тепло поздоровался и сказал:

- Лёша, у тебя на столе заявки на служебную форму, на оружие и на удостоверение. Заполни их и к коменданту. Он тебе всё объяснит. А я бегу дальше - дела… В обед зайду.

   И он исчез за поворотом.

  В кабинете, который ему выделили, было всё уже чисто прибрано, пыль вытерта, цветочки в горшках политы из графина, который стоял на подоконнике. Советские уборщицы в подобных учреждениях были прекрасно вышколены и отличались  крайней  аккуратностью...

  На столе он нашёл три заявки с нужными подписями и печатью. Не хватало только его подписей. Он прочитал все три бумаги, подписал их и пошёл к коменданту на 1-й этаж.

   Комендант, пожилой вислоусый старикан в военном, защитного  цвета, френче, на котором ещё сохранились деревянные довоенные кубики в петличках, с тускло поблёскивающими орденом Красной Звезды и медалью «За Отвагу», посмотрел на него с интересом:

-  Новенький? – спросил густым сочным басом, - надолго к нам?

-  Как получится… Сработаемся с вашими, останусь… Дальше ничего пока не знаю.

-  Хорошо сказал, следак… - «Сработаемся - останусь»…                                    - Откуда Вы знаете, что я следователь? - спросил Алексей, просто ради спортивного интереса, так как почти знал ответ. Это был его специальный ход  конём, - через внешне наивные вопросы завязать знакомство со всеми работниками прокуратуры. Он знал, что непосредственность подкупает многих.

- Чудак-человек! Да уже вчера вся контора знала, что к нам прибыл новый следак. Слухами земля полнится. Ты же понимаешь, что всё это, - и старик обвёл указательным пальцем круг, - КОНТОРА, где всё про всех сразу становится известно. Ладно, давай по делу. Бумаги я подписал, вот с этой идёшь на склад, с этой - в оружейку, а с этой в канцелярию шефа. Через два дня получишь новенькую служебку,  а табельное оружие и форму - хоть сейчас.

   Алексей поблагодарил коменданта и спросил, как его зовут. Тот отвечал:

-  Пахомыч я, Андрей Пахомыч.

-  А орден у Вас за что, скажите? – поинтересовался капитан.

- За 1943-й, операция «Брусилов». Тогда многие получили ордена. Меня наградили за достойное выполнение диверсионного задания.

- Вы были диверсантом? - удивился Алексей, с трудом веря услышанному, видя перед собой совершенно нетипичную для диверсанта внешность. Он представлял себе диверсантов, шпионов с героическими лицами, самоотверженными и красивыми (непременно!), а перед ним стоял человек с абсолютно неприметным, заурядным лицом. Лишь глубоко в глазах светился ум.

- А ты  что думаешь? Раз диверсант, значит, красавчик? Ошибка… Ярких, броских людей немцы сразу пеленговали, вычисляли и тщательно проверяли. А в разведку брали только неприметных, таких как все, обычных, заурядных - так считалось безопаснее.

- Так вы служили в разведке? -  удивлённо воскликнул Алексей.

- В ней самой, родимой, - 15-я разведрота 3-ой дивизии 1-го Белорусского фронта. Военно-полевая наша была. К концу войны из нашей роты выжило только семь человек, остальные погибли при выполнении заданий… За Родину, за Сталина!

-  Я  родом  как раз  из  Белоруссии… А вы  за неё воевали! И  в каком  вы  звании, Пахомыч? Если  не секрет, конечно…

- Не секрет, капитан. Старшиной  ушёл  в запас, старшиной  и остался.

- Я тоже служил в разведке, - сообщил Ратников, - только уже в мирное время.

- Значит, коллеги, - заметил старик, - ну, беги, а то шеф наш строго относится к тем, кто лясы точит на работе…

 

 

…Через час Алексей  стоял в своём кабинете перед  зеркалом в новенькой форме с погонами капитана. В руке у него блестел новый табельный пистолет Макарова с номерным знаком ТО-725634-09(такие подробности, естественно, литературный вымысел, настоящий номер никто никому  бы не сообщал.)

«Хорошая игрушка, - подумал он, - но для чего она мне? Моё главное оружие - вот здесь!» И  он  легонько постучал  сам себя  по макушке  головы…Затем решительно сунул пистолет в ящик стола, снял китель и переоделся в гражданское. В этот момент раздался стук в дверь.

- Да, входите…

   Вошла  Нина, секретарь шефа:

- Алексей Васильевич, вот ваши дела, - Степаныч передал. Ему сейчас некогда. Попросил меня отнести вам. Сказал - ознакомьтесь с ними самостоятельно, - она положила на стол две увесистые папки и, улыбнувшись ему, грациозно пошла к выходу. Советская милицейская форма делала девушку привлекательной  и  даже  неотразимой!

   Следак проводил девушку взглядом и, когда она уже коснулась ручки двери, сказал ей: «Благодарю, Ниночка!»

   «Ну что у нас тут?» - сам себе  сказал Ратников, поудобнее усаживаясь за стол и раскрывая 1-ю серую папку.

   Внимательно просматривая дела, Алексей заметил, что большинство их составляли хищения в крупных размерах,  незаконное производство и сбыт  нелегальной продукции, - так называемые дела подпольных дельцов – цеховиков. Лишь три дела из 20-ти были посвящены двойным или тройным убийствам.

   Он перелистывал страницы, то и дело цокая языком:

- Однако! Хищения неслабые - на сумму 600.000 рублей, на 800.000, опять цеховики, сгоревший склад - уничтожено продукции на 1,5 млн. рублей, финансовые махинации, опять цеховики…

  Захотелось закурить. Он достал пачку «Столичных», пододвинул поближе массивную пепельницу из зелёного стекла, закурил, сочно затянулся, откинулся в кресле и закрыл глаза.

- С чего начинать? - вслух произнёс Алексей, - надо будет ещё проконсультироваться с местными работниками… Они тёртые калачи, может что подскажут… Ну не браться же за все 20 дел сразу?

  Звонок по внутреннему синему телефону прервал его размышления.

- Алло!  Алексей? Здравствуй! Степаныч на проводе.

- Здравия желаю, товарищ генерал!

- У меня сейчас обед, свободно  окошко минут на 20. Зайду к тебе, есть  разговор.

-  Конечно, товарищ генерал! Непременно заходите, жду!

   Придирчиво оглядев кабинет, всё ли в порядке, Ратников пододвинул второе кресло поближе к столу, включил электросамовар, достал две чашки, сахар, кофе, печенье, расставил всё это на столе. Дымящаяся в пепельнице сигарета дотлела до половины, - он затушил её. Самовар только стал вскипать, сердито булькая, как в дверь постучали громко и уверенно.

«Шеф…», - подумал капитан и не ошибся.

- Прошу Вас, входите!

   В дверях и вправду появился Степаныч, теперь уже в добротном сером двубортном костюме, в белой накрахмаленной сорочке с красивым синим галстуком. Аккуратно выбритый, хорошо пахнущий каким-то заграничным парфюмом, он скорее напоминал директора крупного универмага, чем шефа прокуратуры.

   Алексей встал из-за стола, они пожали друг другу руки.

-  Кофе будете, Степаныч? – он вопросительно глянул на шефа.

-  Валяй! Посидим, погутарим!

   Капитан  засыпал в  обе  чашки  кофе, залил кипятком. Они сели за стол.

-  Я гляжу, ты куришь? – генерал как-то хитро улыбнулся.

-  Да, вот пока курю… - замялся Алексей, чувствуя неловкость.

- Ничего, брат, кури. Твой кабинет, - ты здесь хозяин-барин. Для того и пепельницу поставили. Практически все допрашиваемые будут курящими. А сигарета располагает к доверительному общению. Кстати, угостишь? Я тоже иногда смалю…

- Конечно, Степаныч, - и  Ратников  подвинул  пачку, - берите.

- О! «Столичные»!  Уважаю твой вкус. Хорошая марка.

  Они оба закурили, прихлёбывая кофе, и помолчали минутку. Шеф оглядел кабинет:

- Я смотрю, ты уже малость освоился. И даже табельное получил! Так?

  Алексей молча достал «Макарова», положил его на стол перед генералом.

- Вижу-вижу… Теперь ты - боец невидимого фронта, вооружён и очень опасен! – пошутил генерал, - а  стрелять-то умеешь?

-  Обижаете…

- Ладно-ладно…В будущий вторник нас приглашают в тир КГБ - потренироваться с автоматом, с личным оружием. Поедешь с нами? В нашем деле обязательно нужно хорошо владеть оружием.

- Конечно, поеду! Спрашиваете… - Алексей немного расхрабрился, - товарищ генерал, разрешите задать Вам пару вопросов по делу?

- Задавай…

- Вот у меня здесь 20 дел в этих двух папках. Я же не могу все дела вести сразу. Так с какого начинать?

- Тут, брат, такие пироги… Все эти дела - зависшие. Так называемые «глухари». Их надо бы довести до конца.  В твоём случае - выбери сам на свой взгляд, представляющее особый интерес, и веди его, - вызывай свидетелей, агентов. В общем, копай. Ты же следак, тебе и карты в руки. Можешь сразу два дела вести, да хоть три, если потянешь. Конечно, в нашем деле много бумажной волокиты, но ещё важнее -конечный результат! Вот и действуй.

- Тогда я действительно сам выберу! – горячо воскликнул капитан.

- Вот и прекрасно! – генерал поднялся, - мне пора.

Уже на пороге, обернувшись, он произнёс:

- Запомни, капитан! У нас за каждое дело полагается премия по линии Минюста, за крупное раскрытое дело - или награда правительственная или очередное звание. Будешь стараться - годочков через восемь-девять можешь дорасти до полкана.

-  Понял, Степаныч!

-  Ну, бывай! Это хорошо, что ты не стал прохлаждаться у Натальи Николаевны в домике, а  в  первый же день приступил к работе.

- Откуда вы зна… - и Алексей удивлённо вскинул бровь.

  Генерал перебил его:

- Работа такая - всё про своих знать. А если честно, то - адресок Натальи я сам подкинул Олегу, чтобы тебя там поселить. Дело в том, что Наталья Николаевна - мать моего друга чекиста Вани Воронова, погибшего во время опасного задания восемь лет назад.

- А-а, вот оно что! Я и не знал...

- Рано или поздно ты бы узнал об этом…  - и генерал вышел.

«Вот как интересно!» – подумал он в этот миг о Наталье Николаевне.

Опять закурил.  Сел за стол. Открыл вторую папку и углубился в чтение.

  Таким макаром он просидел за столом ещё пару часов. Ему приглянулись два дела:

1. О загадочном  исчезновении  людей,

2. О крупных  хищениях  на  сумму  более  1  млн. рублей.

Именно  эти  дела  он  и  решил  первыми взять  в  разработку…

- Будни -

 

…Не прошло и часа, - к нему заглянул майор Макаров из управления КГБ. Они познакомились. Макаров признался, что является зятем Степаныча, поэтому и пришёл на помощь ему, Ратникову, по просьбе тестя. Оба довольно скоро перешли на «ты».

- Ты гляди, Алексей, ежели чего серьёзное, там - оружие, дурь, намётки на шпионаж, то сразу же дай знать мне. Знаешь, родственные связи с твоим шефом обязывают более тщательно отслеживать любой поступающий материал и анализировать его. Опять же, политическая составляющая не менее важна.

-  Я понял, Стас! Буду иметь всё это в виду!

-  И ещё, - Макаров взглянул на свои шикарные командирские часы, - ежели нужна вооружённая помощь профессионалов, только свистни, - у нас такие отборные бойцы - элита! Хлопцы  что надо, -  владеют всеми видами оружия, рукопашкой, системами обманных движений, смертельными захватами в ближнем бою, безшумным боем – только ножами и стилетами. В общем, один наш боец может спокойно уложить десяток спецназовцев. У нас профи высшего класса. Мне пора. Вот моя визитка. До встречи, капитан!

   Макаров вышел.

   Алексей взял в руки  плотную карточку. На ней красивым шрифтом было напечатано:

 В углу визитки красовался рельефный щит с вертикальным мечом и символикой  СССР. И ни слова про КГБ, про должность.

«Недурно… - отметил Ратников, - по крайней мере, интригующе и необычно. А может, просто профессионально… Для  чего светить всем и вся свой чин в КГБ? Пусть лучше так – окутано неким ореолом тайны». Алексей посидел ещё немного, почитал пару дел, встал, потянулся всем телом. Сделал «упор лёжа» и отжался раз тридцать, так, для тонуса. Вставая, непроизвольно глянул на часы, мерно тикающие на стене возле двери.

- Ого! Уже почти шесть! Конец работы…- и он сложил папки в сейф, закрыл кабинет на ключ и направился домой…

 

 

   Следующее утро началось в конторе с планёрки. Присутствовали все работники прокуратуры. Степаныч держал речь. В основном говорил о соблюдении социалистической законности, о наглости цеховиков, о принципиально новых методах борьбы с ними. Заодно шеф представил Алексея всем присутствующим, подчеркнув при этом, что возлагает большие надежды на нового работника:

- Вот, товарищи, знакомьтесь, - наш новый сотрудник - следователь по особо важным делам - капитан Ратников Алексей Васильевич. Прошу любить и жаловать и по возможности содействовать.

   Капитан чувствовал на себе заинтересованные взгляды. Но это его не смутило. Он знал, что со всеми этими людьми ему придётся работать вместе. Взаимодействовать.

- Может, Вы желаете  что-то  сказать для всех нас, Алексей Васильевич? - и шеф хитро посмотрел на него.

  Алексей встал, поправил галстук:

- А чего говорить-то, товарищ генерал? Мои дела сами за себя скажут. Я - человек действия, и словами особо бросаться не очень-то люблю. Так что время покажет…

   …И  сел обратно на место.

   Все одобрительно загудели, закивали головами, - видно было, что такой стиль,  короткий и понятный, им был по душе.

- На сегодня всё, товарищи! Все свободны, - подытожил шеф.

 Выходя с планёрки, Ратников силился вспомнить все лица присутствующих сотрудников. Их было около 20-ти человек. При этом у него сложилось впечатление, что одно лицо он где-то когда-то уже видел, правда, очень давно…

   Человек  с  этим лицом  запомнился  ему вот по какой  причине, -  он всё  время  буравил  его  своим  свиным  взглядом, почти  ненавидящим… Мысль об этом  нехорошем взгляде не покидала его до самого кабинета и, когда он вошёл к себе, сел за стол, подумав: «Да, нет!.. Где Минск, а где Новосиб! Не может быть. Слишком большие расстояния…» Он  ещё  раз собрался с мыслями, выпил  кофе, и попытался  вспомнить, где  и когда  он  видел этого  полулысого  человека  с  заплывшими  глазками, и  вдруг  отчётливо  и  ясно  перед  ним всплыла  картина  четырёхлетней  давности:

…Приёмная проректора института  МВД, он  на крыльях  восторга  вылетает из  кабинета, а  в углу, уткнувшись в газету «Правда», сидит  тот самый  тип, который  сверлил  его  глазами  сегодня на  планёрке.

  Алексей  вскочил и нервно зашагал по кабинету:

  «Как же так?! Какая  связь  между  Минском  и  Новосибирском?  И почему  этот тип  сейчас здесь? Странно  всё  это… Надо  будет аккуратно выяснить  всё  до  конца». Правда, как  он  будет  это  делать, ещё  толком не  было ясно, но  в  ближайшие  планы  Алексея  это  внутреннее  расследование  уже  было включено…

 

- Бандиты. Покушение. -

 

 

  Прошла неделя… Пять дней  назад Ратников  получил  удостоверение. Оно представляло собой красную стандартную книжечку с разворотом, где золотыми выпуклыми буквами было выбито: 

  Немного  полюбовавшись  тиснёнными золотом  буквами, он  присел  за  стол, открыл  ключом сейф, вытащил  большую  кипу  бумаг  и  бросил  на  стол.

   Внушительная  толщина  этой  кипы  ничего  хорошего  не  предвещала, -  мало того, что  она  весила  килограмм десять-двенадцать, топорщась во  все  стороны  разными  справками и выписками, так  она  ещё  тянула  на  добрых  пять  дубликатов  «Война и Мир» графа Л.Толстого  по своим размерчикам…  Не  об  этом  мечтал  Алексей, ох, совсем  не  об этом… Но  дела  есть  дела, и  раз  уж  взялся  за  гуж, то не  говори, что не дюж…

    Таким образом, с  большой  неохотой, и в силу  рабочей необходимости, только на седьмой день  после  приезда он приступил  к  основательному разбору  бумаг.

…В этот вечер капитан Ратников засиделся в кабинете допоздна. Всё  разбирал  дела, бумаги, корректировал  свои  действия  на  будущее. Знал бы  он о том, что его поздние посиделки  спасут кому-то  жизнь, очень  удивился  бы!

   Вышел  на  улицу, когда  уже  пробило  12.00  часов ночи. Транспорт  уже не  ходил, такси  вызывать  было неохота, и  он  решил  пройтись  пешком. Благо, до  дома недалеко, порядка  4-х  километров. «Для  бегуна-спринтера - не  расстояние…»  -  подумал  Алексей, шагая  по  тротуару, наслаждаясь  вечерним  августовским  воздухом.

   На  улице  было  почти  безлюдно, лишь  изредка  мимо  проносились  машины. Подойдя  к  развилке, Алексей  решил  срезать  путь  дворами. Он  уже  достаточно  хорошо  изучил  город, почти  каждый  вечер  катаясь  на  велосипеде, заезжая  в  разные  закоулки  и переулки. Если  здесь  повернуть  направо  и  идти  напрямую, срезая  хороший  угол, то  к  дому  он  придёт  значительно  раньше, чем  если  бы  шёл  по  тротуару  большой  улицы. Он  это  уже  знал  наверняка, потому и свернул, ещё  не  зная, каким  сюрпризом  для  него это обернётся.

   Пройдя  с  километр, петляя  по  тропинкам, которыми  были  изрезаны  проходные  дворы, в  одном  из  них  он  услышал   приглушенно-сдавленные  стоны, какую-то возню, и  при  слабом,  мерцающем  свете  фонарного  столба  он  увидал  вдруг  такую  картину:  какие-то  трое  мужиков  тащат  девушку  в  сторону  гаражей, подальше  от  света, зажав  ей  рот  руками. Девушка  упорно  сопротивлялась,  но  силы  были явно неравными.  Алексей  мгновенно  среагировал  на  эту  ситуацию, - в  юности  он изучил  приёмы  самообороны, а  сейчас  вдобавок  у  него  под  мышкой  имелось  табельное  оружие. Выхватив  «Макаров»  из  кобуры, он  взвёл  курок  и  крикнул  в  темноту:

-  Прекратить!  Стоять, не  двигаться!..

   Никакой  реакции. Мужики  молча  продолжали  своё  дело,  как бы  не  обращая  внимания  на  его  крики.

   Тогда  Алексей  побежал  за  ними, довольно  быстро  настиг, ударом ноги свалил одного на землю, остальным  скомандовал:

-  Стоять! Руки  за голову!  Милиция!

-  Ах  ты, мусор  поганый!  -  и  во  тьме  перед  его  носом  блеснул  нож.

  Алексей  тут  же  сгруппировался, сделал  кувырок  вниз, подсечку, мощный  удар  в  пах, и второй  нападавший  с  оханьем  осел  на  землю. Нож  отлетел  в  темноту,  с  глухим стуком ударившись о  решётку  ворот  гаража.  Ратников  встал, -  перед  ним  стоял  ошалевший  третий, -  в  руках  он  держал  девушку, зажимая  ей  рот  рукой.

-  Отпусти  её!  -  приказал  Алексей.

 Внезапно  в  другой  руке  похитителя  он  увидал  пистолет, направленный  на  него.

- Отойди, мент…  -  прошипел  тот, отталкивая девушку, и медленно  надвигаясь  на  него, -  не  твоё  это  дело, куда  ты  лезешь?

  В  такой  ситуации  Алексей  знал, что  никто  из  преступников  сразу  стрелять  не  будет. Значит, надо  было  действовать  на  опережение, -  это  единственный  правильный  выход  из  ситуации. Он, не  задумываясь, выстрелил похитителю  в  ногу,   немного  выше  колена. «Самое  лёгкое  ранение  -  в  мясо, заживает  достаточно  быстро» -  пронеслось  в  мозгу. Нападавший  вскрикнул  от  боли, выронил  пистолет, ослабил руки, и девушка   тут  же бросилась  к  своему  защитнику, спрятавшись  у  него  за   спиной. Она вся  мелко дрожала. Тем  временем  Алексей  подобрал  валявшийся  на  земле  пистолет, осмотрел  место  стычки, обернулся  к  девушке:

- Вот что, милая… Сейчас  же  беги  к  телефону-автомату, вызывай  наряд. Скажи, что  задержал  их  капитан  из  прокуратуры. А я  здесь  покараулю  этих разбойничков. Поняла  меня?

Девушка, дрожа,  закивала  головой:

-  Поняла, поняла… Я  сейчас….

И  она  побежала  искать  телефонную  будку.

Алексей  вдогонку  крикнул:

-  И  сама  возвращайся мигом  сюда!

Прошло  десять  минут. Девушка  вернулась  к  Алексею. Её  всё  ещё  била  нервная  дрожь.

-  Как  тебя  зовут? Кто  это  такие? Зачем  они  тебя  тащили  и  куда?  -  спросил  Алексей,  вглядываясь  в её  милое лицо.

- Меня  зовут Ирина. Этих  людей  не  знаю. Тащили  от подъезда  куда-то  в  гаражи. А  вы и правда  капитан?

-  Да, капитан, и  ещё к тому же следователь. Ты  слышала, что  они говорили  между  собой, когда  тебя  схватили?

- Да, немного  слышала. Они  сказали: сейчас  ты  нам  ответишь, тварь, что  там  твой  братец  удумал  в  Москве…

-  И  всё?  -  удивлённо  спросил  Алексей.

-  Пока  всё, -  отвечала  девушка. 

- Ладно. Завтра  сможешь  ко  мне  придти  в  прокуратуру? Расскажешь  всё  подробно. Эти  люди  тебя  в  покое  не  оставят, -  почерк  у  них  явно  уголовный, а  такие  не  прощают  тех, кто  их  сдал  или  скрутил. Поэтому  нужна  ясная  картина  происходящего.

-  Да-да…  Конечно, приду, -  и  девушка  преданно  посмотрела  на  него, -  вы  же  меня  спасли…

-  Спросишь  капитана  Ратникова, -  это  я…

  Где-то  вблизи, в  соседнем  дворе, замигали  милицейские  огни, и  через  минуту  из  темноты  во двор въехали две  машины -  жёлтый  милицейский  «бобик»  и  легковая  «Волга», ослепив  их  фарами.

  Из  «бобика» выскочили  четверо  людей  в  милицейской  форме, с  автоматами  наперевес.

-  Стоять!  Ни с места!  -  скомандовали  они.

-  Свои, свои, прокуратура,  -  Алексей  вытащил  своё  удостоверение, -  а  вот  этих  гавриков  забирайте.

    И он  кивком  головы  указал  на  лежащих  мужиков.

  Наряд  своё  дело  знал  туго, -  в  течение  минуты  «гаврики»,  с  «браслетами»  на руках,  были  загружены  в  машину, а  старшой  в  чине  старлея  попросил  Ирину  проехать  с  ними  в  отделение…

 

- Визит. Общак. -

  

  На  следующий  день Ирина  пришла, как  обещала. Подойдя  к  его  двери  на  втором  этаже, она  прочитала на  табличке: «Старший  следователь  по  особо  важным  делам  капитан  А.В.Ратников». Постучала.  Дверь  открыл  сам  хозяин кабинета.  Впустил  в  кабинет. Внимательно  рассмотрел  её.

  При  дневном  свете  она  оказалась  весьма  симпатичной, курносой  девушкой, со  стройными  ножками  и  белокурой  головкой. Её  мягкие, шелковистые  волосы  были  затянуты  в  очень  даже  красивый  хвостик, который  прекрасно  смотрелся  у  неё  на  плечах. «В  такую  и  влюбиться  недолго…» - невольно  подумалось  Алексею, а  вслух  он  вежливо  произнёс:   

-  Здравствуйте, Ирина! Присаживайтесь, -  и он  жестом  указал  ей  на стул, - что будете пить, - кофе  или  чай?

-  Не  откажусь… Лучше  кофе, -  она  присела  за  стол.

   Алексей  налил  кипятку  в  чашки, пододвинул  розетки  с  печеньем  и  мармеладом, сахар, белеющей  горкой  красующийся  в  небольшой  металлической  ажурной  сахарнице.

  Они  молча  отпили  по  первому  глотку. Было  видно, что  девушка  немного  неловко  чувствует  себя  в  официальной  обстановке  кабинета.

  Алексей, заметив  это, предложил:

- Ирина, давайте  договоримся  сразу, -  это  не  допрос, и  вы  не  пострадавшая.  Я  просто хочу  вам  помочь  выяснить  правду.  Расслабьтесь, и чувствуйте  себя  как  дома. У  нас  с  вами  доверительный  разговор.

-  Да-да, конечно, Алексей  Васильевич.  Если  бы  не  вы, то  неизвестно, что  они  бы  сделали  со  мной…

-  Ратников  немного  поморщился:

-  Ирочка, давайте  без  официоза. Зовите  меня  просто  Алексей.  Ведь  я  немного  старше  вас, -  может  быть, на  пару-тройку  лет.

-  Мне  23  года, -  поспешила  уточнить  Ирина, -  и  я  не  стесняюсь об  этом  говорить, как  многие  девушки  и дамы.

-  А  мне  скоро  28. Видите, у  нас  с  вами  разница  -  всего  пять  лет. Так  что  по  отчеству  не  зовите  меня  -  слишком  официально. И  давай  на «ты»? Ладушки?

-  Ладно, я  поняла… -  Ирина  наконец-то  расслабилась.

   В этот  миг  они вдвоём почувствовали, как  между  ними  пробежала  удивительная  волна  доверия  и близости. А  ещё  нежданно  пришла  взаимная  симпатия  друг  к  другу.

-  Ну, теперь  давай по  делу. Рассказывай, что  знаешь. 

- Да, собственно, и  рассказывать-то  нечего… Мой старший брат  работает  в  Москве, в Министерстве юстиции. Профессиональный  юрист. Специализация редкая -  пенитенциарная  система, исправительно-трудовые  учреждения, колонии, лагеря…

- То есть, спец. по зонам и тюрьмам, - уточнил Алексей, что-то  записывая  в  блокнот.

- Да, что-то  в  этом  роде. Месяц  назад  я  ездила  к  нему  в  Москву, он  знакомил  меня  со  своим  начальством, коллегами. На  одном  из  приёмов, в  ресторане  «Космос»,  брат  рассказывал  за  столом  о  своём  новшестве, - он  хочет по  всем  тюрьмам  располовинить  общую  воровскую  кассу  и  распределить  её  на  нужды  детских  садов  и  школ. Нечего, говорит, всякой  уголовной  сволочи  шиковать  на  эти  деньги, тем  более, что, как  правило, они  все  добыты  нечестным  путём. За  столом  разгорелся  жаркий  спор  между  офицерами  и  чиновниками  МинЮста, -  одни  говорили, что  это  здорово, другие  крутили  пальцем  у  виска, третьи  давали  понять, что  этот  метод  только  ожесточит  уголовников. Нашёлся  один  седеющий  пожилой  человек, который  сидел  рядом  с  зам.министра, и  он  сказал  брату, что  если  это  новшество  ввести  в тюрьмы, то  над  инициатором  данной  идеи  будет  постоянно  висеть  Дамоклов  меч  расправы  от воров… Сказано  это  было  предупреждающим  тоном.

-  Так, так,  так, очень  интересно! Ты  не  против, если я  закурю, Ирина?

-  Кури, кури, ты  же  здесь хозяин…

Алексей  поднёс  зажигалку  к  сигарете:

-  Как  зовут  твоего  брата? Сколько  ему  лет?

-  Андрей  Кочетков. Андрей  Викторович, -  отвечала  Ирина, - ему  35 лет.

-  Какая  у  него  должность  в  МинЮсте?

-  Куратор  сибирского  региона  ИТУ, член  коллегии  адвокатов.

-  Ого, да  это  почти  шишка! -  воскликнул  Ратников, стряхивая  пепел, -  ему  предлагали  ещё  какую-нибудь  должность?

- Да. Сам  министр  юстиции  с ним  на  короткой  ноге, и  полгода  назад  предлагал  ему  стать  вторым  заместителем  министра. Андрей  отказался.

-  Понятно… Не  объясняя  причин, разумеется?

-  Именно  так, -  Ирина  выжидающе  смотрела  на  Алексея:  что  он  предпримет?

-  Вот  видишь, Ирина,  а  ты  говоришь, -  рассказывать  нечего… Сюжетец  ещё  тот. Как  ты  сама  думаешь, -  связан  ли  разговор  за  столом  и  новшество  твоего  брата  с  попыткой  твоего  похищения?

-  Не  знаю. Может, и  связан…  Я  не  специалист  по  расследованиям.

-  А  я  тебе  скажу  следующее  -  вероятность  такой  связки  -  стопроцентная! С какого перепугу  каким-то  троим  уголовникам, у  которых  было  изъято  два  пистолета  и  нож, куда-то  тащить тебя и  при этом  упоминать твоего  брата?  Видимо, они  хотели тебя  похитить, дабы  угомонить твоего  брата, чтобы  он  отказался  от  своей  идеи  располовинить  общак.  Только  вот  откуда  они узнали  про  разговор  в  ресторане?

-  Не  знаю…

-  Вероятнее  всего, за  столом в тот вечер был тот, кто и  передал весь разговор местной уголовной шпане, - задумчиво произнёс Ратников, - опиши  мне  пожилого человека, который  произнёс  предупреждение.

-  Он…. такой…вальяжный, немного  развязный, в отличном костюме.  Роста  среднего, нос  с горбинкой, серые  выцветшие  глаза. На  вид  можно  дать  лет  шестьдесят-шестьдесят пять. На  правой  руке  -  очень  дорогие  часы, и  ещё  татуировка на руке.

-  Что?! Татуировка?  -  и  Алексей  весь  подался  вперёд, -  Какая  татуировка, как  она  выглядит?

- На  запястье  -  пять  точек,  на  одном  из  пальцев  -  перстень, изображающий   небольшую  корону  с  лучами  на  белом  фоне… На  другой  руке, на  одном  из  пальцев  -  настоящий  золотой перстень, с  такой  же  короной.

Алексей  хлопнул  себя  по  лбу:

-  Ну  да, конечно  же!  Ирочка, я  так  и  предполагал.  За столом  рядом  с  зам. министра  сидел  один  из  воров  в  законе.  И они  давно  знакомы, -  об  этом  говорит  тот  факт, что  сидели  рядом. Остаётся  выяснить, что  это  за  человек,  как  его  имя, и каким  образом  он  связан  с   сибирским  регионом, а  уж  тем  более  с  зам.министра.  Да, Ириша, дело-то  весьма  опасное. Тебе  нужно  на  пару  месяцев  куда-то  исчезнуть, туда, где  тебя  никто  не  сможет  найти… Иначе  могут  найти  и  тогда…

-  Что  тогда?  -  Ирина  забезпокоилась. Внутри  себя  она  отметила, что он  её  назвал Ирочкой, потом  Иришей, - это радовало девушку… Приятный  холодок  ожидаемого  свидания  с  ним  её  будоражил! Капитан ей  был  глубоко симпатичен…

-  Что-что… Может  повториться  история  с похищением, но  второй  раз  они  уже  церемониться  не  будут. Их  цель  -  твой  брат  и  его  проект.  Ты  хоть  представляешь  себе, что  такое  воровской  общак?

-  Нет, ни  капельки… Что-то  слышала  о  нём,  что  это  большая  тайна, что  тот, кто  его  держит, в  большом  почёте  у  воров, и что  охраняют  его  очень  серьёзно.  Но  на  этом  мои  познания  и  заканчиваются.

  Алексей  встал  и  быстро  зашагал  по  кабинету  взад-вперёд. Потом  резко  остановился  напротив  Ирины:

- В  стране  около  5.000  тюрем. Плюс  СИЗО, плюс воры на воле. Это всё  общак. Миллионы  рублей.

 У  Ирины  округлились  глаза:

-  Миллионы?  Откуда?

- От верблюда. Прости, пожалуйста… Объясняю  - в  каждой  зоне  или  тюрьме  сидит  от  тысячи  до  полутора  тысяч  человек. Клан  воров  -  две  трети зоны  или  тюрьмы. То  есть, не меньше тысячи человек. Может, семьсот. Вот  и  считай  -  каждый  из  воров  ежемесячно  собирает  какую-то  сумму  и  кладёт  её  в  общак  - смотрящему. За  этим процессом тщательно  наблюдают  воры  в  законе.  Теперь  представь, что  каждый  из  воров ежемесячно  кладёт  в  общую  кассу  около  300  рублей, кто-то  500. Умножай  на  количество  сидящих  - это  300.000  рублей  ежемесячно. Это  минимум. За  год  собирается  не  меньше  3  миллионов  600  тысяч  рублей. Теперь  умножай  на  количество  зон и  тюрем  -  получаем  около 17.000.000.000  рублей! Плюс  поступления от воров на воле, а их тысячи! Округляем - получаем  в  среднем 20 миллиардов! А теперь подумай, если всё это располовинить, - воры лишаются 10  миллиардов рублей! Да  за  такие  деньжищи  они  кого хошь найдут  и  укокошат! Над  вами  нависла  серьёзная  опасность. Надо  что-то  делать…

 Ирина была потрясена размерами таких  неслыханных, астрономических   сумм.  Она  сидела на стуле, как  прикованная, не  шелохнувшись.  В  глазах  её  застыл  ужас:

-  Что  же  теперь  делать?!?

-  У  тебя  есть  связь  с  твоим  братом?

-  Да, конечно  есть.  Телефон - рабочий  и  домашний.

  Алексей  задумался  на  минутку:

- У  нас  2 часа дня. В Москве - 10.00. Давай, звони брату. Надеюсь, он  на  работе. Я  сам поговорю с ним.

   И он  пододвинул  аппарат  Ирине.

   Девушка,  немного  колеблясь, набрала  номер.  На  том  конце  провода  ответил  приятный  мужской  голос.

-  Андрей, здравствуй! Это Ира. На  меня  вчера  покушались, хотели похитить…

-  Что? Ириша, здравствуй! Кто  это  там  посмел?  -  разгневался  брат.

-  Какие-то  уголовники.  Я  сейчас  у следователя  прокуратуры.  Он  хочет  поговорить  с  тобой.

-  Дай  ему  телефон, скорее, сестрёнка!...

Алексей  взял  трубку:

- Алло! С  вами  говорит  капитан Алексей  Васильевич Ратников. Андрей  Викторович, у  меня  к  вам  серьёзное  дело.  Вы  можете  незамедлительно  прилететь  сюда, в  Новосибирск?  Ваша  сестра, да  и вы  сами  находитесь в  большой  опасности. Подробности  - не  по  телефону.

- Простите, капитан, сейчас  не  могу.  Через  пару  дней  смогу  вырваться, если  только  ненадолго.  А  что, так  серьёзно?

- Серьёзнее  некуда. Сезон  охоты  начался  с  вашей  сестры  Ирины.  Но, слава  Богу, первая  атака  уже  отбита... Большая  вероятность  второй  попытки. Так  что  ждём  вас  в  ближайшие  дни  в  Новосибирске. Дело  чрезвычайно  важное…

-  С  чем  оно  связано, капитан?  -  на  том  конце  провода  послышалось  явное  волнение  в  голосе.

-  Со  встречей  в    ресторане  «Космос». Больше  ничего  не   могу  сказать -  возможна  прослушка.

-  Ладно, капитан. Я  всё  понял. Через  пару  дней  перезвоню  и  прилечу. Ваш  номер?

   Алексей  продиктовал  свой  номер  телефона.

- Андрей  Викторович!  Вас  встретят  в  аэропорту  наши  люди  на  машине.  Поверьте, дело  слишком  серьёзное  и  оно  стоит  того, чтобы  прилететь  к  нам. На  кону -  ваша безопасность и  вашей  сестры.

-  Я всё  понял, Алексей  Васильевич… Обязательно  появлюсь  у  вас…

  В  трубке  послышались  гудки.

  Ратников  повернулся  к  девушке:

-  Твой  брат -  разумный  человек. Он  всё  понял  с полуслова… Когда  он  прилетит,  мы  постараемся  выработать  самый  оптимальный  вариант  вашей  безопасности. Теперь с тобой, Ириша… Где ты  работаешь и кем?

-  В  управлении  культуры, секретарём-референтом. На  сегодня  взяла  отгул. Еле  отпустили.

-  Тебе  придётся  на  какое-то время  забыть  о  работе. Где  ты живёшь?

-  За  городом, в  трёх  километрах.  У  меня  там  свой  дом, остался от  родителей.

-  Там  тоже  появляться  небезопасно.  Те, кто  пытался  тебя  похитить, обязательно  найдут  твой  дом  и  тебя.  Поэтому до  приезда  брата  тебя  нужно  куда-то  спрятать,  да  так,  чтобы  никто  из   этих  негодяев  не  смог бы тебя  вычислить. Вот  что, пойдём  сейчас  к  Степанычу, -  он  вполне надёжный  мужик.

- А  кто  этот  Степаныч?  -  Ирина  поднялась  из-за  стола, набрасывая  на  плечо  сумочку.

-  Увидишь, -  усмехнулся  Алексей.

  Он  знал, что  генерал  у  себя  в кабинете  постоянно  при  полном  параде, -  такая  уж  у  него  привычка. Потому  Ирина  должна  быть  приятно  удивлена.

На  их  счастье, Степаныч  оказался  на  месте, в  своём  кабинете.

   Секретарша  сняла трубку селектора, доложила  о  них:

-  Товарищ  генерал!  К  вам  капитан Ратников  с  девушкой.

-  Пусть  заходят!

  Они  вошли.  Генерал встал  из-за  стола, оторвавшись от бумаг, вышел  на  середину  просторного  кабинета, приветствуя  их.

-  Что  у  тебя, капитан?  Уж  не  жениться  ли  надумал?

-  Здравия  желаю, товарищ  генерал!  -  Ратников  хотел было взять  под  козырёк…

-  К «пустой» голове  руку  не  прикладывают, ты же знаешь. У тебя ведь сейчас фуражки на голове нет.

-  Совсем  забыл, Степаныч… У  нас  к  вам  важное  дело.

-  С  кем  имею  честь?  -  и  Степаныч  вопросительно  посмотрел  на  девушку.

- Ирина Кочеткова, управление  культуры, - при этом девушка  восхищённо  разглядывала  «иконостас»  с  наградами, красовавшийся  на  груди  генерала.

   Генерал  взял  её  хрупкую  ручку  и  галантно  поцеловал. «Что  значит  старая  гвардия! Неизменный обычай  гусаров - целовать  дамам  ручки…» -  отметил  про  себя  Ратников.

-  Что, нравится?  -  спросил  хозяин  у  девушки, кивая  на  ордена.

 -  Да-а, это  грандиозно!!!  Сколько  же  их?!? Это всё  с войны?

- Не  знаю, не  считал. И  с войны  есть  несколько  медалей и орденов, я  тогда  ещё юнцом  16-летним начинал воевать. Я  всегда  полагал, что  важнее всего  не  побрякушки, а  сам человек… Ну, проходите, ребятки, присаживайтесь. Что  за  дело  у  вас  ко  мне?

   Они  прошли  за большой  стол, присели на  стулья. Алексей  очень  коротко  описал  суть  происходящего. Во  время  разговора  генерал  внимательно  поглядывал  то  на  капитана, то  на  девушку. Затем  перешёл  к  делу:

-  Нам  нужно  куда-то  спрятать Ирину. Иначе  ей  грозит  расправа, за  идею брата.

-  Товарищ  генерал, разрешите?  -  подала  голос  Ирина.

-  Да, милая, что  у  вас?

-  Капитан  Ратников  спас  меня  вчера  от  нападавших. Он  храбрец и  герой! Вам  ещё  не  сообщили  из  РОВД?

   Густые  брови  генерала  поползли  вверх:

-  Нет. Никто  ничего  пока не  сообщал. Спас, говоришь?  Капитан, напиши  мне  сегодня  же  в  рапорте, как  было  дело. Это  нужно  для  представления  к  награде…

-  Степаныч, какая награда?  Девушку  нужно  срочно  куда-то девать! Что  можно  придумать?

-  Ну  что  я  скажу… Вот  как  раз  на  такие  случаи  и  существуют  «кукушки». Одна  из  них -  совсем  рядом, на  соседней  улице. Дом  примыкает  торцом к  одному  из  РОВД.  Об  этой  квартире  знают  только  три  человека  -  лично  я,  полковник  Андреев, начальник  РОВД -  сосед  «кукушки»,   и  охранник, тоже капитан. С  вами  будет  уже  пятеро. Вот  и  поселим  Ирину  пока  в неё, а  там видно  будет. Может, позже подберём  более  надёжный  вариант. Хотя  надёжнее  «кукушки»  ничего  не  сыщешь. Ни  один  отморозок  или  уголовник  ни  за  какие  коврижки  не  попрётся  кого-то  похищать  под  носом  у  РОВД. Плюс  ко всему,  в  самой квартире  постоянно  дежурит наш капитан - профессионал-охранник  с  автоматом  и  пистолетом, который  прошёл  несколько  горячих  точек, владеет  борьбой  и  рукопашкой. Ему лучше не попадаться, -  он  сам  по  себе  живое  оружие.

-  Товарищ  генерал, а  как  быть  с  моей  работой?  -  опять спросила  Ирина.

-  Этот  вопрос  мы  уладим  быстро. Не  безпокойся. Ты  останешься  на  своей  работе, место  твоё  занято  не будет. Заменим  тебя  кем-нибудь  на  пару  месяцев, а  тебе  оформим  отпуск  за  свой  счёт. Капитан, что  там  с  этими  уголовниками, что  пытались  похитить  Ирину?

- Я звонил в РОВД, за  ношение  и применение  оружия  им уже срок  светит. Да  и  показания  Ирины  сработают. В общем, птички  в  клетке. Один в тюремном лазарете, - я  ему  ногу прострелил. В мясо.

- Лады. Сейчас  я  вызову  капитана, который  дежурит  в  «кукушке», он  вас  отведёт  туда. Насчёт  пропитания  для  нашей  пленницы  нужно  позаботиться.

   И генерал снял  трубку, коротко  отдал  приказ.

-  Не переживайте, Степаныч… Это  моя  забота, - Ратников  улыбнулся  Ирине, -  мой  запас  позволяет.

-  А-а, ну  да, я  помню  разговор, кто  кого  грабанул…

-  Товарищ  генерал… -  Алексей  намеренно  скроил  обидную  рожу.

-  Ну, будя, будя,  уж  и  пошутить  нельзя. Так что, я  думаю, что  Ирина  с  таким  бравым кавалером  не  оголодает.

- У меня есть деньги, -  я  за  два  года  откладывала, -  насобирала  где-то  около  тысячи…  -  попыталась  было  вмешаться  девушка.

   Но  Алексей  тут  же  спросил:

-  И  где  они?

-  В  доме…

- Забудь.  Я  тебе  уже  говорил, - там тебя наверняка  уже  «пасут», чтобы опять  сцапать. Наш  план  гораздо  лучше.  Я  решил вот что: пока ты  будешь в кукушке, продукты  буду  я  сам  тебе  приносить. И  без  разговоров!

  В  дверь  постучали.

-  Да, войдите, -  откликнулся  генерал.

   Вошёл  коренастый  человек среднего  роста, на  вид лет  тридцати. В  его  цепком, внимательном взгляде  угадывался  профессионализм. Сразу  чувствовался  человек, который  туго  знает  своё  дело.

-  Николай!  Отведи  этих  людей  в  нашу  «кукушку». Они  очень  важны. Жить  там  будет  одна  только  девушка. Наш  капитан  живёт  в  другом  месте. Сам  там  постоянно  дежурь. Это приказ! При  необходимости  вызови  Гавриловну  -  она  и  за  харчем  сходит, и  приготовит.

-  Лады, Степаныч, -  пробасил  крепыш, -  всё  будет путём!

-  Ну,  вот  и  решили  мы  ваш  вопрос  с  проживанием  и  питанием.

- Благодарим  вас, Степаныч! - и  капитан пожал руку генералу. Ирина также  поблагодарила начальника.

 

- Кукушка -

 

…Через  10  минут  они  втроём уже  сидели  в  просторной  трёхкомнатной  квартире - так  называемой «кукушке», и пили  чай  с  Николаем. Ирина  оказалась между  ними  и  пошутила:

- Два капитана… Как  в  фильме. Загадываю желание…(Знал  бы  Алексей, что она загадала!!)

  В  компании  двух  сильных  мужчин она  чувствовала  себя  в наибольшей  безопасности. Хотя  ощущение  опасности  по-прежнему не  покидало  её.

  Николай оказался  не  очень  разговорчивым  собеседником. С  его  скупых  слов  следовало  лишь  то, что  он  живёт  всё  время  в  этой  квартире, и сюда периодически  поселяют  кого-то  из  важных  людей, имеющих  ценность  для  прокуратуры и МВД. А  он  их  охраняет.

  Ни Алексей, ни Ирина  не догадывались о том, что в  прихожей, в потайном шкафчике, хранился  целый  арсенал  оружия, на  непредвиденные  случаи. Там лежали три автомата Калашникова, ящик  с патронами, три  заряженных  пистолета  системы  «Вальтер»,  с  десяток  гранат-лимонок, и  даже одна базука!

   В  общем, прокуратура  являлась  во  всеоружии. При  необходимости  Николай  мог  по  рации  вызвать  подкрепление   из  соседнего  РОВД, которое  прибывало  в  течение  нескольких  минут.

  Ирину поселили в одну  из  комнат, которая  как  раз  выходила  во  двор, зеленеющий  и  благоухающий  всевозможными  кустами, цветами  и  деревьями.

 

 

   Спустя  час  Ратников  оставил  Ирину  в  квартире, а  сам  на  тачке  мотнулся  домой. Взял  с  собой  200  рублей, и  тут  же  вернулся  обратно, на  той  же  тачке.

  Позвонил  условленным  сигналом  в  дверь, -  Николай  впустил  его. Ирина  сидела  на  кухне, пила  кофе. Алексей  присел  за  стол, достал  деньги, выложил  их  перед  ней.

-  Вот, бери. Тебе на продукты.

- Ой, Лёша, так  неудобно… -  она  сама  не  заметила, как  перешла  на  доверительное  «Лёша».

    Ратников  взял  её  руку, поцеловал.

-  Ты  мне  очень  нравишься… И  я  хочу, чтобы  ты  осталась  жива. А  сейчас отдыхай. Вся  информация  через  Николая. Никаких  звонков  отсюда, и  конечно, никаких  выходов  без  сопровождающих. Считай, что  ты  под  домашним  арестом.

-  А  как  же  с  прогулками  на  улицу?  За  продуктами, например, или  просто  погулять?

-  Я  завтра  же  навещу  местный  театр, -  подберу  тебе  парик, очки, одежду. Изменим  тебя  как  можем, тогда  можно  и  погулять… вместе. Иначе, не  забывай, те  опасные  «редиски»  могут  тебя  отследить.  За  мной пока  никаких  хвостов  не  наблюдалось. Надеюсь, что  и впредь  их  не  будет.  Мы  тебя  спрятали  не  для  того, чтобы  ты  подвергалась  опасности.

   Ирина  прильнула  лбом  к  его  руке:

-  Благодарю  тебя, Лёша…  Ты  мой  герой.    И  я  всегда  буду  об  этом  помнить!

    Немного  помолчав, она  в  каком-то  смятении  произнесла:

-  Ты  меня  сейчас  будешь  кормить… Я  чувствую  неловко  себя  при  этом.

-  Забудь. Я  в  состоянии   прокормить  и  тебя, и  себя. Даже  не  вспоминай  об  этом, -  я  должен  так  поступить….

   С  этими  словами  они  расстались.

  Уже  на  пороге  квартиры, прощаясь, она  инстинктивно  потянулась  к  нему, обняла  и  прижалась  упругим  девичьим телом  к  его  груди:

-  Ты  хороший  и  милый… Я  буду  ждать  тебя.

-  У  нас  скоро  встреча  с  твоим  братом, помни. Она  может  быть  решающей.

-  Да, я  помню.

-  Ну, ладушки, Ириша, до встречи. Эти  дни  я  буду  сильно  занят. Гавриловна  тебе  поможет, -  она  вот-вот  придёт. Поспи, почитай. Здесь  есть  много  хороших  книг.

 …Алексей  попрощался  с  охранником Николаем  и  вышел из  дома, где  в  окошке  из занавесок  видно  было  милое  лицо  его  новой  спасённой подруги…

 

 

…Через  два  дня  раздался  звонок  из  Москвы.

-  Это  я, -  коротко  и  внятно  произнёс  голос, -  завтрашний  рейс  № 235, время  прибытия  -  17.30. Синий  костюм, серый  плащ, дипломат  в  руке.

-  Тебя  встретят, ждём… -  также  коротко  произнёс  Ратников, быстро  записывая  данные  в  блокнот, после  чего  повесил  трубку.

 ….ТУ-134  описывал  дугу  над  аэропортом  для  посадки.  В  одном  из  иллюминаторов  виднелось  интеллигентное  лицо  мужчины лет тридцати пяти, который с  интересом  разглядывал  с  высоты  окружающий  ландшафт.  Ровно  через  7  минут  самолёт  плавно  застыл  на  взлётной  полосе. Моторы  ещё  глухо  гудели, пока  люди  по  трапу  спускались  вниз.  Прямо  возле  трапа  стоял  высокий  человек  в  чёрном  плаще  и  тёмных  очках. Он  выжидающе  глядел  на  выходящих  из  лайнера  людей. Вот  в  проёме  показался  человек  с  дипломатом  в  руке, в  сером  плаще.

-  Вы  Кочетков?  -  спросил  высокий.

-  Да, я… -  ответил  мужчина.

-  Я  от  капитана Ратникова.  Он  ждёт  вас  в  машине.

  Они  молча  проследовали  через  поле  к  выходу  в  зал. Через  пять  минут  после  посадки  самолёта  Андрей  Кочетков  сидел  рядом  с  «важняком» в  служебной  бежевой «Волге», которая  набирала  скорость, устремляясь  по  трассе  в  город.  За руль  сел тот самый высокий, что его встречал.

  Всю  дорогу они не проронили ни слова.  Как только  тронулись, Алексей  знаком  показал  Кочеткову, чтобы  тот  молчал, приложив  палец  к  губам. Тот  всё  понял.

  В городе  «Волга»  привезла  их на конспиративную  квартиру, где  их  ждала  Ирина…

  Машина заехала во двор. Выйдя  из неё, они направились  к  подъезду. Пока шли, между ними состоялся  короткий  диалог:

- Мы  спрятали  вашу сестру  в  «кукушке», -  неспроста  её  пытались  похитить…-  вполголоса  произнёс  Алексей, посматривая по  сторонам, так, на  всякий  случай.

- Простите  за  вопрос, Алексей,  -  а что  такое  кукушка? – Андрей  был  явно  озадачен.

Ратников  усмехнулся:

- Это  аббревиатура - конспиративная  квартира, сокращённо - «КуКушка», КК, если  хотите…

- Понятно. Я  не  силён в этих терминах, -  озадаченно  проговорил  Андрей.

-  Ничего, привыкнете.

Они  зашли  в  подъезд. Поднялись  на  третий  этаж. Алексей  открыл  ключом  обычную  дверь, которая ничем  не  отличалась  от остальных. На  пороге  их  встретила  Ирина:

  -  Брат!  Здравствуй!  -  они  обнялись.

Алексей  закрыл  дверь, попросил  их  пройти  в  комнату.

  Николай  принёс  прибор, на котором  уже  дымился  свежий  кофе, были  разложены  печенье, зефир, конфеты.

   Они  сели  за стол.

- Угощайтесь!  -  Алексей, сидя  напротив, внимательно  изучал  лицо  Андрея  Кочеткова.

  Довольно  умный, но  безхитростный  взгляд, средний  подбородок, прямой  нос, средние  губы, ровный  ряд  зубов, высокий  лоб, зачёсанные  на  пробор  светло-каштановые волосы.

«Типичное  русское  лицо…» -  подумал  Ратников, а  вслух  произнёс:

-  Андрей, ваше  дело  очень серьёзное.  На   этот  момент  главная  задача  -  уладить  его. Хотя  это  будет  не  так-то просто. Тут  нужны особые  рычаги.

- Вы  говорите  о  моём  деле, -  отвечал  Андрей, доставая  из  внутреннего  кармана  пиджака  пачку  сигарет «Космос»  и  закуривая, -  в  чём, собственно, опасность, я  не  совсем  понимаю?

-  Ведь это  вы  предложили  «распилить»  общак?

-  Да, я…  И что из  этого  следует?

- А вы сами не догадываетесь, куда влезаете? На чью территорию, что там за  люди? О  непредсказуемых последствиях вашего предложения  вы  подумали?..

-  Я  так  понял, что  они сначала взялись  за  Ирину… -  о  чём-то  размышляя, сказал  Андрей.

- Правильно  поняли…  Сейчас  главное  - отвести от вас  и от неё  следующий  удар, -  поверьте, эти  люди  способны  на  всё…

- Да какие это люди! - возмущённо  воскликнул  Андрей, -  уголовники, преступники, воры  и  бандиты!  Не  грех  их  немного  потрясти…  Вон  сколько  денег  они  наворовали, а  мы, как  идиоты, смотрим  на  всё  это  безобразие  и ничего  не можем  сделать!

-  И  тем  не  менее, Андрей, это  люди, хоть  и  преступившие  закон, у  них  есть  свои  «законы», в  противовес  нашим, которые  мы пока  не в силах  изменить, -  Алексей  отхлебнул  немного  кофе, - дело  в  том, что  от этих  людей  по  отношению  к  вам  исходит  вполне  конкретная, осязаемая  опасность! Первое, что  вы  должны  будете  сделать, -  это официально  отказаться от  своей затеи - пилить  общак. Иначе  они могут  пойти  дальше, и  тогда  неизвестно, что  вообще  может случиться… По  большому  счёту, они вас  могут  просто  убить, и  её  тоже,  - за  вашу идею.

    И  Алексей  кивнул  в  сторону  Ирины.

-  Неужели  на  самом  деле  всё  так  серьёзно?  -  Андрей  весь  подался  вперёд.

   Алексей  в  ответ  кивнул  головой:

-  Слишком… Как  мы  будем  разруливать  этот вопрос, я  сам  ещё  даже  не  знаю. Риск весьма велик.  Но  всё  же  кое-какие  соображения  есть…

-  Какие, например?  -  подала  голос Ирина.

-  Надо  выходить  на воров  в  законе  и  с  ними  решать  эту  задачку. Поймите, Андрей, они не отстанут, пока  не  «дожмут»  вас.

-  И  каким  образом  вы  собираетесь на них выходить?  -  Андрей  озабоченно   взглянул  на  сестру.  Та  ответила  ему  улыбкой.

- Как?  Пока не  знаю… Но  знаю, что из  любых  ситуаций  есть выход. Кажется, я  уже  придумал, что  нужно  делать…  Ждите  меня  здесь, никуда  не выходите. Я  скоро  буду.

   С  этими  словами  он  вышел  в  прихожую, набросил  куртку. За  ним  вышла  Ирина:

-  Ты  куда? -  спросила  она, с тревогой  вглядываясь  в  его  лицо.

-  Пойду  к  Степанычу. Он  всё-таки  целый генерал, и  у  него  наверняка  есть какие-то свои  связи  среди серьёзных людей.  Оставайся  с  братом, пообщайся  с ним…

    Алексей  прикоснулся  ладонью  к  её  волосам, погладил  их. Ирина  задержала  его  ладонь  в  своих  руках  на  пару  мгновений, закрыв  глаза, потом  отпустила…

 

- Задачка для генерала -

 

…Ратников  постучал  в  кабинет.

-  Входите!  -  прогремел  зычный  голос  хозяина.

Степаныч  был  на месте. 

«Это  хорошо, -  подумал  капитан, - может, он  что-то  предложит…»

Зайдя  в кабинет, Алексей  поздоровался  с  генералом.

- Ну, выкладывай, с чем  пришёл, - Степаныч  был  явно  в  хорошем расположении  духа.

  Алексей  коротко  обрисовал  ситуацию, рассказал  о прилёте  Андрея, об  их  разговоре, высказал  свои  соображения  насчёт  воров  в  законе…

  Степаныч  выслушал следователя, пятернёй  почесал  затылок, -  признак  явной  озабоченности, и  тяжело  так  произнёс:

-  Ох, и  задачку  ты  мне  подкинул, сынок…  Но  ничего, она  решаема.

  Он  тут  же  снял  трубку  телефона, набрал  номер:

- Василий, ты?  Есть к  тебе  дело… Прибыл  один  умник  из  Москвы, который  придумал  дерьбанить  воровской общак. Так  вот, этот косяк  можно  исправить  только  одним  путём.  Свести  его  с  одним из  воров в  законе. Они же  все повязаны  одной  ниточкой, так  что  если  скажет  «Отбой!» самый  авторитетный из них, остальные   воры  не будут возражать. Ты  же знаешь, в  их  среде слово  авторитета  имеет  определённый вес.  Скажи мне, Василий, - и  генерал  вытер платком  испарину  со  лба, -  у  тебя  же  сидит  один  из  таких!  Если  мне  память  не  изменяет, кажется, Седой?

-  Да, сидит, Степаныч. Именно  Седой,  ты  не  ошибся…

-  Скажи, он  в  авторитете?

-  Ещё  в  каком! Многие  воры  в  законе  его  уважают…

-  Слушай, Вася, устрой  моим  людям  встречу  с  ним...

-  Это  нелегко, Степаныч…

- А  ты постарайся… Скажи  ему, что дело касается  общака  и  этого  умника  из  Москвы. Седой  наверняка  о  нём  слышал.  У  нас  была попытка  похищения  Ирины. Это  сестра  умника. Так  вот, этот  деятель  сегодня  прилетел  из  Москвы  -  решать этот вопрос.

- Лады, Степаныч… Я  что-нибудь  придумаю. Будь  на  связи, скоро  тебе  перезвоню…

-  Вот  и  ладушки. Договорились, жду  твоего звонка.

  Степаныч  повесил  трубку.  Обернулся  к  Алексею:

- Я разговаривал  со  своим  старым  приятелем. Он  начальник  местной  колонии  строгого режима.  Остаётся  только  ждать  от  него звонка.

- Благодарю  вас, товарищ  генерал! 

 Степаныч  поморщился:

-  Я же просил  тебя, Алексей, называй  меня  Степаныч…

-  Простите, запамятовал…

- Ладно, прощаю… Иди  к  своим  подопечным. Успокой  их, скажи, что  дело решается.

-  Я  могу  идти?  -  Ратников  встал.

-  Да, иди, сынок. Хорошо, что зашёл. Куда  бы  ты пошёл без старой гвардии?  -  усмехнулся  генерал.

-  Да  никуда. Моя  первая  мысль и  была  -  идти к вам. Слишком  уж  дело-то  серьёзное.

- И как  это тебя так угораздило, -  неделю, как  приехал, а уже  в  такое  дело  ввязался? – полушутя  произнёс генерал.

- Не знаю, Степаныч…  Знаю  только, что  это  просто  так  оставлять нельзя, -  девушка  в серьёзной  опасности. Да  и  брат её  -  тоже…

- Ничего, разрулим. Сейчас мне надо ещё кое-какие бумаги  пересмотреть. Иди. Глядите  там, поосторожнее…

   Этого  генерал  мог  бы и  не  говорить… Алексей  и  сам  понимал  важность  происходящего  и  меру  ответственности  за  Ирину  и  за  Андрея  Кочетковых.

Выйдя  из  кабинета  начальника, Ратников   облегчённо  вздохнул:

«Ну, вот, это  уже  кое-что…»

 

- Седой -

 

…На  зоне  всё  было как  обычно. Правда, колонию  можно  было  с  натяжкой  назвать зоной, но  порядки  в таких  заведениях  были  весьма  похожи.

  Василий  Никанорович, начальник  колонии, вызвал  к себе  дежурного  майора  Дубинина.

- Майор, есть  дело.  Нужно  как-то  заинтересовать  Седого, вытащить  его  на  откровенный  разговор.   Дело  поручаю  тебе… Хотя, погодь…  Отставить.  Давай  его, пожалуй, ко  мне. Лучше  я  с  ним сам  переговорю.

 - Есть, товарищ  полковник!  - Дубинин  вытянулся  по  струнке, -  в  советские  времена  субординация   являла  собой  пример  безотказного  подчинения. Что  сказал  старший  по  званию, то  и  нужно было  исполнять  тотчас  же.

   Спустя  15  минут  заключённого  № 4532, а  именно  «Седого», вора  в  законе  и  опытного рецидивиста, доставили  в  кабинет  Василия  Никанорыча. Это  был  среднего  роста  крепкий  мужик, с  жилистыми  руками, цепким, но  умным  взглядом, с  квадратной челюстью и  высоким  лбом, на  который  спадала  седая  прядь  волос. Ещё  не  старый, на  вид  лет  50-52, но  уже  и вправду  весь  седой. На  самом  деле  заключённому  Викентьеву  Владлену Сергеевичу  было всего-то  47  лет. За  его  спиной  было  уже  7  отсидок, и  всё  за  крупные  хищения. До  «вышки»  он не  дотягивал, наверное,  хорошо  изучил  уголовный  кодекс. Но  вор  он  был  весьма  авторитетный  в своей среде…

- Чего звал, кум? – Седой  без  приглашения  уселся  на стул, уставившись  на  Василия  Никанорыча.

- Дело  есть  к  тебе, Владлен. Люди  из  Москвы  прилетели  специально  ради  этого.

-  Дело, говоришь? Что  за  дело такое?

- Я  не  знаю, что  там  и как, но  дело, говорят, очень  серьёзное. Касается  общака. Без  тебя  не  решаемое.

-  Кум, я  всё  понимаю, не  дурак… Что  мне  за  это  будет, если  я  решу  это  дело?

-  Тебе  же  ещё  пяток  лет  сидеть, так?

-  Да  уж, ещё  пять  с  половиной  осталось…

-  Если  дело  решишь, я  похлопочу, и  скостим  тебе 3,5  года. Ты  уже десятку отмотал?

-  Да, месяц  назад  была  десятка.

-  Ну  вот, останется  всего  два.

- Это хорошо, кум. А  то  мои  кореша  на  воле  уже  без  меня  не справляются. Так  что  поглядим, что  там  за  дело, и  что  за  птица  прилетела  к  нам.

-  Слушай, Седой, я   так   и  не  понял. Ты  согласен  с  этими  людьми  переговорить или  нет?

-  Кум, ты  же  знаешь, слово  Седого  -  закон! Я  сказал, поглядим, значит, согласен.

-  Ладно, Седой, договорились… Люди  будут  завтра. Слушай, а  почему  тебя  так  назвали - Владлен?  Имя  какое-то  странное - не  Владимир  вроде…

- Начальник, так  это  в  честь  Ленина  родители  сподобились так назвать – ВЛАДимир  ЛЕНин – вот  и  получается -  Владлен. Я-то родился  аккурат  в  день  рождения  Ленина  -  22  апреля. А  ты  чё, не  знал, откуда  произошло  такое  имя?

-  Да  с такой  работой,  как  у  меня,  голова  совсем  кругом, узнаешь  тут… Вас  тут  вон  сколько  много, за  всеми  не  уследишь, за именами  тем  более…

-  Вот  за  что  я  тебя, кум, уважаю, так  это  за  то, что  помнишь  и  называешь  меня  по  имени. А  то  всё  - Седой  да  Седой…

-  А чего  так, Владлен?  Ты  же  вроде  недавно  поседел?

-  Какое  недавно?  У  меня  первая  седина  пошла  с  23  лет, после  одного  очень  стрёмного  дела. С  тех  пор  меня  и  кличут  Седой. Вот так… Я  свободен?

-  Да, свободен. Конвой! -  громко  произнёс  Василий  Никанорыч.

  Открылась  дверь, и  вошёл  конвоир  -  тяжёлый,  немногословный  сержант, с  автоматом  Калашникова  наперевес.

-  В камеру заключённого, -  устало  произнёс  Василий, вытирая  пот  со  лба  платком.

     Седой   молча  встал, заложил  руки  за  спину  и  вышел  в  коридор…

  После этого разговора   начальник  колонии  позвонил  генералу Матвееву  и  сообщил  ему, что  Седой  к  разговору  готов. 

   Степаныч, узнав информацию о том, что авторитет согласен встретиться, тут же позвонил Ратникову:

-  Алексей? Здравствуй! Наш местный ворюга дал добро на встречу. Он ждёт вас. Так что бери своего московского архаровца, и дуйте завтра в обед к нему. Вас отвезут на служебке. И гляди там, аккуратнее со словами…

- Вас понял, Степаныч… Завтра будем готовы с ним встретиться. Насчёт слов, - не переживайте, знаю я их слэнг - договоримся.

- Ну, смотри, я предупредил. С вами командирую ещё нашего майора - боевика, мало ли что… Так что, вас трое будет.

- Лады, Степаныч, благодарю за поддержку!...

 

 

…На следующий день к 14.00 к дому Алексея подъехала белая «Волга» - служебка. В ней уже сидели майор спецназа и Андрей из Москвы. За рулём был молодой лейтенант, из новеньких, который  возил Степаныча.  Через час они уже подъехали к колонии. Их встретил сам начальник. Они зашли в кабинет Никанорыча, познакомились. Кум вызвал конвой и тут же,  как бы спохватившись, спросил Ратникова:

-  Вы здесь будете с ним говорить или в другом месте?

   Алексей, немного подумав, ответил:

- Мне кажется, с Седым надо говорить на его территории - вернее, в его камере. Там ему будет привычнее раскрыться, да и вообще беседовать с вами...

   Полковник  на эти слова отреагировал  своеобразно -  покачал головой:

-  Ладно! Так и быть. Конвой вас отведёт к нему…

  Пожилой старшина, хмурый и грузный конвоир, довёл их до нужной камеры, минуя целую сеть коридоров, проходов, лестниц и решёток. Если не знать расположения помещений  тюремного корпуса, то в этих лабиринтах легко можно было бы запутаться. Старожилы-сидельцы  рассказывали, что  лабиринты  эти  были придуманы  давно, ещё в 19-м веке,  и нарочно, чтобы  в случае  побегов  заключённые  не сразу  могли  бы  выбраться  из  корпуса, а  долго  петляли и, в  конце концов, запутались бы  и  попались. Такую  планировку  стали  копировать и другие  тюрьмы.

   Наконец они очутились перед камерой Седого.

  Конвоир открыл круглое окошко в центре массивной железной двери, заглянул туда и произнёс:

-  Седой, к тебе гости! Принимай…

   Заключённый отозвался:

-  Пусть зайдут…

 Когда все трое вошли в так называемую «камеру пахана», то от изумления чуть не ахнули: представьте себе довольно большую комнату, на стенах которой сплошь висели хорошего качества восточные расписные ковры; на белом потолке красовалась неплохая люстра с пятью лампочками. В самой комнате находились: слева - небольшой шкафчик, буфет, где красовались бокалы и графины с тёмно-красной жидкостью,  справа - отгороженный досками до потолка туалет с дверью, с надписью «гальюн», умывальник в углу. Дальше - стелла с множеством книг, за ним небольшой столик с телевизором и видеомагнитофоном, в нижней части столика виднелось углубление - ниша, в которой пестрели десятки видеокассет. Зелёная лампочка мигала на видаке, он был включён, экран телевизора безшумно пестрел  какими-то танцующими  полуголыми западными красотками. Сразу за столиком находилась широкая удобная кровать, аккуратно застеленная цветастым покрывалом. Между буфетом и кроватью, точно в центре всего этого великолепия стояла трёхместная полукруглая софа синего бархата, на которой и восседал сам Седой. Перед ним круглый резной столик с приборами, по бокам от столика также стояли три добротных кресла, обтянутые красным мягким материалом. Небольшое включённое бра на стене придавало всей комнате таинственный оттенок. Рядом с Седым стояли две молодые красавицы, - одна растирала ему спину какой-то пахучей мазью, другая делала маникюр на небрежно отброшенной на край софы руке пахана. Довершала всю эту картину широкая зелёная ковровая дорожка с красными витиеватыми узорами по бокам. Дорожка вела прямо к софе. В общем, камерой такое помещение трудно было назвать, - не каждая обычная комната в любой квартире выглядит так стильно и так  шикарно!

   Ошалевшая троица, в том числе и Ратников, первые секунды не могла пошевелиться, застыв от неожиданной картины. Конвоир, усмехнувшись, закрыл за ними дверь.

 Сидящий на софе Седой, в дорогом красном халате, воззрился на вошедших, и несколько секунд разглядывал их, словно оценивая их по какой-то неведомой миру собственной шкале. Затем тихо, с придыханием, произнёс:

- Кто такие будете, господа-товарищи? С чем пожаловали? Знаете, к кому пришли?

  Девицы-красавицы при этих словах и ухом не повели, продолжая своё дело.

   Первым очнулся Алексей:

- К вам пришли по делу, Владлен Сергеевич! Андрей Кочетков из Москвы, МинЮст, майор Ларионов  и  я, капитан  гор.прокуратуры – Алексей Ратников.

- Прокуратура-шмакулатура… Какие знакомые словечки! Ну, раз пришли с миром, а не с войной, то проходите, гостями будете. Мне про вас кум вчерась  напел…

  Все трое прошли по зелёной дорожке к креслам.

- Присаживайтесь, - Седой внимательно наблюдал за пришедшими.

   Они сели.

- Коньяк, напитки, шоколад, чай, кофе… Что будете? – спросил хозяин «камеры».

- Коньяк, пожалуй, ни к чему, а вот от кофе не откажемся,- за всех ответил Алексей.

- Наташа, сделай нам всем кофе, а мне коньячку плесни,- распорядился Седой, обращаясь к той, которая массировала ему спину.

 Девица молча отошла к буфету, поколдовала там чуток, и через пару минут на столике уже дымились три чашки с кофе, а напротив Седого на серебристом блюде она поставила ещё небольшую рюмку, полную коньяку.

- Благодарю, милая, - и Седой приложил её руку к своим губам. Девушка, немного зардевшись, всё также молча продолжила массировать спину пахана. На левой руке у него красовался золотой массивный перстень с короной. Ратников невольно обратил на этот перстень особое внимание, внешне ничем себя не выдавая.

  Правой рукой Седой взял рюмашку, приподнял её и сказал:

- Ну что ж, гости дорогие, за здоровье! Выпьем, потом о делах погутарим.

   Минут пять все молча пили кофе, а Седой тем временем что-то тихо шепнул на ухо девицам, и те покорно удалились за дверь, понимая, что в таких случаях  лишние  уши  ему  не нужны…

- Ну, рассказывайте, с чем пришли? - Седой  был собран и сосредоточен.

- Тут вот какое дело у нас к вам, Владлен Сергеевич… Намедни трое мужиков напали на девушку, потащили её в гаражи, но, слава Богу, милиция вовремя подоспела и её отбили...

- Небось, это ты, капитан, и отбил у них девицу, не так ли? А уж потом приехали бобики и всех приняли… Я верно излагаю? - и зэк прищурился, внимательно глядя в глаза Ратникову.

- Откуда вы знаете об этом? - изумлённо спросил Алексей, а потом, спохватившись, кажется, понял, откуда… Он хотел было ещё что-то добавить, но Седой его опередил:

- Девицу зовут Ирина Кочеткова, а вот этот охламон из Москвы – ейный брательник, не так ли, капитан?

При слове «охламон» Андрей вздрогнул.

- Так, - ошарашенно ответил Ратников, - но позвольте, отку…

- От верблюда, Алексей Васильевич, от него самого… Ты забываешь, с кем говоришь, парень… Должность у меня такая - многое знать … о многих… Ещё вчерась вечером у меня вот здесь, на столике, - пахан легонько похлопал рукой по блестящей полированной поверхности, - лежала полная информация о вас, вместе с фотками. Работают люди, работают, и в том числе и у вас в конторе, и все любят денежки…

   Алексей всё сразу понял и подумал: «Значит в конторе завёлся «крот», работающий на два фронта… От него и произошла утечка, раз пахан давно всё знал». Эта мысль длилась пару секунд, не больше…

А вслух  произнёс, делая по ходу интонационные расстановки… для внятности:

- Раз вы уже в курсе всех событий, то скажите, как нам это дело закрыть и забыть? А то ведь получается, - над двумя людьми нависла опасность…

- Ты знаешь, кто я такой? - Седой в упор глядел на капитана.

- Ну, приблизительно, знаю…

- Приблизительно - это не то. Я - держатель и хранитель трети всего общака. Знаешь, какие это деньги?

- Знаю, почти точно знаю, - ответил Алексей, ощущая, как по взмокшой спине, помимо  его воли поползли противные мурашки. От  Седого  шла  волна  какой-то  всевидящей, но недоброй  и  наблюдающей  за  всеми  силы, и  была  она  серо-бурого цвета. Очень  не  понравилась  эта  страшная  волна капитану.

- Ну вот, знаешь, и помалкивай. Сумма внушительная. А на ту треть, что храню я  лично, можно трижды полностью  поменять  правительство страны  и весь командный состав армии. Но мы ведь этого не делаем! Мы не влезаем в дела власти, так пусть и власть  к нам не лезет! Это ты, умник,  придумал распилить наш общак наполовину? - и Седой пристально уставился на Кочеткова.

-  Я?.. - запнулся тот, - да нет, не совсем…

-  Это вы там, в Москве, у себя в кабинетах такие смелые, а тут слабо прямо сказать?! Так, мол, и так, - моя идея. Вот такой я хороший работник МинЮста, хвалите меня, вот до чего додумался!

-  Знаете, Владлен Сергеевич, я совсем не ожидал такого эффекта от этой идеи - нападение на мою сестру, которая вообще не при делах, опасность и угрозы мне… Скажу только, что идея была не совсем моя…

- А чья же? Выкладывай! – Седой  выжидал, вцепившись  недобрым взглядом в юриста.

-  Понимаете, там задействованы такие люди, что мне не сносить головы, если я назову фамилию того, кто эту идею мне, мягко говоря, посоветовал разработать. Можно сказать, что это была так называемая «директива сверху». Я сам ни за что бы не взялся за такую опасную тему…

  Седой  повернулся к Ратникову:

- Капитан, без протокола… Лады? Я  сейчас скажу этому охламону пару  ласковых, а  ты уши  заткни...

   И, наклонившись  почти к самому  уху Кочеткова, он  прошептал:

- Слушай сюда, паря… Я сейчас накатаю маляву, и мои люди уже завтра выйдут на тебя, ткнут пёрышком в бок и поминай как звали. И концов никто не найдёт… Если хочешь выжить, то колись, кто тебя надоумил, а мы покумекаем. Слово честного вора, что тебя и сестру никто не тронет, если назовёшь его…

…И  уже  погромче, чтобы слышали все:

- Да за самую малую долю общака братва кого хошь порвёт на куски, а за половину!.. Врубаешься?

- А как же я вернусь в Москву, а вдруг он опередит вас и узнает, что я его сдал? Получается, что я буду между Сциллой и Харибдой! Поэтому мы и пришли к Вам, чтобы разрулить этот вопрос по-тихому.

-  Пусть тебя это не тревожит. Фамилия «умника»? - и Седой весь подался вперёд.

   Андрей переглянулся с Ратниковым и Ларионовым и выдавил:

- Это… министр финансов Крылов и его дружок - вор  в  законе Трубач.

   Седой хлопнул себя по лбу:

-  Как же я раньше не догадался?...

 И он откинулся на спинку  софы, погрузившись в короткие  воспоминания…

 

- Афёра (давнишняя  история) -

 

  Ему  вспомнилась  давняя история о том, как  20 лет  назад  они втроём скооперировались  и  разработали  целый  сценарий  одной  крупной  афёры, в процессе  которой  были наняты  со стороны  ещё  двадцать человек. Основная идея афёры  принадлежала  Седому. Оборотные  средства для  афёры предоставили Птица - подпольный  делец-теневик, и Трубач - уже  тёртый  калач-аферист. На подкуп нужных людей, на загранпаспорта и визы, на  поездки  за  «бугор» для  пятерых  человек  понадобилось  около 35.000  долларов США. Ключевые  люди - дипломаты, таможенники и оценщик антиквариата международного класса немец Клаус-Фридрих Кейтеринг, на самом деле тоже  аферист, были  знакомыми  самого  Седого. Он  много  лет  налаживал  нужные  связи, и вот они, наконец, сработали! Итог  афёры  был  весьма  внушительным – двенадцать  миллионов  долларов, - для  1970-го года  это  была  вообще  астрономическая  сумма!

…Тогдашнее дело  касалось  поставки богатому бразильскому коллекционеру четырёх фальшивых  картин Клода Моне, исполненных  малоизвестным, но весьма талантливым  русским художником  Игорем Красильниковым, которого Владлен знал ещё с  юности.

  Игорь  сварганил точные копии картин  Моне  за три месяца, причём  настолько  мастерски, что  отличить  их  от  оригиналов мог  только  высококлассный  специалист, типа  Клауса-Фридриха.

  Это  были картины «Луга в Живерни», «Сад княгини», «Японка. Камилла в кимоно», и  «Хижина в Сент-Андресе». Сам Седой, внимательно  глянув на картины Моне, оценил  их как  некую мазню, - он  глубоко изучал  историю  искусства живописи, неплохо  в ней  разбираясь… И считал, что Моне просто неудачно копировал стиль Ван-Гога. Один  только  «Сад  княгини»  Седой  оценил  как нечто  достойное.

  По  глубокому  убеждению Владлена, русские художники были   намного  талантливее  западных. Он видел  технику  исполнения картин  самого поддельщика – художника Игоря  и считал, что  она  гораздо  лучше и качественнее, чем у  «раскрученного» Моне!

  Красильников  писал  такие  картины, что закачаешься - на уровне  раннего Ренессанса! Это  был  русский  Веласкес, не  хуже, настолько  реалистичными у  него получались  картины! Так  что  подделать Моне  для  него  не  было  особо  тяжким  трудом. Под это дело доверенные люди Седого специально раздобыли четыре старых пустых холста  нужных  размеров. Игорь  получил  тогда  за  работу  $ 5.000.

  Как  раз  в  те  годы  судьба  этих  картин  решалась  на  частных закрытых аукционах для миллионеров, где  у  Седого  были  свои  купленные  информаторы.

Клод Моне. "Сад княгини". 1867 год.

                      Клод Моне.

     «Хижина в Сент-Андресе».1867 г.

Клод Моне. "Японка.Камилла в кимоно".

        Клод Моне. «Луга в Живерни».


Естественно, за хорошие деньги были куплены и таможенники, и дипломаты  высокого  ранга, провозившие через  границу с неприкосновенной дипломатической  почтой  фальшивые  картины…

 

 Но самую важную  часть работы выполнила Изабелла, -  международная  авантюристка, и конечно, сам  Клаус  Кейтеринг.

  Когда  Седой  получил  информацию  о том, что  «запакованный»  бразилец  Рамиро  Эстебан помешан  на  некоторых  картинах Моне  и  на  красивых  женщинах, а  также  о том, что через  два месяца в  Гамбурге состоится закрытый аукцион для миллионеров, куда  были  включены  эти картины, будущий  вор в  законе  решил действовать. Он  связался по телефону с  испанскими «коллегами» и попросил  для  дела  очень  красивую  девушку. Ему ответили, что  у них есть  такая, зовут  Изабелла. Профессионалка высокого класса, -  с её  помощью западные дельцы провернули 12  крупных афёр, притом  ни разу  не прокололись! Его  связали с ней, и  в  процессе  разговора  Седой  уговорил  её  приехать  в  Варшаву  для  очень  серьёзного  разговора  с ним. Изабелла  почуяла  запах  больших  денег, и  через  три дня  они  встретились  возле «Русалки» - знаменитого памятника на рыночной  площади старой Варшавы.  Неподалёку  был  ресторан, где  они  вчетвером, включая Седого, Изабеллу, Клауса  и  переводчика, уединившись  в отдельном  кабинете, обсуждали  план  обольщения  г-на  Рамиро. Переводчик был  также профессионалом своего дела, из России, и Седой  взял его с собой, потому  что  знал  этого  человека  давно  и  доверял  ему.

   План  был  предельно  прост  -  в  задачу  Изабеллы  входило  войти  в  расположение  к  Рамиро  на  одной  из  французских ривьер, где  он  в  данное  время  отдыхал,  затем  стать его  любовницей, и  за  короткое время  убедить  его  в  том, что лучшего  оценщика  антиквариата, чем  Клаус  Кейтеринг, в  мире  нет и не будет! Тем  более, что  этот  оценщик  -  её  хороший  приятель. Также  в  задачу  Изабеллы входило  изображать из  себя  страстную  поклонницу  творчества самого  Моне. Для  этой цели  Изабеллу  снабдили  отличным  цветным  изданием  книги  репродукций «Картины Моне» на испанском языке, заручившись  тем, что она  изучит все  произведения французского мастера.  Затем, когда  клиент  «дозреет», ненавязчиво  познакомить  его  с  самим  Клаусом. И  тогда  дело  было  почти  в  шляпе!

  Изабелла  за  один  месяц  блестяще  справилась  с  заданием. Схема  афёры была  проста, как  всё  гениальное!

  За  три дня  до  аукциона  мощными усилиями  Седого  и  Клауса  была  сделана  видимость  снятия  картин  Моне  с  аукциона. Рамиро, как  следует  обработанный  Изабеллой, сокрушался  по поводу  мнимого  снятия. На самом деле никто  и не собирался  выставлять  эти  картины  на  аукцион… Ложная информация об  этом  была  прекрасно  сфабрикована, купленные аукционщики  подтвердили  факт  продажи  картин, и  последующего их снятия.  Его  утешала в  гостиничном  номере Гамбурга Изабелла, и  как  бы, между  прочим, проболталась  о том, что  все  четыре  картины  продаёт  её  знакомый коллекционер Пауло Вьеско, который  живёт  неподалёку от  Гамбурга, в  частном  имении…

- Почему  же ты  раньше  молчала? -  вскипел  Рамиро, - ты  же  знаешь, как  я  хочу  заполучить  именно  эти картины!

- Милый, я  только  вчера  узнала о  том, кто  конкретно  продаёт  их!  Ты  же  знаешь, какая  это тайна  -  узнать  имя  продавца… Это  не так  легко  сделать, но  у  меня  есть  свои  люди  в  этих  сферах. Они-то  мне  и  сообщили фамилию  коллекционера.

  Здесь  надобно  заметить, что  Рамиро  не  знал  лично  Пауло, поэтому  сыграть роль  богатого  коллекционера  поручили  сыграть  отличному  испанскому  актёру Санчесу, которого  поселили  в  хороший  особняк  посёлка Ойтен, что находится в предместье Бремена.

  С  Клаусом  Рамиро уже  был знаком. Осталось  немногое -  связаться  с Пауло и  убедить его  продать картины  Рамиро.  Так  и  сделали. 

   Само  собой  разумеется, мнимый  Пауло, поломавшись  для  приличия, дал  согласие  на  визит  к  нему  домой. Естественно, в  этом  особняке, в  спрятанном  тайнике  уже  хранились  заранее  завезённые  «шедевры»  руки  Красильникова-«Моне».

  Получив  добро на визит, Рамиро  берёт  с собой красавицу Изабеллу, Клауса, и  они вместе  преодолевают  80  километров  от  Гамбурга  до Ойтена. За  ними  «хвостиком»  следовал  неприметный  «Фиат», где  за  рулём  сидел  организатор  всей  афёры -  сам Седой. На соседнем сиденье  с ним  ехал  и Трубач. Приехав в  шикарный особняк  Пауло, заранее  арендованный Седым, Эстебан  падает на колени  перед  показанными ему  картинами, пускает  слезу, и  умоляет  Пауло-актёра  продать ему  их. Клаус  подтверждает  «подлинность»  картин  Моне, и  Рамиро  тут  же  готов  выложить  оговоренную  сумму - 12 миллионов долларов  наличными.

  Сделка  состоялась, наличные деньги  были  отданы  Пауло, Рамиро  забрал вожделенные картины, заверив, что  они  будут  храниться  только  у  него, и  довольный, укатил  на  своём  красном дорогущем «Porsche»  обратно в  Гамбург, прихватив  Изабеллу и Клауса.  В  Гамбурге  красавица  аккуратно «отклеилась» от  Рамиро, подмешав  ему  в вино  сильное  снотворное… Не  забыв  о  трогательной  записке, где  ставила  его  в  известность  о  том, что  ей  нужно  срочно  лететь в  Испанию, где  у  неё  заболела  мать. И  пообещав  бедному идальго Рамиро, что  обязательно  прилетит  к  нему  в  Бразилию, когда  он  пожелает. После чего тут  же  уехала  на  такси  обратно  в  Ойтен, где  собрались  все  участники  афёры, празднуя  успех. Клаус  уже  был  там. «Слуги»  Пауло, блестяще   сыгравшего  свою роль, были, конечно, доверенными  лицами Седого, -  они-то  и  следили  за  тем, чтобы  деньги  никуда  не  уплыли.   Все  участники  афёры  были  щедро  вознаграждены, согласно  расписанным  ролям.  Клаус и Изабелла получили  по пятьсот тысяч долларов, остальные  гораздо  меньше, -  их суммы  также  были заранее  расписаны, и  люди  с  ними  согласились.

   В  итоге  вся  троица - Птица  по  фамилии Крылов, Трубач и Седой, - получили  с  этой  афёры  10,5  млн. долларов, разделив эту  сумму  на  троих.

   Дальнейшая  судьба  Рамиро  была всем  им  неведома -  Интерпол  молчал, никто  и не  думал  их  искать  за  подделку  мировых  шедевров.  Скорее  всего, тупица  Рамиро спрятал  их  в своём  бразильском  особняке, мало  кому  показывая. Ему  достаточно  было  того, что  сам Клаус  Кейтеринг  подтвердил  подлинность  картин.   Приглашать  ещё  кого-либо  после  него  Эстебан, скорее  всего, не  собирался. Про  Изабеллу  он  также  забыл, видать, у  него  появилась  новая  пассия…

…Впоследствии, используя  этот стартовый  капитал, каждый  из  них  удвоил  его  или  утроил, и  за  счёт  разных  махинаций  и  афёр  все  трое  быстро  поднялись  «из  грязи в князи»… Теперь  вот  эти  двое, поднявшись на  вершину  власти, решили  тронуть  общак, да  ещё  и  чужими руками…

                                                                                    ⍟

- Выход  из  пике -

 

  Очнувшись от  воспоминаний, Седой  воскликнул:

- Ах, они - гниды позорные! А от  Трубача  я  и вовсе не ожидал такого - решил хапануть пол-общака «по закону»… Ну, будет им общак… Такой общак, что мало не покажется… Теперь слушай, сюда, парень… (Кочетков отметил, что он уже не «охламон»…) Как ты сюда прилетел, по каким документам? Знают ли они,  где ты на самом деле? Хвоста не привёл за собой?

- Нет, вроде всё чисто. Вылетел я по подложным документам, а для всех укатил на несколько дней на служебной машине в Питер. Хвоста там не было, водитель отсидится где-то под Тверью, у своих в деревне. И за мной в самолёте никто не следил, здесь по прилёте сразу встретили с машиной прокуратуры. У меня часто бывают такие командировки по долгу службы. Поэтому всё вроде чисто, - и Кочетков заморгал глазами.

- Лады, Андрей, извини за «охламона», - это ещё ласково. Тебя хотели подставить под удар, срубить пол-общака, а затем они же тебя и хлопнули бы где-нито в твоей очередной служебной.. по долгу службы… Методов много. Но теперь ситуация изменилась благодаря тебе. Вот тебе слово Седого - с тобой  и с сестрой твоей ничего не случится. Мой тебе совет - отсидись где-нибудь здесь, в Новосибе, а этих паскудников, которых ты назвал, я беру на себя. Они уже не жильцы. Много серьёзных людей хотят с ними разобраться. Я сегодня же отпишу братве в Москву. А ты спокойно вернёшься в Москву через недельку-другую. Никто тебя не тронет. Даю слово! Ну, всё, гости дорогие, можете идти. У меня ещё есть дела.

   Ратников, Кочетков и майор, который всё время молчал, встали, поблагодарили за  угощение и вышли. Через минуту после их ухода Седой взял клочок бумаги и мелко написал: «Мин.фин.Кр. – гнида, пахан Труб. - гнида и крыса. Они замахнулись на общак. Инф. пров. - ист.надёж. Обоим дерев.костюмы. Сроку - 3 дня. Седой». Затем вызвал конвоира. Хмурый охранник спросил: «Чего, Седой?»

- «Быка» и «Мудреца» ко мне, живо!

   Через пять минут двое матёрых зэков уже были в «камере» у Седого. Разговор их длился недолго, а через два часа малява уже полетела ласточкой прямиком к Люберецкой братве…                

   Десять дней Андрей жил в «кукушке»  после  разговора с Седым. Затем втихаря вернулся в Москву, но по-хитрому - его отвезли по трассе на обычной, неприметной машине. Водитель - старший  лейтенант  прокуратуры,  получил приказ  от генерала  Матвеева лично - довезти Кочеткова как можно быстрее.

   По приезде в Москву он сразу узнал, что министр Крылов был убит вчера в собственном подъезде «ударом тяжёлого предмета по затылочной части головы» какими-то хулиганами, ограблен дочиста и раздет. Убийц никто не видел  и не нашёл. А ещё позднее из криминальной хроники ТВ узнал, что два дня назад машина вора в законе Трубача была взорвана вместе с ним и двумя его бандитами-охранниками…

…«Оперативно работает братва…» - только и подумал Андрей, приступая к своей работе в МинЮсте. Эта полоса «приключений» для него и сестрёнки закончилась.

   Ещё через три дня Седой нажал на свои рычаги, и из  СИЗО выпустили тех, кто нападал на Ирину. В тот же день братки отправили неудачных «хулиганов» в Питер на другие дела, и с тех пор их никто в Новосибе и не видал.

 

- Сексоты. Хищения. -

 

  Ирина вышла из «кукушки», приступила к своей  работе.

   Алексей также занялся своими делами.

   Они стали встречаться. Через неделю после описанных событий молодые люди как-то прогуливались по небольшому парку вечерком. Внезапно пошёл ливень, и они спрятались за кулисами летнего театра, где было сухо. Дверь за кулисы была небрежно закрыта сторожем и замок  попал не в дужку, а мимо… Видать, сторож напился и оплошал. Здесь среди всяких ширм и балдахинов, среди диковинных декораций  никто не мешал им быть вдвоём. Он читал ей свои стихи… Она улыбалась, смущённо глядя ему в глаза… А когда она опустила свой взгляд на его губы, Алексей обнял Ирину очень нежно, прижал её к своему сердцу и поцеловал, прошептав:

- Милая, родная девочка моя! Я люблю тебя, и хочу, чтобы мы жили вместе счастливо и долго…

  Девушка, чувствуя нахлынувшую слабость в ногах, в полузабытьи прижимаясь к его широкой груди, шептала:

- Единственный, близкий мой спаситель! Я обожаю тебя, души в тебе не чаю… Конечно, я люблю тебя и хочу быть с тобой! Ты именно тот, кого я ждала. Только мне кажется, что следак - не твоя профессия, у тебя такие стихи! Мне думается, что твоя стезя - творчество. Да и похож ты больше на художника, на писателя, чем на следователя, да ещё прокуратуры…

- Это хорошо, что не похож… - улыбался он, - ничего, мы ещё повоюем!

  А стихи - это так, для души…

 

 

…На  следующий  день, около  10  утра, к  нему  в кабинет  пожаловал майор Лебедев из городского управления, который  обещал  помочь с  агентами, и взять временное  шефство над Ратниковым.

  Они  долго  обсуждали  вопросы  ведения  дел. Главное, на что обратил  внимание майор, -   это работа  с  агентами:

- Вот что, капитан! В  нашем  деле  агенты, их  информация  значат  очень  многое, -  чуть  ли  не  весь  исход  той  или иной  операции. Бывает  и такое, когда внедрённого агента  раскусывает  противоположная  сторона, т.е. преступники, и  тогда  агент  или  исчезает  без  следа, или  находят  его  труп  где-нибудь на отшибе, в  лесопосадке. Запоминай, - есть платные агенты, есть блатные, а есть и штатные (на зарплате). Мы  тебя  сведём  с  самыми  осведомлёнными -  блатными. Это те, которые  на   хорошем  крючке  у  нас, ментов, но в  то же  время  они  боятся  возмездия  со стороны  «своих». Чтобы  не сесть за  свои  «художества», они  остаются  на свободе, сливают  нам  нужную информацию  и  в  крайнем случае, сдают нам своих  же  бандитов… 

  В течение следующей недели Лебедев познакомил  «важняка» с агентами - сексотами. Так  называли секретных  сотрудников. Ему дали в  помощь пять «блатных» агентов. Андрона, Беспалого, Отмычку, Рубина и Шныря.

  «Ну  и  кликухи! Прямо  как на  зоне..»  -  подумал  Ратников, поочерёдно знакомясь с ними. В  этом непростом деле  была  ещё  одна  тонкость, -  сами  агенты между  собой не контактировали, хотя  и  слышали  друг о друге. Но они порой  не знали, кто с кем «работает» и на кого. Задача следака заключалась  именно  в  том, чтобы агенты не пересекались, в  целях  безопасности. Схема  выглядела  так: Рубин, допустим, не знал  о том, что Ратникову  сливает информацию Шнырь или Отмычка, и наоборот. Тщательнейшая, продуманная  конспирация, почти  как  в профессиональной  разведке, исключала возможность «засветки»  всех  агентов сразу.

  Алексей серьёзно  впрягся  в  работу, начал  интенсивно изучать и  распутывать  дела.

  С помощью  агентов, благодаря  поступающей от них информации,  он за  две  недели раскрыл первое дело: двойное убийство – зам.председателя городского профсоюза Демидова Николая Петровича и зам.директора юношеского спортивного общества «Факел» Муратова Константина Ивановича. Эти  двое  чем-то мешали  подпольным  дельцам, или могли о чём-то проболтаться. Скорее  всего, их  за  это и убрали… Выяснилось, что  заказчик  этого  убийства  явно  принадлежит  к  клану  теневиков.

  След  от  этого  дела  тянулся  дальше, вернее, вглубь  этого  клана. Становилось  жарко, мозаика  складывалась  весьма  занимательная…

  Вслед за  этим Алексей  стал  распутывать  клубочки  следующего дела - о хищении бриллиантов на сумму 1,5 млн. рублей. Директор научно-производственного объединения по переработке алмазов Никаноров Антон Петрович был зверски убит у себя на даче. Его жена - дочь зам. министра лёгкой промышленности - была замешана в этом деле. Её купили, заставили нанять убийц, иначе ей грозила смерть.

   Никаноров сильно мешал местным подпольщикам сплавлять в Японию большие партии драгоценных  камней. Жена  его  была  задержана  органами, было заведено уголовное  дело, которое  и передали в  прокуратуру. Усилиями Ратникова исполнитель  убийства, наёмный  убийца  по кличке Зверь, был найден и обезврежен. Он-то  и сдал  заказчика  убийства. Им  оказался  крупный  делец, бывший  дипломат, который  и  осуществлял  переправку  алмазов  в  Японию… Видать, пересеклись  интересы  Никанорова  и  этого  дельца, они  что-то  не поделили, -  в  итоге  директор  НПО  был  убит… Сам  бывший  дипломат  скрылся с концами  за  границей, и с ним  оборвались  многие  ниточки…

  В  это же  самое время  у всех  на слуху и в  кругах  МВД,  и КГБ  было одно  и то же имя  -  Кедрач. Якобы он  -  авторитетный  вор-миллионер, но никто не  знает, где  и как  его  можно найти. Никаких  зацепок… Его усиленно искали и менты, и комитетчики, - землю  носом рыли, поговаривая, что  все  крупные  хищения  -  его рук  дело. Но  найти  никак не  могли. Сильная  конспирация  расхитителей, строжайшая  дисциплина  и  строгое  подчинение  по лестнице  иерархии  давали  о себе  знать глухой стеной  молчания - даже исполнители-боевики  ничего толком не  знали о главе  преступного  синдиката. Да  и  его  самого видели немногие…

  Кедрач  на  самом  деле  действовал  с помощью  всего  лишь  троих  посредников, перед  которыми  появлялся  в  чёрной  маске, скрывающей  черты  лица. Они встречались  раз  в  неделю  на  отдалённой  таёжной  заимке, и Кедрач  отдавал  нужные  приказы, оплачивал через  помощников  все  услуги  боевиков  и  других  исполнителей  -  юристов, ментов, КГБ-шников  и  агентов. Вот по  этой  причине  никто  не мог  его найти - слишком  много  людей  было завязано  на этих  делах. Все  они  были  разрознены, но вместе  с тем повязаны  мафиозной  «круговой  порукой», и  боялись  разоблачения, а  то  и вовсе  расправы  со стороны   бандитов  за  любой неверный  шаг…

   Всё  глубже  и  глубже  «копая», Алексей  ужасался грандиозным масштабам  операций  бандитов. «Чем  дальше  в  лес, тем  толще  партизан… Страна  социалистической  законности  где-то  даёт  сбой, раз  мы  до этого  докатились!» -  с  тоской  подумал  как-то  Алексей, удивляясь, как  это  великая держава, победившая  фашизм, отстроившая  после  войны  сотни городов  и посёлков, восстановившая  экономику, не  могла  найти  какого-то  вора, пусть  даже  и миллионера?!? И  как  вообще  могло  произойти  такое, что  КГБ  СССР, славившееся  своим  вездесущием, докатилось  до  такого  позора, чтобы  комитетчики были  повязаны тёмными делами с  крупными  бандитами? «Коррупция  стопроцентная, как-никак, куда  смотрит правительство?» - эти невесёлые  мысли  одолевали  его  днями  и ночами. Какая-то  страшная  и  безпощадная  сила стояла за  всеми  этими  убийствами, хищениями, а  он  один  против всех. Это  казалось  ему  несправедливым. С  какой стороны  ожидать подвоха, он  не знал, не ведал…

  «А  чего  ты  хотел?» -  говорил  Алексею внутренний  голос, - «Ты  же  добивался  именно  этого  -  распутывания  сложных  и  тяжёлых  дел. Вот тебе реальная практика  -  бери и распутывай! Ты  же  служил  в разведке, так  что  не  дрейфь, - смелее  в  бой!»

  Доказательств  пока  было очень  мало, кот  наплакал, но Алексей  не  унывал, он  «копал»  и «копал», уверенный  в своей  правоте. Не подозревая  о  том, что сам  уже находится  под  незримым «колпаком»  у  бандитов-расхитителей, как  бы  под  прицелом  снайперской  винтовки...

  К  тому  же, как раз  в  это  время по  всей Сибири ходили странные  упорные  слухи, что  Кедрач - вообще-то и не вор  вовсе, а приличный  коммерсант, который по своим причинам почему-то  нагоняет на всех  такого  страху, а  в  миру  он  совершенно  другой  человек, -  открытый, искренний   и  добрый, помогающий  всем  и вся. Но  фамилия  этого «коммерсанта», который  строил  свой  бизнес  на  крови, являлась тайной не только для  Ратникова. Да  и  кто  бы  его  сдал, эдакого «всемогущего» дельца, когда  за ним стояла  разветвлённая  сеть  агентов, боевиков  и  офицеров  силовых  структур?

  Все  эти слухи  Алексей аккуратно собирал, анализировал, абстрагировал  и  делал  свои  дедуктивные выводы. Ему  нужно  найти  еле  заметные  ниточки, связующие  все  преступления  в  единую, стройную  сеть  организованной  группировки.

 

⍟ ⍟ ⍟

- «Крот». 4  года назад. -

 

   За 4 года до описанных событий сам Кедрач  вызвал  начальника отдела  информации городской  прокуратуры  майора Анатолия Завьялова  к  себе на  таёжную  заимку. Везли  его  на  чёрной  «Волге» долго  по тайге, около 2-х часов, предварительно  завязав чёрной  повязкой  глаза. Наконец, машина  остановилась  в  глухом  месте, -  вокруг  шумела  вечная  тайга, поражая любого своим  спокойным  величием… Пели  сойки, громко стучали  дятлы по стволам сосен, выковыривая  себе  корм  из коры…

  Завьялова  вывели из  машины  и завели  в  небольшой, но  уютный  домишко. Там  развязали  глаза.  Он  огляделся. Внутреннее  убранство  этого  скромного  домика  восхищало  своей  роскошью  и  простотой  одновременно. Стены  и потолок  -  сплошной  кедр, -  это было  ясно  по  структуре и запаху, добротная  печь  в  углу, великолепные персидские ковры  на  всех  стенах, каждый  из  которых  по  стоимости  мог  спокойно  потягаться  с  «Жигулями». Почти на  всех  коврах были  аккуратно  и со  знанием дела  развешаны  старинные  арбалеты, мечи, луки, кинжалы с  инкрустацией на рукояти, сабли, щиты… Между  коврами  в  трёх  местах  на  стене  висели  огромные  чучела  -  оленя, медведя  и  тигра. Весь  пол  был  устлан  дорогим узорчатым паласом. В  дальнем  углу  гостиной  комнаты  стояла старинная резная  тумба, на  которой  красовался  новенький  большой телевизор «Sony», рядом  с  ним  пульт  и видеомагнитофон  той  же  японской  марки. Помимо всего  этого  великолепия, в  другом  углу  красовалась  софа  из  югославского  гарнитура, - такую  же  Завьялов  видел  в  кабинете  одного  министра  в Москве. В  центре  гостиной  располагался  длинный  дубовый  стол с кофейными  приборами и чашками, вокруг  которого  чинно  замерли, как  солдаты  в  боевом  строю, 12  стульев с высокими спинками.

  «Почти как  у  Ильфа  и  Петрова» - подумал  Завьялов, - «Такой  обстановочке  может  позавидовать  любой  коммерсант  или  генерал».

   Вошёл  один из  секретарей  Кедрача, высокий  человек  с  пронзительными  глазами:

-  Меня  попросили  вас  проинструктировать  по поводу  нынешней  встречи… Вы  готовы  выслушать?

-  Да, готов, - Анатолий  внимательно  посмотрел  на  секретаря.

- Прежде  всего, эта ваша  первая  встреча. Вопросы  не  задавать, вникать  в суть разговора, отдавать  приказы  будет сам хозяин. Постарайтесь  не удивляться  внешнему  виду  хозяина, -  он  обусловлен строжайшей  конспирацией. Слишком много  врагов  вокруг, поэтому  и  вид  у  него  такой.

- Какой? -  не  удержался  Завьялов.

- Я  же  сказал  вам, -  вопросы  не  задавать… Сами увидите…

- Заходите, - и секретарь  распахнул  дверь  в  соседнюю  комнату.

   Войдя  внутрь, майор  удивился  резкой  смене  стиля  убранства. В  этой  комнате  не  было  ничего  кричащего  о роскоши, ни одного  предмета!  Напротив, строгая  спартанская  обстановка -  стол, два  стула, топчан с  обычным  покрывалом, журнальный  столик  возле маленькой печурки… За  столом  в  высоком  кресле  сидел  человек  в  чёрной  маске, которая  скрывала  его  глаза  и почти  весь  нос.  Открытыми  оставались  губы  и  подбородок. Глазные  щёлки в маске  были  настолько  узкими, что разглядеть  выражение  глаз  этого  человека  было  практически  невозможно.

   Освещение  в  этой  комнате  было  слабым - плотные  шторы  занавешивали  почти всё  окно, оставив  лишь  узкую  щель.

-  Здравствуйте, Анатолий! -  человек, не вставая  из-за  стола, жестом пригласил  его  сесть  напротив, -  мы  вас  вызвали  вот  по какой  причине… Насколько  мы  знаем, вы  когда-то работали в системе  КГБ, в  отделе  информации, и  не  где-нибудь, а  в  первопрестольной.

- Да, было  дело… -  замялся  Завьялов, всматриваясь в чёрную маску. «Неужели это и есть  знаменитый Кедрач?» - подумал  он.

- Вас  перевели  сюда  за  какую-то  провинность, или  же  за  серьёзный  просчёт? - человек  в  маске  откинулся  на  спинку  кресла, как  бы  выжидая…

-  Меня  перевели  за  то, что  я  не  справился  с  одной  задачкой…

-  Какой  конкретно?

-  Был  один  инженер - физик-механик, к  тому  же  ядерщик, который  изобрёл  новейший  вид  оружия, по  сравнению  с которым  ядерное  оружие  -  детский  лепет  на  лужайке… Мне  поручено  было  изъять  у  него  какой-то  блокнот, но  так  аккуратно, чтобы  комар  носа  не  подточил. Я  не  смог…

-  Что  это  за  оружие, вы  знаете  точно? - Кедрач  подался  вперёд.

- Не  совсем. Знаю  только, что  называется  оно -  прихотропно-лучевое, радиус  действия - 500  километров.

-  Правильно, -  удовлетворённо  хмыкнул  хозяин  домика, - фамилию  изобретателя  помните?

- Знаю, -  это  Василий  Николаевич  Ратников, родом  из  Минска, там  же  он  работал  в  одном  закрытом  НИИ. Его  некоторые разработки  всерьёз  заинтересовали  японцев  и  американцев.

-  Вот-вот… Его  разработки нас  тоже  интересуют. Сможете  ли  вы  вновь  взяться  за  это  дело? Нас  интересует  тот  самый  блокнот. Мы  дадим  вам  в  помощь  людей, оружие, деньги.

-  Не  знаю, Кед…

-  Не  надо  имён, -  поморщился  человек в маске, перебив его, - так вы  берётесь за  дело?

-  Какова  будет  сумма  гонорара, если  я  достану  блокнот? -  оживился  Завьялов.

-  В  случае  успеха  вас  лично  ждёт вознаграждение  в  25.000  долларов  США.

-  Ого! -  присвистнул  Анатолий, в  мыслях  уже  потирая  руки.

   А  вслух  произнёс:

-  Я  согласен!  Что нужно  делать, куда  лететь?

-  Завтра  же  вылетайте  рейсом  Новосибирск-Москва, там  пересадка  Москва-Минск. С  вами  полетят  пятеро моих  людей. Нужные  удостоверения  и  оружие  получите  в  Минске. У  нас там  есть  кое-кто…  Задача  -  как  можно  скорее  выйти  на  физика, похитить  его, узнать, где  он  прячет  блокнот. Изъять  его  и привезти  сюда, ко мне.  Самого  физика  предупредить, что  если  он сунется в  милицию или  в  КГБ, то  ему  несдобровать… Задача  ясна?

- Предельно  ясна… -  произнёс  Завьялов, -  только  вот  что  с  работой?  Я  же  вроде  числюсь  в  прокуратуре…

- За  это  не  переживайте. Мы  вам  сегодня  же  соорудим  срочный  вызов  в  Москву  по  линии  министерства, и  никто  не  догадается, где  вы  на самом  деле, никто  не  будет  проверять, где  вы  были  три недели.  Результаты  московской  проверки  мы  вам  подготовим  в  лучше виде. Да, и  ещё…

-  Что  ещё?  -  спросил  Завьялов, чувствуя, как  некий  холодок  пробежал  у  него  за  спиной.

-  Вы давно  работаете  в  прокуратуре?

-  Вот  уже  третий  год…

- Согласны  ли  вы  стать нашим  тайным  агентом-осведомителем  в системе  МВД? Естественно, ваши  услуги  будут  щедро  оплачиваться…

-  Вы  предлагаете  мне  стать  «кротом»? -  отшатнулся  Завьялов.

- Я вас умоляю, майор! Мы  хорошо  изучили  ваше  досье  -  у вас  есть  предрасположенность  к  такого  рода  деятельности, иначе  бы  мы  вас  не  вызвали. К  тому  же, в  КГБ, где  вы  успешно  работали  в  течение  10  лет, сплошь  и рядом  такое  происходит  -  сплошные  вербовки, перевербовки, тройные  агенты, крот на кроте  сидит  и кротом  погоняет. Сам чёрт  ногу  сломит, пока  разгребёт  все  эти  кгб-шные  завалы… Разве  не  так?

-  Так-то  оно  так, но  то  КГБ, а  это  МВД… -  начал  было  Завяьлов.

-  Разницы никакой… Тоже  силовая  структура, только рангом пониже. Не  мне  вас  учить, как  сливается  информация. Не забывайте, что в МВД  бдительности  гораздо  меньше. К  тому  же, деньги  не  пахнут…

-  Я  подумаю  над  этим, -  произнёс  вспотевший  Завьялов.

-  Подумайте, подумайте…  После  Минска  дадите  окончательный  ответ.  Возьмите  вот  это…

  Кедрач  достал  из  ящика плотный  жёлтый пакет.

-  Что  это?  -  спросил  Завьялов.

- Здесь  деньги  на  необходимые расходы  по  Минску. Семь тысяч  рублей. Думаю, вам  этого  хватит  на  пятерых. Сроку  вам  на всё  дело - две-три недели. Здесь ещё записаны адреса  квартир, где  вы  будете  останавливаться, адрес и телефон НИИ, где  работает  физик, телефоны  нужных  людей  по Минску -  водителя  со своей  машиной, экспедитора  и одного  военного  майора. Он  будет  вам предоставлен в  помощь. Постарайтесь достать блокнот… Связь со мной по  вот этому  номеру, - Кедрач написал цифры на листочке, передал майору, - физика по телефону называйте тётей, следящих за ним - племянниками.  Не мне  вас учить, - я  пойму, о чём речь. Вся  операция  будет проходить под вашим личным  контролем. На  этом  наш  разговор окончен. Вы  свободны. 

  Завьялов  вышел  на  подворье, вдыхая  запах  тайги…  Несколько  крепких охранников  равнодушно  наблюдали  за  ним  с веранды. Пока  ему  завязывали  глаза, он  с  удовольствием помыслил: «Двадцать  пять  тысяч  долларов! Это же  целое состояние!»  Знал  бы  он  о  том, какие  миллионы  долларов  готовы  отвалить  за  этот  блокнот  японцы, его  бы  точно  задушила  жаба… Или  он  потребовал  бы  за  работу  не  меньше  100  тысяч  долларов.

 

⍟ ⍟ ⍟

- Провал. Блокнот. КГБ. -

 

…Задание Кедрача Завьялов  «успешно»  провалил. Он  вышел  с людьми  уже  на самого  физика, они  «вели»  его, но  на второй  день бывший  КГБ-шник  вдруг  с  ужасом  обнаружил, что  не  они  одни  такие  умные, - инженера Ратникова  вели  ещё  как  минимум  две  конкурирующие  организации, причём   довольно  профессионально… Их  почерк  не  оставлял  никаких  сомнений  -  физиком  интересуются  многие. Судя  по  стилю  ведения, Завьялов  сделал  вывод, что  за  следящими  стоят  профессиональные  спецслужбы  и силовые  структуры.

  «Что  же  делать?» -  мучительно  думал  Завьялов, сидя  в микроавтобусе, который  им  выделили  минские  подельники  Кедрача. «Ведь  не  влезать же  между  Сциллой  и Харибдой, -  раздавят!...»  Он  не  знал, кто  конкретно  ведёт  физика, и  пытался  это  выяснить по  своим  каналам. После  двух  дней  явного  выяснения, кто  же  за  этим  стоит, к  их  машине  подошли  двое  крепких  дуболомов с каменными  лицами, и предупредили, чтобы  они  не  совались  не  в своё  дело, иначе…

   Что  иначе, было  ясно  как  день, -  или  их  перехлопают из  автоматов, как  куропаток, предварительно  выследив, или  взорвут, «случайно»  бросив  лимонку  им под  машину…

  Завьялов  заказал  междугородний  звонок. Ему  нужно  было  сообщить  всю  эту  ситуацию  Кедрачу.

  Он сидел  в  номере  и ждал  звонка. Наконец  телефон  задребезжал. Он  снял  трубку.

- Ну  что там? -  нетерпеливый  голос  Кедрача  на  том конце  провода  ничего  хорошего  не  предвещал…

  Завьялов  описал  всю  ситуацию  условным  языком, который  мог  бы  понять  только  профессионал. Даже  КГБ  не смогло бы подкопаться к такому  вот  разговору:

- Здравствуй, Саша! Приехала тётя из  Бобруйска. Привезла  пирожки, домашние  яйца. Но  за  тётей  увязались  два  племянника, -  такие  настырные, напористые. Они  всё  время  путаются  под  ногами, не  дают  с тётей  поговорить… Что  с ними  делать, ума  не  приложу. А  тётя  как  будто  этого  не  замечает, -  племянники-то  любимые!

  В  этом  разговоре  тётя - это сам физик, а  племянники  -  те, кто  его «ведёт».  Со стороны  вполне  безобидный  разговор.

  Ответ  Кедрача  был  таков:

- Постарайся  не  влезать  в  их  отношения. Это  всё-таки  родственники. Подожди, пока  они  уедут, а  тётя  останется…

  Что  на  условленном  языке  означало  только  одно -  жди, выжидай, смотри  в  оба, не  влезая  в  этот  расклад, ничем  себя  не выдавая.

-  Понял, -  ответил  Завьялов  и положил  трубку…

…Через  неделю  физик  Ратников  попадает  в  аварию, в которой  погибает. «Не  обошлось  без  «племянников» -  подумал  Завьялов. Где  блокнот, никто  из  его  команды  не  знает.  Но  один  из  агентов  докладывает  ему, что  сын  физика -  Алексей, который  как  раз  сейчас поступает в  институт  МВД, встречался  с  отцом  накануне  аварии  в  лаборатории  НИИ. О чём  они говорили, никто  не  знает, но  сын  вышел  из НИИ  через  полчаса, о  чём-то  задумавшийся… Завьялов, услышав  это  сообщение, задрожал  от  неожиданности, -  не  исключён  вариант, что  отец  сыну  передал  блокнот, почуяв  опасность. У  старого, опытного  КГБ-шника  был  нюх  на  такие  дела…

  «Надо  будет  прошерстить  этого  сына»,  -  подумал  Анатолий, - «Узнать у  него  про  этот  блокнот… Но  как  это  сделать  незаметно?»

  Таким  образом, Завьялов  «выходит»  на  институт  МВД, -  этим  и объясняется  тот факт, что  Алексей  видел  его  мельком  в  коридоре  приёмной  проректора  при поступлении.

  После  этого Алексея, после  похорон  отца,  «случайно»  остановили  на улице  двое  прохожих, «случайно» с ним столкнувшись. Одна  из  них  была  обаятельная девушка, владеющая сильным гипнозом, второй, под  видом  её  брата, был  профессиональным  вором-карманником. Алексей, естественно, не  знал  о том, что  этих  двоих  нанял Завьялов для  установления  наличия  при  нём  ценного блокнота. Пока Алексей  помогал  девушке  собирать  вещи  и бумаги, рассыпавшиеся  во время  «случайного» столкновения, пока  она  своим  щебетанием  его  отвлекала, её  подельник-вор  ловко  обыскал его карманы, ничего  не  обнаружив. О  чём  и  доложил  через  полчаса  самому  Завьялову, который наблюдал  за всей  картиной, сидя  в  машине  неподалёку.  Откуда  им  было  знать, что  ценный  отцовский блокнот Алексей  надёжно припрятал? Накануне дома он плотно запаковал его тройным слоем целлофана, завернул в  плотную  бумагу, закапал  сургучом, затем  положил  всё это в  жестяную  коробку, обработал  горячей  смолой. Получился эдакий чёрный смоляной  кирпичик. Затем дождался  ночи  и  тайком, на  велосипеде, под  видом  катания,   уехал  на  заброшенный  пустырь  за  чертой  города, где  приметил  старинную кирпичную  кладку,  чуток  выступающую  над  землёй.  Кладка  эта  сплошь  заросла  бурьяном, и  вообще  место  было настолько  безлюдное  и  неуютное, что  даже  бомжи  здесь  отсутствовали. Лучшего  места  для  схрона  ему  было  не  найти. Этот  пустырь  существовал  уже  почти  15  лет, и  в  ближайшие  годы  вряд  ли  его  тронут  власти города.

  Найдя в кладке  подходящую  нишу, Алексей  сунул  туда чёрный кирпичик, заложил  нишу старым кирпичом, а бурьян плотно закрыл  это место  своей густой листвой, как  только  Ратников  оттуда  вышел… 

  Завьялов  покрутился ещё  недельку, один  раз  проникнул в квартиру  Ратниковых под видом  сантехника, но безрезультатно… Не  убивать же  было  ему  бдительную  глазастую  мать  Алексея  из-за  блокнота… А  в  открытую  искать нужный  блокнот  было  сплошным  безумием, -  мать моментально  вызвала бы  милицию, и объясняй  им потом, что ты  не верблюд… Этот фактор  не  входил  в  планы Завьялова. Кедрач  ясно  дал  понять  -  раздобыть  блокнот по-тихому, без  шума. Но, видать, не  судьба. Так майор и уехал, несолоно  хлебавши, из  Минска.  Кедрач, естественно, остался  недоволен  результатами  поездки, но  как  бы  смирился  с  этим, и  наказал  при  малейшем  подозрении  на  обнаружение  блокнота немедленно сообщить  ему. Завьялову  и  самому  было неохота  терять свой  гонорар, который  уплывал  из  его рук, поэтому  он  постарался  сделать всё возможное в  Минске  для  того, чтобы  молодой  Ратников  попал на работу  именно  к  ним  в  Новосибирск. Будущий «крот», нанятый  Кедрачом, почему-то  был  уверен, что  блокнот  находится  у Алексея… А  уж  сделать  так, чтобы  сын  гениального  физика  попал  на  работу  к  ним, для  Завьялова не  составляло  особого  труда. Дело  техники, как  говорится…  Завьялов  просто  заранее  закинул  «удочку»  своим  бывшим  коллегам  из  спецслужб, и  те  уж  постарались  через  третьи  руки  донести  до  ушей  генерала  Матвеева  Прохора  Степановича  информацию  о  том, что  именно  в  Минске  есть  для  их  прокуратуры  достойный  кандидат  на  должность  «важняка».

…Прошло четыре года.

   Завьялов  всё  тщательно  спланировал. За  три месяца  до  приезда  Ратникова  он  решил убрать старого  следователя - Николая  Васильевича. Но  убрать  нужно  было  так  аккуратно, чтобы  комар  носа  не  подточил. С  этой  целью  он  раздобыл  специальный  препарат, который  после  серии  инъекций  вызывал  в  организме  сердечный  приступ. Причём, следы  от употребления этого  препарата  обнаружить  было невозможно, -  он  полностью  всасывался  в  кровь, растворяясь  в  ней  в  течение  двух  часов. И  даже  если  будет  следствие, то  они  ничего  не смогут найти.  Осталось  найти  того, кто  сделает  эту  серию  уколов.

   С  этой  целью  он  пришёл  в городскую  поликлинику  к  главному  врачу, где  был  прикреплён следак, и поговорил  с ним  о том, что  неплохо  было  бы, дескать,  проследить  за  здоровьем  Николая  Васильевича. Притом, акцент  был  сделан  на  том, что  у  самого  Завьялова  есть привезённый  из  Швейцарии препарат  широкого  действия, очень дорогой, который  может  помочь  ему  с  расшалившимся  сердечком. Причина  столь  странной  «заботы»  Завьялова  была  очевидна - сам  старый  «важняк»  как-то  раз  заходил  к  нему, Завьялову, в  кабинет, жаловался на  сердце, и  просил  достать  какой-то  особый  препарат. Все  в  прокуратуре  знали  о  широких связях  Завьялова, и  если  что  «достать»  нужно  было, обращались  именно  к  нему. Так  что  алиби  у  Завьялова  было  железобетонное, -  сам  следак  попросил  о помощи, медсестра, получив  указание  от главного  врача, которая  делала  впоследствии  уколы, даже  не  догадывалась о  том, что  этими  уколами  она  несёт  смерть  пожилому  следователю… Она  же  не  проверяла  препарат  в  специальной  лаборатории, - она  просто  выполняла  поручение  главврача. Этикетку  на  препарате  Завьялов  аккуратно заменил  на  вполне  безобидную, зато  содержимое  в  пузырьке  являлось  бомбой  замедленного  действия…  Таким  образом, когда  у  Николая  Васильевича  случился  приступ, а  затем  летальный  исход, никто  особенно  не  удивился. В общем, даже  и следствия  никакого  не  было. Врачи  констатировали  смерть  от сердечного  приступа, -  такие  случаи  были  настолько  заурядными  и  вполне  привычными, что  на  них  серьёзно  никто  не реагировал. Покрутился  около  тела  в  морге  один  следак из УГРО, ничего  такого  не  нашёл… Дела  никто  не  заводил. Операция по  нейтрализации «важняка»  прошла  успешно. Что  и  было  на  руку  Завьялову.

 

 

    Последние  четыре  дня  у  Алексея  появилась  уверенность  в  том, что  за ним  кто-то  следит. Ощущение  было не  из  приятных, как  будто  сзади приставили  кинжал  к  горлу  и  давят.  Он  проверил  свою  версию  предположения  слежки, так  ли это? С этой  целью он вышел  на  улицу, и  направился  в сторону  бульвара  неторопливым  шагом. Спустя  несколько  мгновений  Алексей  боковым  зрением  увидел, как  на  противоположной  стороне  улицы за ним медленно двинулась чёрная машина  с  затемнёнными  окнами. Он  повернул  в  переулок, машина  повернула  за  ним, держась  на расстоянии  ста метров…

  «Слежка… Явный  «хвост»…» - отметил  Ратников. Он подошёл  к  газетному  киоску, купил  для  отвода  глаз журнал «Мурзилка» и  повернул  обратно  к  прокуратуре,  вспоминая  разговор  с отцом. Тот  ему  также рассказывал  о  подобных  ситуациях…

…Спустя  полчаса Алексей  сидел  у  себя  в  кабинете  и  просматривал  тот  самый  ценный  блокнот.

   С  тех пор, как  он  уехал  из  Минска, подарок  отца  всё  время  неизменно  находился  при нём.

  Половина  его  была  испещрена сотнями  отцовских  закорючек, непонятных  терминов, схем, цифр, таблиц  и  формул. И так, и эдак  вертя  его  в руках, он  вдруг  впервые  обратил  внимание  на  слишком  плотный, полукруглый  переплёт  блокнота. Он  был  каким-то  необычно  твёрдым. Прощупав  пальцами  эту  твёрдость, он  почувствовал, что  в  этом  блокноте  не  всё  так  просто. Есть какая-то  скрытая  тайна… И  тайна  эта  могла  быть  только в  переплёте! Алексей  взял  лезвие  и  аккуратно  взрезал  его изнутри, на  первой  же  странице.  Каково  же  было  его  удивление, когда  он  обнаружил  в переплёте  маленький  алюминиевый  контейнер, размером с обычную сигарету. Отвинтив  миниатюрную крышечку, он  пинцетом вытащил  из контейнера  свёрнутую  в  трубочку  микроплёнку. Взяв  лупу, он  принялся  просматривать её. На  плёнке  было запечатлено 300  малюсеньких  кадров, на  которых Алексей  явственно  различил  схему  полной  сборки  отцовского изобретения - боевой установки. Кадр за  кадром плёнка  раскрывала  секрет  сборки…

  «Так  вот  за  чем  охотились  дельцы! Вот  из-за  чего погиб мой  отец…»

  Ратников  встал, нервно  заходил по кабинету.  С  этим  он  сам разобраться  не  мог, -  надо  было  что-то  делать. Здесь  нужны  специалисты, которые  разберутся. Он  вдруг  вспомнил  о  Макарове. Недолго  думая, он  набрал  номер: 24-12-45.

-  Станислав  Макаров  слушает, - раздался на  том  конце провода  уверенный  голос.

-  Стас, здравствуй! Это Ратников. Надо  срочно  повидаться… Дело не  терпит  отлагательства.

-  Понял. Скоро  буду  у  тебя, жди… -  Макаров  отсоединился.

  Ратников  заварил  кофе, закрытый, но  выпотрошенный блокнот  остался  лежать  на столе, серебристый контейнер  он спрятал  в  стол. Через  полчаса  в  дверь  постучали.

-  Войдите, -  Алексей  был  уверен, что  это Макаров.

   Вместо  него  в кабинет  вразвалочку  вошёл  Завьялов:

- Здравия  желаю, товарищ  майор! -  Ратников  встал  из-за  стола. Субординация  требовала  своего.

-  Вольно, капитан, вольно… Ну  как ты  тут, освоился?  Никто  не  притесняет  тебя? -  маленькие  свиные  глазки майора, казалось  бы, сверлили  его  насквозь.

-  Всё  хорошо, товарищ  майор, работа продвигается…

  Внезапно  Ратников  перехватил  взгляд  майора. Тот  с  явным  интересом смотрел  на  блокнот, лежащий  на  столе, причём глаза  его  стали гореть  каким-то странным, нехорошим  блеском.

   Длился  этот  взгляд  пару  секунд, не  более, но  этих  мгновений  Ратникову  было  достаточно, чтобы  сделать  свои  выводы.

-  Ну, ну, работай, капитан, не  буду  мешать, -  Завьялов  понял, что  следак  и не собирается  приглашать  его  на  кофе, и  взялся  за  ручку  двери.

  В  этот  миг  раздался  стук  в  дверь.

«Это  уж  точно  Стас…»  -  подумал  Алексей.

-  Входите, входите…

  На  пороге  вырос  Макаров. С  интересом  взглянул  на майора, поздоровался  с  ними  обоими. Завьялов  понял  всё  сразу, -  он тут  лишний.  Наверняка  капитан  вызвал  Стаса  в связи с  этим  долгожданным  блокнотом. Наконец-то  он «высветился»  спустя  четыре  года! У  майора в  сознании  уже  нарисовались  вожделенные  25.000  долларов, которые  он  получит  от Кедрача. В  том, что  это  был  тот  самый  блокнот, майор  не  сомневался. Но виду  не  подал. С  методом моментальной  дедукции  он  был  также  знаком, и  довольно  быстро  смекнул, по  какой  причине  здесь  появился  майор  Макаров  из  КГБ. Широко  улыбнувшись, он  произнёс:

-  Ну  что  ж, товарищи офицеры, не буду  вам  мешать… -  и опять  было взялся  за  ручку  двери.

  Ратников, как  бы  на интуиции, остановил его:

-  Товарищ  майор!

-  Да, я  вас  слушаю, капитан, -  тот  остановился  в  дверях, выжидая…

-  У  нас  с майором  Макаровым  была  назначена  встреча  по поводу дальнейшего  сотрудничества  МВД  и КГБ, надеюсь, вы  понимаете, что  наша  встреча  -  сугубо  деловая, и  о  ней  не  стоит  никому  докладывать?

- Капитан, вы могли бы мне этого не говорить. Я понятливый. Оставляю вас с вашими тайнами наедине…

   Завьялов  вышел, прикрыв  дверь.

  Немного  выждав, Алексей  пригласил  Стаса  за  стол. Ничего  не  произнося  вслух, он  взял  ручку, бумагу  и  написал  на  ней крупными  буквами:

«У  меня есть  бомбовый  материал, интересующий  КГБ. Здесь  опасно, возможна  прослушка. Нужно  встретиться  в  другом  месте. Немедленно!!!»

  Стас  моментально  просёк  правила  игры, взял  ручку  и  дописал:

  «Через  два  часа  жду  тебя  у  себя  в  конторе. Смотри, чтобы  за  тобой  не  было  «хвоста». Придёшь, всё  расскажешь. А  сейчас  для  отвода  глаз  давай  поговорим  о  дальнейшем сотрудничестве  -  агентура  и т.д.»

«Понял...» -  дописал  Алексей, и  уже  вслух  безпечно произнёс:

- Ну что ж, Стас, я слушаю  вас, что  вы можете предложить в плане  сотрудничества?

  Они  выпили  пару  чашек  кофе, поговорили  общими  фразами  о том, о  сём, -  в общем, если бы  кто-то  их  слушал, то  ничего  такого интересного  не  нашёл бы  в  их  разговоре.

  Через  час  Макаров  ушёл, и  уже  в  дверях  сделал  многозначительный  знак  мимикой  лица, -  мол, я  жду  тебя…

  Ратников  спрятал  блокнот  и  контейнер  в  карман  куртки, и  с  большой  осторожностью  вышел  из  прокуратуры.

  Следя  за  тем, чтобы  не  было  «хвоста», он  повернул  за угол, прошёл  пару  кварталов, свернул  в какую-то  улочку,  резко  повернулся, -  за  ним  никто  не шёл, всё  было тихо. Только  здесь  он  поймал  частника, и, плюхнувшись  на  сиденье, коротко бросил:

- На  бульвар  Ленина.

  Частник  домчал  его  быстро, за  каких-то  шесть-семь  минут.  Сунув  рубль  водителю, Алексей  вышел  из  машины  и  быстро  зашагал  по  бульвару в  направлении  управления  КГБ.  Перед  самым  зданием  он  ещё  раз  оглянулся, -  случайные  прохожие, зеваки, домохозяйки  с  авоськами, -  привычная  картина  любого  советского города. Ни  намёка  на слежку, -  уж  этот  момент  он  отработал  чётко.

  Войдя  в  здание  управления, он  предъявил  дежурному  офицеру своё  удостоверение.

-  Я  к  Макарову.

-  Проходите. 314  кабинет.

   Поднявшись  на  третий  этаж, Алексей  довольно  быстро нашёл  кабинет  Стаса.

   Макаров  встретил  его  улыбкой:

-  Ну, рассказывай, шпион  из  прокуратуры, что  там  у  тебя.

   Вместо  ответа  Алексей  молча  выложил  перед ним  блокнот  и контейнер:

-  Что  ты  скажешь  об  этом?..

Стас  с интересом  взял  в руки  блокнот, пролистал  его:

-  И…?!?

- Это разработки  моего  отца  -  самое  мощное  современное  оружие. За  этими  схемами  уже  охотятся  четыре года. Отцу  предлагали  10  миллионов валютой  только  за  этот  блокнот! Он  отказался, за  что и был  убит…

- 10  миллионов?!!  -  Стас  присвистнул, - за  эти схемы?

- Да, Стас… Но  самое  интересное  здесь, -  и Алексей  положил  руку  на контейнер, -  возьми  лупу  и  посмотри  сам…

  Макаров  осторожно  открыл  контейнер, вытащил  содержимое, вооружился  лупой  и стал  просматривать  на свет.

-  Микроплёнка… Схемы, формулы, чертежи…

- Да, Стас, это  точная  схема  сборки  новейшей  установки. Отец не вдавался в  подробности, но  сказал, что  это  оружие  массового  поражения.

  Стас  встал, зашагал  по  кабинету:

- Это всё слишком  грандиозно! С  этим  надо  идти  к  Зорину… Мы  с  тобой  вдвоём мало что решим.

- Зорин - это  кто?

- Наш  полковник - отдел разработок. Это его специализация - оружие, изобретения. Идём к нему.

  Стас  снял трубку:

- Андрей  Фёдорович? Вы  на месте? Ага, да, да… Есть интересный материал. Сейчас  будем у  вас…

- Он ждёт, - и  Стас  подхватил  Алексея под руки, прихватив блокнот с контейнером.

  Через  пять  минут  они  уже  показывали  полковнику  Зорину  микроплёнку. Тот  внимательно  просмотрел  схемы, пролистал  блокнот, затем  встал, подошёл  к Алексею:

- Молодой  человек!  Вы  даже  себе  не  представляете  огромной  ценности  того, что  вы  принесли! Это  что-то  совершенно  невероятное! Стас! – и полковник  повернулся к коллеге, -  где  ты  нашёл  этого  человека?

-  Это  новый «важняк» из прокуратуры. Работает всего две недели. Я  ещё не  успел вам сообщить о  нём.

  Полковник  Зорин  ещё  раз  внимательнее вгляделся  в  открытое  лицо  капитана.

- Знаете, капитан, какая  у  всех нас наиважнейшая  задача?

- Простите, товарищ  полковник, можете  уточнить, у  кого  это  - у всех  нас?

- Ну  как  же, Шерлок, у  МВД, у  КГБ  и ОБХСС!

- А-а, понятно… И  какая-такая  задача?

- Вы  в  институте  МВД  наверняка  проходили  этот  момент, но  только  подзабыли:

«Стоять  на страже  социалистической  законности!» -  знаменитая  фраза  Ленина.

-  Ну, так  это  все знают! -  оживился  Ратников, -  фраза-то  крылатая…

- СССР скоро будет  праздновать  70-летие Советской  власти, так вот, я  хотел  бы  добавить, что  за  эти  68 лет  эта  задача  расширилась, стала  многоплановой  и многогранной,  и  её  можно  было бы  сейчас  охарактеризовать  более  полно: «Стоять  на  страже  социалистической законности, соблюдать  порядок  в  стране  и  обезпечить  гарантированную  безопасность  нашей  Родины  и безопасность  её  граждан!»  Вот так  было  бы  наиболее  верно!

   Потому и называемся  мы

- «Комитет Государственной БЕЗОПАСНОСТИ». Наша  задача  сейчас  -  не допустить  глобального  экономического  и  преступного безпредела, ростки  которого  скоро  могут  превратиться  в  пышное  дерево  коррупции, беззакония  и  вседозволенности  властей. Так  что, в  свете  сказанного  мною, мы  все  стоим  на  рубеже  между  светом и тьмой, и строго  следим  за  всеобщим  порядком… И  блокнот  вашего  отца - а он безценен! - внесёт  весьма  большую лепту  в  обороноспособность нашей Родины - СССР. И вам  за  это  огромная  благодарность!

  Алексей  решил, что назрел  подходящий  момент:

-  Товарищ  полковник! Разрешите  обратиться?

-  Да, капитан, вы хотите что-то  добавить?

-  Здесь  такое  дело… Я  даже  не  знаю, как это  всё  объяснить. Шпионские  игры  какие-то. В  общем, за  мной  уже  четыре  дня идёт  плотная  слежка, я  это  знаю  и чувствую. Есть один  человек, который  мне  несимпатичен, но  именно  он, как я  полагаю, всерьёз  интересуется  блокнотом.

-  С чего вы  взяли, Алексей? -  полковник  присел  за стол, закурил.

- Ну  как  же, судите  сами, - четыре года  назад  я  видел его  в  приёмной  проректора  института МВД. Тогда  же  погиб  мой  отец -  автор  изобретения. А  сегодня, буквально  час  назад, этот  человек  неожиданно зашёл  в  мой  кабинет  без  стука и увидел этот  блокнот. Я  внимательно  проследил  за его  взглядом -  он  смотрел на него, причём  с явным  интересом…

-  Кто этот  человек? -  спросил  Зорин, вглядываясь  в  лицо  капитана.

-  Майор  Завьялов, отдел  информации  прокуратуры… Скользкий  он  какой-то  и  мутный.

   Полковник  со  Стасом  многозначительно  переглянулись.

- Продолжай, капитан… -  полковник незаметно перешёл на «ты». Алексей зафиксировал этот момент.

- Он всё  время чего-то  не  договаривает, говорит  какими-то  загадками. У  меня  сложилось  такое  впечатление, что  он  что-то вынюхивает… Сейчас  я  почти  уверен, что слежка  организована  именно  им, но  доказательств у меня против него нет никаких.

- Вот  что, Алексей, -  полковник  встал, -  КГБ уже давно интересуется именно  этой  личностью. У нас  есть подозрения, что  Завьялов  каким-то образом  связан  с  Кедрачом…

- С  кем?!? - Алексей  от  удивления  подался  вперёд, -  с  Кедрачом?

- Да, да, ты  не ослышался, именно  с ним… Дело  пока  в стадии  разработки, и нам  тоже  нужны  доказательства  его  причастности  к  крупным  хищениям.  Твои слова  только  подтвердили  наши  догадки.  Давай  сделаем  так, -  раз  ты  считаешь, что  блокнот  нужен  теневикам, то  мы  им его  и  отдадим.

-  Как  это?  -  удивился  Алексей, -  вот так просто  отдадим?

- Не так просто. Мы  подсунем  им  точную  копию  блокнота, но с  искажёнными  сведениями. Если ты не против, то блокнот останется у нас, мы отдадим его  специалистам, которые  всё  проверят. Затем  передадим  его  людям, которые  умеют  идеально  подделывать  почерки.  Во  всех  этих  формулах и  схемах мы  многое  изменим, да  так, что   комар  носа  не  подточит. То  же  самое  и с  микроплёнкой.

  У нас есть спецы  и соответствующая  аппаратура, которые  могут  радикально изменить  схемы  сборки  на  плёнке. Когда  блокнот  попадёт  в  руки  Кедрачу, которого мы  давно ищем, -  а  мы  почти  уверены  в  том, что  Завьялов  работает  на  него, -  тот  всё  проверит. Внешне  всё  будет  выглядеть  очень  правдиво  и  достойно, а  пока  они разберутся, что  это  липа, пройдёт  немало  времени.  Ведь  для того, чтобы  разобраться  досконально, им  потребуется  время, около  месяца-двух. За  это время  многое  может измениться, и  мы  наконец-то получим  доказательства… И возьмём  всех  сразу.

-  Если  так  нужно  для  дела, то я  согласен, -  пусть  блокнот  побудет  у вас… -  Алексей  был  даже  рад  такому  повороту  дела. Отец  как  в воду  глядел, когда  говорил   ему  о  КГБ.

-  Нам  нужно  две  недели на  подготовку  дезинформации. Сейчас  4-е  число, приходи  к  нам 18-го, мы  отдадим  тебе  копию  блокнота, но уже  с другими  данными.

-  А  зачем  именно  мне  отдавать эту  копию? -  не понял  Ратников.

-  Ну  как  же, Алексей, неужели  непонятно, для  чего  мы  предпринимаем  такие  шаги?

-  Не  совсем… Растолкуйте. Мне  же  нужно знать  правила  игры.

-  Понимаешь, капитан, -  и Зорин  доверительно  взял  Ратникова  за  локоть, -  не  думай, что  мафиозные  дельцы  -  идиоты. Они  достаточно  хитры  и  подкованы  во многих  вопросах, провести  их  на  мякине  не  получится.  Смотри  сам  - схема  проста: первое - они  знают, что  блокнот  у  тебя, второе -  о  том, что  мы  сделаем копию, знать  они  не  могут, об этом  будем  знать только  мы  трое  - ты, я  и  Стас. Ну, конечно, кроме  наших  мастеров-поддельщиков, но  это  кадровые  офицеры  КГБ старой закалки, люди, проверенные  годами, они не  подведут. Кроме  того, в нашей  системе  таких  дел  -  сотни, мало  ли  что там  надо  изменить, подделать. Наше  оружие  -  дэза!  Против  них - это  самое  действенное  оружие, уж поверь!  Знаешь, сколько  дэзы  изготавливалось  во время  войны?  Масса!  И  всё  с  санкций  самого Сталина.  Он  держал руку на пульсе, и в  его  интересах, так же  как  и в  интересах всей страны, было  первоочередной задачей одурачить  противника, ввести  его  в  заблуждение. Тем  более что весь  процесс  изменения  данных блокнота  твоего  отца  будет  под  моим  плотным  контролем.  И  третье  -  мы  же  не  можем  напрямую  отдать им  блокнот, -  они сразу  что-то заподозрят… Поэтому решение единственное и правильное -  отдать  копию  блокнота  тебе, чтобы они и дальше охотились за  ним. Они должны  получить  блокнот  из  твоих  рук, непременно  из  твоих, иначе  игра  не стоит  свеч. 

  Они могут  у  тебя  его  выкрасть, или  похитить  тебя  с целью  его  получения. Дело  опасное, -  но  в  нашем  деле  каждый  день  несёт  какую-то  опасность. Если  даже  тебя  и  выкрадут, то  непременно  заберут  у  тебя  блокнот. Есть ли  ещё  что-либо, связанное  с  этим  изобретением, чего  мы  ещё  не  знаем?

 «Запомни, сынок, пароль  для  запуска ты  сообщишь сотрудникам КГБ  только тогда, когда  установка  будет полностью  собрана, не раньше!» -  эти  слова отца он  хорошо помнил, поэтому  сейчас, услыхав  такой  вопрос, он, сделав  невинное  лицо, просто  сказал:

-  Нет, больше  ничего. Только  блокнот…

- Тогда  ждём  тебя  18-го  числа… Если что-то  произойдёт  за  эти  две  недели, что  в  нашей  компетенции, звони. Да, и кстати, ты  что-то  нарыл  относительно Кедрача? Все  силовики  с ног  сбились, каждый  теряется в  догадках, - кто  бы  это  мог  быть?

- Нет, товарищ  полковник, пока  ничего, всё  хожу  вокруг  да  около. Но  как  только  что-то  прояснится, обязательно  дам вам  знать…

- Мы подозреваем, что этот человек  не просто мафиозный  теневик, -  он, скорее всего,  маскируется  под  Кедрача, а на самом  деле  он  какой-нибудь  вполне  легальный  коммерсант… Но  в городе  и  области  сотни  дельцов-коммерсантов  крупного  и среднего  ранга. Чтобы  полностью разработать  каждого, нужны  два-три  месяца, а  чтобы  всех  -  долгие  годы. У нас не хватит ни людей, ни ресурсов, ни времени, чтобы  эту  задачу  разрешить… Надеюсь, совместными усилиями  работников  МВД  и КГБ  мы  всё-таки  найдём и  дожмём  этого  неуловимого  Кедрача.

-  Обязательно  дожмём, Андрей  Фёдорович! Я свободен? - Алексей  встал.

- Да, капитан. Всего доброго, и  до связи, -  они пожали  друг  другу  руки, и Стас  проводил  Ратникова  до  выхода  из  здания  КГБ.

- Любовь -

 

    После  приключения  в  летнем  театре, когда  они попали под дождь, прошло  три  недели. Алексей  пригласил Ирину  к  себе  в  гости.

  Они пили  чай, беседовали  о том, о сём, но Ирина  смотрела на него как  на своего  спасителя, -  влюблёнными до изумления глазами, как  преданная  кошка. Уже  начало  вечереть, и  они вышли  на  крыльцо. Очень  красивый  закат окрасил небеса  чарующими  цветами, -  багровый  переплетался  с фиолетовым, нежно-розовый  дополнял  их  своими  нежнейшими вплетениями.

   Их  руки  как  бы  невзначай  встретились, уже  в  который  раз, и  крепко сжались, образуя  единое  целое... Лучи  взглядов влюблённых  перетекали  волнами друг  в  друга, и  в  этот волшебный  миг  они  вдруг  поняли, что  им  просто  необходимо слиться  воедино  в  древнейшем  танце  любви, -  непреодолимая  тяга  друг  к другу  пересилила  все моральные  и  нравственные  нормы, сметая  их  мощным  ураганом влечения  со  своего  пути. Включилась её Величество Любовь, первозданная, желанная  и  необходимая, как воздух, им  обоим...

  Ни слова  не  говоря, они, как  заговорщики, вернулись  в  дом, Алексей зажёг свечу, погасил  свет, и в  комнате  воцарился таинственный  полумрак  со слабым  отсветом  свечи, так  способствующий обстановке  любви. Они сплелись  в  томительных  и  сладостных  объятиях... Ирина  целовала  его  исступлённо, как  в последний  раз, Алексей  также  осыпал  её  лицо  и руки  сотнями  самых  нежных  поцелуев...

  Это  была  самая  яркая, самая волшебная  их  ночь  любви, -  первая  ночь  соития  после  всех их  свиданий... Свеча  уж  давно  догорела, а  они всё  ласкали  и ласкали, любили  и  любили, доставляя  друг  другу  несказанное  блаженство...

…Уже  под утро, изнеможённые и  счастливые, они  дурачились  в  постели, устроив  себе  игры  в  прикасания. Ни с кем  ещё  до этого  Алексею  не  было  так хорошо!

  Ирина  же  впервые  узнала, что  такое  любовь. Она  была  девственницей, и  хранила  себя  именно  для  своего  Возлюбленного, который  находился  рядом  и  сейчас признавался  ей  в  любви.

…После  прекрасной  любовной  ночи  они  решили, что  будут  жить  вместе! И никто и ничто не сможет  им  помешать  любить  друг  друга.

  Через  два  дня  Алексей  переехал  жить  к ней  в  дом, который  остался у  девушки после родителей. Они стали  вместе  вести  хозяйство, ходили  в  театр  и  в  кино, но  при наступлении  ночи  каждый  раз  включался  этот потрясающий  огненный  танец  любви, которым Бог награждает только  любящие  сердца...

  Спустя  неделю  их  совместной  жизни  у Ирины  появилось  ощущение, что она  знает  Алексея целую тысячу лет, изучила  все его  привычки  и повадки. Хотя  в  этом не  было  особой  необходимости, -  они просто любили, всё  остальное  было настолько  неважно, отходя на  задний  план, что  они  не  обращали  внимания на несущественные  детали. Главное, что им  было хорошо, всё  остальное  они просто не  замечали...

 

- Алмазов. Угрозы. Лже-репортёр. -

 

…Через  две  недели, как  условились, Алексей  получил  копию  блокнота, который  ничем  не  отличался  от оригинала. Да  и  как  бы бандиты  узнали, каким  на самом  деле  был  этот  блокнот?

   А  пока  он  разгребал  дела.

   Наконец, он  добрался  до самого крупного дела - хищения на сумму 10 млн. рублей и сразу 3 исчезновения. Сначала, месяц  назад, безследно исчез главбух крупного лесничества П.И.Кулешов, затем директор автобазы Смоленский А.М., и, наконец, директор отдела снабжения ДОК Прокопенко С.Н. Его любовница - Людмила Заманская, яркая брюнетка, была личным секретарём Алмазова Валерия Михайловича.

   Дело  было настолько  запутано и туманно, что  Алексей  назначил  встречу  нескольким  агентам. Ему  нужна  была  ясность, а ещё  больше  всего  ему  нужны  были высокие  связи, чтобы  найти  ключевые концы и  увязать все  дела  воедино.

  Для  этого  он  и  встречался с  агентами. С одним  из  них, блатным сексотом  по кличке «Андрон», он  сидел  в  захудалом  кафе, предварительно  оторвавшись от хвоста. 

  Провернул он это почти  как  в  детективных  романах, -  высокопрофессионально, что  даже  спецы  по  слежке  удивились. А  дело было  так:

  Позвонив  Андрону, он  назначил  ему  встречу  в  условленном  заранее кафе. Выйдя  из  здания  прокуратуры, он  сразу  увидел «хвост», -  чёрную  машину, подозрительно  долго  стоящую на  другой  стороне  дороги. Он  заметил  её  час назад  из окна  своего  кабинета. Его  явно «вели».

   Ратников, не торопясь, зашёл в центральный универмаг, сделав  вид, что  хочет сделать  кое-какие  покупки. Ситуация  вполне  обычная, но  слежка  есть слежка, и за  ним  увязались  два  типа, правда, на  некотором  расстоянии. В  зале  универмага  было  довольно  людно, -  народ  толкался  у  касс, -  как всегда, «выбросили»  какой-то  дефицит. Ратников воспользовался этим  обстоятельством. Краем глаза  наблюдая  за  «хвостом», затерялся  в  этой  шумной толпе, выбрал  подходящий  момент, когда  эти два  типа  на  пару секунд отвлеклись и принялись со  скучающим  видом  разглядывать  прилавок  с  драгоценностями, - в  этот миг он  резко юркнул в  один  небольшой  коридорчик  и  быстро пошёл  по  нему.  Он  знал, что все коридоры  в  универмаге  сообщаются  между собой, и  через  пару минут  он  уже появился  в  другом  конце  огромного  магазина. «Хвоста»  не  было. Тем не  менее, выходить  на улицу  тут  же  он не собирался.

   Он  подошёл  к  администратору, предъявил  удостоверение  и спросил:

- Где  у  вас  чёрный  ход?  Я на  особом  задании…

  Администратор, тщедушный  человечек  небольшого  роста, увидев  красную  «корочку»  с  надписью «Прокуратура  СССР», переменился  в лице, сразу  всё  понял, после чего  вполголоса произнёс:

- Идёмте!  Нам сюда…

  И нырнул в один из коридоров, увлекая за собой  Ратникова.  Вид  его был настолько  заискивающим, что Алексею  стало  как-то  неловко.

  «До чего  довела  людей  система!» -  подумал  он, шагая  вслед  за  администратором, - «Одни перед  другими  пресмыкаются  только  при виде  государственного  документа! Уму  непостижимо!  Разве  всё это нормально?» Хотя, с  другой  стороны, эта  ситуация  являлась  чуть  ли не нормой  поведения  гос.служащих, -  в  СССР  представителей  власти  боялись  и уважали.

   Шли они долго, по пути  им  попадались  работники  универмага - техники, электрики, уборщицы  с  вёдрами, тряпками  и  швабрами. Магазин  жил  своей обычной  советской  жизнью…

   Наконец, пришли. Ратников  вышел  на  задний  двор, где  в  безпорядке  валялись  какие-то  коробки, ящики, цепи  и колёса.  Миновав  всё  это  безобразие, он дошёл  до ворот, за  которыми  на  тихой  улочке  поймал машину  и  благополучно  доехал  до  кафе.  Он  представил  себе  рожи  тех  двоих, которые  увязались  за  ним, и усмехнулся  про себя:

«Нечего  вам  следить  за  сыщиком! Кто  кого  выслеживать  должен?»

  Сейчас, сидя  в   кафе, беседуя  с  Андроном, он  вдруг  чётко  представил  себе, какая  же это махина  -  государство!  И  сколько  же в нём  разных  тонкостей, всевозможных  нюансов, что  и  трудно  даже  вообразить. Да, Ленин  и  Сталин  точно  знали,  что делать  и  как…

   Андрон  что-то говорил  ему. Что же  он говорит?  Про  какого-то  Алмазова… Где-то  он  уже  встречал эту  фамилию. Но  где?  Ах, да, в памяти всплыло  дело, которое  он  недавно  читал -  Людмила  Заманская, -  секретарь Алмазова.

-  Так что  там  про Алмазова, ну-ка, поподробнее, - ободрился Алексей.

- Алмазов, Валерий  Михайлович, депутат горсовета, директор НПО «Вымпел», душа компании, как  говорится. Большая  шишка. Его  везде  хотят  видеть, слышать, он   умеет  шутить, балагурить, веселиться, обладает  широчайшими  связями  в  Москве  и  здесь, в  Новосибе, во  многих  сферах  экономики, -  Андрон  жадно отхлебнул  глоток  дармового кофе(угощал, конечно, следак), -  по  совместительству  он  же - директор Государственного Научно-Производственного Объединения – ГНПО «Союз-Мебель». Работает  с  японцами  и американцами, -  десятки контрактов  с  ними  на поставку  высококлассной, элитной мебели  в Европу, Штаты  и Японию… Фактически он и есть  хозяин  этого  предприятия. Он  может  на  многое  повлиять, и  многих  знает… Может, как  раз  Алмазов  поможет вам  в  этом  деле. Человек  он  серьёзный, с ним  можно  вести  дела.

- Можно  ли назначить  с ним  встречу? 

- Это  не так  просто, Алексей  Васильевич… Он  не любит  лишних глаз  и ушей. А  уж  открытый  визит работника  прокуратуры его может насторожить, и  тогда  вы ничего  не  узнаете. Здесь  тонкая  политика, я  бы  даже  сказал, психология  руководителей  такого  высокого  ранга. Разве  что корреспондентов  он к  себе  только  и  пускает.

- Ладно, значит, сообразим  корреспондента… Ну, ты, Андрон, постарайся  как-то подобраться  к  нему, найди возможность  выхода  на него.  Пошустри по  людям.

-  Да  я  завсегда  рад, Алексей  Васильевич!  Постараюсь.

-  Вот и ладно. Сколько  тебе  надо  времени  на  это?

-  Недели  хватит…

- Договорились. Через неделю  звони, когда  что-то  разузнаешь. До  связи.

   Ратников  встал, рассчитался  с  официантом  и  вышел. Андрон  остался  в  кафе  допивать  свой  кофе.

 

 

…По  приезде  в  прокуратуру  Алексея  срочно  вызвал  Степаныч.

- Вот  что, сынок… -  генерал  сразу  приступил  к  делу, -  что творится  в  нашем  царстве-государстве! Если  так  и дальше  пойдёт, то  страна  скатится  в  пропасть сплошного безпредела.

-  А  что  случилось, Степаныч?

-  На, бери, читай. Сводка  МВД  за  истекшие  двое суток.

  И  он  вручил  Алексею  несколько  листов.

  Тот углубился  в чтение.

Сводка  сообщала, что:

«1. Со  складов золотых  приисков было похищено золота 583  пробы в слитках - на сумму в  7 млн.  руб.; 2. С трёх отдалённых таёжных лесопилок неизвестными лицами было похищено высококачественной обработанной древесины, в  основном, кедр и лиственница, на сумму 3 млн.руб. (70 крупных лесовозов)… Все  сторожа  и   охрана  были усыплены  каким-то  препаратом.

  При слове  «кедр»  у  Алексея  поневоле  возникла  ассоциация  со словом  «Кедрач».

 3. Вчера ночью на военном складе неизвестными лицами было совершено нападение на караульную службу, - все связаны и усыплены. Со складов исчезло 250  автоматов Калашникова, 200 штук пистолетов Макарова, около 50 фугасных снарядов, свыше 30.000 патронов к АКМ и ПМ, 500 гранат, 50 миномётов и 10 снайперских винтовок – на общую сумму 1 млн. 200 тыс. рублей.

                                                       Дата,   подпись нач.УВД. -

                        полковник Суровицын П.Т. г. Новосибирск.»

 

На  этом сводка  заканчивалась.

  Алексей  оторвался  от чтения:

- Ну и  ну, весёленькие дела! Вот  это размах!  Это  уже просто наглость  какая-то… При нашей нынешней  системе  эти факты ни  в какие  ворота  не  лезут! Они  что, войну  готовят, что  ли?

-  Вот  и  я  о  том  же, -  генерал  взялся  за голову, -  представляешь, сколько  нам придётся  разгребать  этого  дерьма?  И  сколько  в  этом деле  людей  задействовано? Мне думается, что все эти дела каким-то  образом связаны, -  закурил Степаныч, - в общем, так, - сегодня  же  создаём  компетентную комиссию, впрягайся, ты  тоже  будешь  в ней. Надо  всё  перепроверить. Будем  заводить дело.

- Интуиция мне говорит  следующее, -  отвечал  Алексей, - вот по-настоящему крупные дела, займусь-ка я хищениями, а КГБ пусть  займётся поисками  украденного оружия, -  это  их  компетенция. А  вот убийства, крупные хищения  и пропажа людей - наша задача.  Сейчас  же  позвоню  Макарову, пусть приезжает.

-  Правильно мыслишь, капитан. Действуй. Нужны  люди, - дам, сколько потребуется.

 

 

 

   Всю  следующую неделю  Алексей  работал с агентурой  и с  полученными  данными. Анализировал  все ситуации, включал дедукцию, связывал  воедино все ниточки. Потихонечку клубочек распутывался.

  Ещё  через  неделю, как  раз, когда  он  забрал копию  блокнота  из  КГБ, ему  прислали по почте письмо, в  котором  печатными  буквами  содержалось  следующее  послание:

  «Мы  предлагаем  вам  по-хорошему  отдать  блокнот  нам... Если  вам  дорога  жизнь  ваша  и  вашей  Ирины. Убедительная  просьба, -  оставить  дело Кедрача, вам его  никогда  не взять. Вы  не  представляете  себе, какие  силы стоят за ним. Вас  просто  сотрут в порошок… Если  вы  согласны  с нашими условиями, то  поставьте на  подоконник  вашего  кабинета  горшок с красными цветами. Вас  найдут  в  городе и  свяжутся  с вами. Если нет, пеняйте на себя -  мы вас предупредили».

  Ратников   тут  же  показал письмо Степанычу. Шеф  спокойно  прочитал  послание, после  чего  стал  метать  громы  и молнии:

- Ах, мерзавцы, негодяи! До  чего  дошли  -  угрожать  работнику  прокуратуры! Кстати, что  это  за  блокнот  такой?

- Вот он, Степаныч, -  это  изобретение  моего  отца. За  этим  блокнотом  идёт  настоящая  охота.

  Степаныч  просмотрел  его, поднял  глаза:

-  Здесь  какие-то схемы, чертежи…  Что это?

- Это  новейшее  оружие - схемы сборки установки. Они стоят  10  миллионов  долларов, -  ответил  Ратников, - в  КГБ у  Зорина  я  уже был, они в  курсе. Собственно, это  их  компетенция.

- Ну, Алексей, ты  не перестаёшь меня  удивлять! Без году  неделя  у нас работаешь, а  уже  такие  дела. КГБ, оружие… 10  миллионов!!! -  генерал  почесал  затылок, -  это  же огромные  деньжищи!

-  Да,  Степаныч, и за  них  могут  запросто  убить… Вот  я  и думаю, кто  за  всем  этим стоит?

-  Думаешь, Кедрач?

-  Подозреваю…

-  Ладно, капитан, не  дрейфь, прорвёмся!  Если  нужна  усиленная  охрана, я  могу  помочь.

-  Думаю, не  стоит, товарищ  генерал. Иначе  спугнём  птичку. Я  уж как-нибудь сам.  Пойду  работать.

-  Иди, сынок… Береги  себя. А  мы, если  что, подмогнём.

-  Благодарю, Степаныч!

 

* * *

…Вернувшись  к  себе  в кабинет, Ратников  набрал  номер  Андрона.

-  Есть новости? Выход  на  Алмазова?

-  Есть кое-что. Вы  знаете  такого  человека -  Шнырь?

-  Да, знаю…

- Так вот, звоните Шнырю, он  имеет  реальный  выход  на   Алмазова. Только  помните, что нужен  корреспондент. Иначе  ничего не  выгорит.

- Спасибо, Андрон. До  связи.

  И  он  повесил  трубку.

  Немного подумав, Ратников позвонил сначала Шнырю. Условился с ним встретиться  через два  часа  в  ближайшем парке.

  После  набрал  Макарова:

- Стас, здравствуй! 

-  Что  у  тебя, Алексей?

- Можешь  мне  сделать  липовое  удостоверение  корреспондента  газеты? Но так, чтобы оно  было как настоящее. Поверь, это  очень  важно!  Есть один  интересный  ход конём по  голове.

- Без  проблем. Тебе  на  когда  оно  нужно?

- Чем  скорее, тем  лучше.

- У  тебя  есть  при  себе фотография 4х4?

- Есть. Как раз  в  паспорте  и храню, на всякий  случай.

- Вот что… Снаряди  сейчас  же  кого-нибудь  из  сержантов  к нам, пусть  немедленно  принесёт  его нам. Сегодня  же  дам задание  нашим  спецам, и завтра  ты  его  получишь…

-  Стас, этого  мало. Мне  нужно  ещё, чтобы  я  действительно  официально  был  в  штате  работников  газеты.

- Ладно. Задачка нетрудная. Любой  редактор будет рад помочь сотрудникам КГБ. Тебя  устроит газета «Сибирские новости»?

- Мне  без разницы. Важна  «корочка»  и  зачисление  в  штат  газеты.

- Хорошо, Алексей. Сейчас  же  мои люди  поедут в  редакцию  и всё  сделают, как надо… Ты  же  знаешь, нам никто не посмеет  отказать.

-  Благодарю тебя, Стас…

 … После  этих  звонков  Ратников  отправился на встречу  со  Шнырём. Они  говорили  недолго, и  агент  заверил  следака  в  том, что  найдёт  для  него  выход  на  Алмазова  в  ближайшие  дни... На  том они  и  расстались.

 

 

   На  следующий  день  Ратникову  принесли  новое редакционное удостоверение  с  фото, нужной  печатью и росписями, где  было  прописано, что  он  - Кузнецов  Андрей  Михайлович, прибывший  полгода  назад  работать  по распределению  из  Москвы  в  новосибирскую газету. Ещё  через  пару  дней  в  газете  появилась  статья, подписанная Кузнецовым. Статья  называлась «Звериный оскал мафии». Что-то о  крупных  хищениях…

  «Как  в  тему  статья!» -  подумал  Ратников. «Я  как раз  веду  эти дела. Но, странно, я  же эту статью  не  писал. Тогда  кто  же?»

   Зазвенел  телефон.

-  Стас на проводе. Как  тебе  «твоя»  статья?

-  Это  ты  придумал, Стас?

-  А  то  кто  же  ещё?.. Ты  многого  ещё  не  знаешь. Новосиб - город  маленький, все  друг  друга  каким-то  чудом знают… Дело в  том, что главный  редактор газеты  женат  на  моей  давней  подруге  Ольге. Вот  я  и попросил  его  о помощи. Он  тут же  нашёл  профессионала-журналюгу, и  тот  за  часок-другой  накатал  статью  для  тебя.

-  А  я  тут  сушу  голову,  кто  бы  это мог  так  оперативно  засветить  товарища  Кузнецова?

-  Ничего, ничего, за  твой  блокнот  мы  тебе многим  обязаны… Так  что бывай, до  связи, Алексей.

 

* * *

   За  окном  падал  первый  снег, густой  и  лапчатый, покрывая  улицы, дома  и тротуары белоснежной  красотой. «Да, рановато  здесь выпадает   снег -  начало  октября. Сибирь  всё-таки, как-никак», - Алексей, наблюдая  из  окна  за  снегом, исподволь  залюбовался  им...

  Наконец  позвонил  Шнырь  и сообщил, что Алмазов  ждёт  журналиста  к  себе  послезавтра.

- Ты  сообщил  ему  мою  новую  фамилию?

- Обижаете, Алексей  Васильевич!... Ваша  статья  в  центральной  газете  уже  засвечена  на  весь город… Сам Алмазов  её  читал, мне  сообщили по  моим  каналам. Так  что  через  два  дня  готовьтесь  к этой встрече. Человек  он  весьма важный и уважаемый  в  обществе.  За вами  придёт  машина в 15.00, будет  ждать вас  возле  редакции газеты. Бежевая  «Волга», гос.номер «5175 нсд».

- Спасибо, Борис. Я всё  записал.

- Вам спасибо, Алексей  Васильевич. Меня  все  зовут  Шнырь  да  Шнырь, никто по имени не называет. А  вы  назвали… За  это спасибо!

- Ты  озвучил  Алмазову  цель моего  визита?

- Да, конечно. Вас  интересуют крупные  хищения  на  складах золотых  приисков, хищения  на военных  складах. Вам нужны  подробности, вы  пишете  об  этом  новую большую  статью. Я  думаю, что  Алмазов  как  раз  вам  и  поможет  в  этом  деле. Кое-что прояснит.

-  Хорошо. Благодарю  ещё  раз! До  связи, Борис…

 

 

  За  день  до  визита к  Алмазову  к  нему  в кабинет  зашёл  майор Лебедев  из  управления.

Прямо с порога  он приступил к  делу:

- Здравствуй, капитан! Вот, смотри, что  мои орлы  нарыли. Три месяца  кропотливой  работы, агентурные  данные, плюс  наши  давние  разработки, связи  с разведкой. Мы же  делаем  общее  дело. Так  вот  я  и  подумал, а  не  взять  ли тебе  на заметку  эту  информацию? Авось, поможет  в твоих  расследованиях?

И  майор  вручил  Ратникову  небольшой  листок, где  мелким, но  внятным почерком  было  написано:

 

«Костяк преступной группировки:

 (Оперативная разработка УГРО, г.Новосибирск, 29.10.1990 г.)

Кедрач – глава.

Золотой - Владимир Золотарёв - подпольный «цеховик», директор ювелирторга;

Серебряный - Михаил Серебряков – «цеховик» - подпольщик, начальник цеха полиграфии;

Медный - Аркадий Медвянский – крупный «цеховик», директор магазина антиквариата;

Деревянный - Анатолий Завьялов – подозрение на криминального «крота» в городской прокуратуре, майор МВД. (Пока  только  предположение, доказательств  нет). Деревянным его  окрестили  сами  подельники  за  какой-то  деревянный  взгляд.

 Прозрачный - Андрей Стекольников – прикрытие в КГБ – майор.

Дуболом - Виктор  Дубов – спорт.клуб «Атлет» - председатель, поставщик  парней - боевиков  для  спец.«операций»  бандитов.

  Данная  группировка  требует  самого  тщательного  расследования  и внимания! Всего  в  группировке  вместе  с  руководством и боевиками-исполнителями - около 120 человек с жёсткой иерархией, во главе которой стоит  Кедрач.

    Эти предварительные данные принять в разработку  следователям  МВД  и прокуратуры».

 

- Да  это  же  настоящая  бомба!  -  воскликнул  Алексей, пробежав  глазами список.

- Да, дружок, это  покруче  бомбы  будет… Многие  головы  полетят. Но  всё  это  надо  ещё  трижды  проверить, и  найти  железные  доказательства. Смогёшь  разворошить  это осиное гнездо?

- Ну  что  ж, попробуем, товарищ  майор. За  информацию  благодарю. Вот только  пока  Кедрач  -  тёмная  лошадка, мы  даже  не  знаем, кто  скрывается  за  этим  именем…

- Ничего, капитан, кольцо вокруг  них  уже  неумолимо  сжимается. Тебе  остаётся  только  дожать  кое-кого. Только  аккуратно, без  шума. Их  нельзя  спугнуть. Собирай  доки  на всех, а  там  включимся  и  мы. Лады?

-  Лады, Николай  Максимович!

-  Ну  что  ж, я  рад, что  мы  договорились. Действуй, капитан. У  тебя  многие  козыря  на  руках. А  я  побежал, ещё  много  дел… Пока.

  Лебедев  скрылся  за  дверями. Алексей  выпил  чаю, затем  ещё  раз  перечитал  список. Откинувшись  на спинку  стула, закрыл  глаза. В  сознании  его всплыло  милое  лицо  Ириши,  её  смеющиеся  глаза, нежные  руки. Вечером  они  опять  будут вместе…

 

- Похищение -

  

   Наконец  наступило  завтра, и  ровно  в  14.50  Алексей  стоял  около  редакции  газеты «Сибирские  новости». Копия блокнота  была  при нём, лежала  в  кармане - он  решил  взять её  с собой, на всякий  случай… Новый  добротный английский костюм за  200 рублей, элегантно выглядывающий из-под  куртки, сидел  на  нём великолепно! Неделю  назад  они  вдвоём  с Ириной  купили  его  в  универмаге. Правда, без  переплаты, за номинал, так  сказать, для  «своих»  людей. Брали  они  его в подсобке, с  помощью администратора, того самого, который уводил капитана коридорами от «хвоста». Товаровед, которая  отпускала  ему  костюм, лебезила и  юлила перед ними, прекрасно  понимая, что с  прокуратурой  ссориться  не  следует. Таковы  были  реалии и тонкости  советского  «бизнеса». Для  Алексея  всё  происходящее  «за кулисами» торговли не  имело  большого  значения. Он  рассуждал  примерно  так: «Пусть этими подпольными «коммерсантами»  занимается  ОБХСС. Моё  дело - бандиты-расхитители  и  убийцы…» У него были  явно  другие  цели и задачи…

  Подъехала  чистенькая новая «Волга», остановилась  возле  него. Стекло  опустилось, и  оттуда  выглянуло  белёсое  лицо  тридцатилетнего  человека  со стальными  глазами.

- Вы  Андрей  Михайлович Кузнецов?

- Да, я… -  ответил  Ратников.

- Садитесь, вас  ждут… -  перед  ним  открыли дверь.

  Он сел на  заднее  сиденье  рядом  с белёсым.

  Мягкие  кожаные  сидения, аромат  дорогого  одеколона  и  почему-то коньяка. За  рулём  сидел  угрюмый типчик, очень  смахивающий  на  западного  гангстера, -  квадратный  подбородок, колючий  взгляд, волосатые  руки.

   Неприятный  холодок  пробежал  у  Алексея  по спине…

- Вам известно, что  Валерий  Михайлович  -  очень  занятой  человек, и  не  любит  принимать кого  попало?

-  Да, мне  сообщили.

-  Какова  цель  вашего визита?

-  Я  пишу  новую  статью  по  хищениям. Нужна  информация.

-  Больше  ничего? -  спросил  белёсый.

-  Больше  ничего…

- Меня зовут Виктор Александрович, можно  просто - Виктор. Я -  личный секретарь  товарища  Алмазова. Мы едем на  загородную  дачу  Валерия  Михайловича. Он  так  попросил  для  атмосферы  доверия. Встреча  не  конфиденциальная, по-домашнему. Там  тихо  и спокойно. Вам  выделили  час времени  на  разговор  с  Валерием  Михайловичем. Думаю, вам хватит… После  визита  вас  отвезут  обратно. Вы  согласны?

- Да, согласен… - Алексей  отметил про  себя, что  на  правой  руке  у Виктора  красовался  отличный  золотой  перстень  с  рубином. Стоить  он мог  совсем  недёшево…

«Если  у  секретаря  такой  шикарный перстень, что тогда  говорить о  его хозяине?» - невольно подумалось Алексею.

- Трогай! – приказным  тоном  скомандовал  Виктор.

  Машина  плавно  покатила  по  улицам  города.

  Скоро они выехали  за город  и «Волга» понеслась быстрее. Мимо  мелькал  таёжный пейзаж, прохладный  снежный  ветерок  чуток  сквозил  прямо  под ногами.

  Спустя полчаса они съехали  на просёлок, и  началась  таёжная  дорога.

  Ещё через полчаса «Волга» подкатила к  добротному  трёхэтажному  терему на  фоне  тайги, который  чем-то  напоминал  сказочные  дома. Аккуратно  подстриженные  газоны, уже  с  красивыми  снежными  шапками, смотрелись  на  фоне  терема  и тайги просто  неотразимо.

  Выйдя  из  машины, они  направились  к терему  по  песочной  дорожке.  Снег приятно хрустел  под  ногами, -  он  был  ещё  совсем  мягкий, даже  какой-то  тёплый, нежный  и пушистый.  Холода  практически не  чувствовалось. Градусов  пять-шесть  мороза, -  для Сибири это даже  не  мороз, а  баловство, где  бывало  и  по  минус шестьдесят…

  На крыльце  стояли  два охранника  с каменными  лицами. Крепкие здоровячки, накачанные… Их  вид  внушал  невольный  страх.

  В  широкой  гостиной  их  встретил  человек  в  ливрее. Наверное, дворецкий.

-  Прошу  следовать  за  мной, -  сказал  он.

  Они  поднялись  на второй  этаж. Деревянные гладкие стены, кругляк, остро  пахло кедром… Виктор  следовал за ним. Наконец, подошли  к  массивным  резным  дверям, Виктор  постучал. Раздался  зычный голос:

- Открыто, прошу…

  Они вошли.

 Ратников  с  удивлением  разглядывал дорогое убранство  кабинета. Такой  отъявленной роскоши  он  ещё ни  у кого не  видал! Отличный  паркет, зеркально  отсвечивающий  от  окон, ковры на  стенах с  оружием  и мордами медведей, прекрасной  работы  камин, широкие  кожаные  кресла, стоящие  вокруг маленького столика  в  центре  кабинета, прекрасной  работы  огромная, в  пол-стены,  картина  в  золочёной  широкой  раме, на которой взору Алексея  предстал сам Зевс, сидящий  на  троне, грозно  смотрящий  прямо  в глаза. За  троном  сияла  богиня Афродита  с  царственным венцом  на голове, в  красном  бархатном платье. Завершал  этот  величественный  вид  сам хозяин, восседающий  за  широким дубовым столом, вальяжный  до умопомрачения, в  дорогом бордовом халате, расписанном  золотыми нитями. На  столе  стоял белый  дореволюционный телефон, - дань моде, чернильница, лежали несколько  книг, бумаги  и ручка. На  левой руке  у  хозяина Алексей  увидал  три перстня  с  разными драгоценными камнями, золотые  часы  на  цепочке, которые  он держал  в  правой  руке  -  из  них  лилась прекрасная  и  нежная мелодия. Сам  хозяин  представлял  собой крепко  сбитого, широкоплечего  человека  с  волевым  лицом, умными, но  жёсткими  серыми глазами, с  копной  каштановых  волос  с  небольшой  проседью на  висках. Женщины о таких обычно говорят: «Сердцеед». Да, было что-то  слишком  харизматичное  во всём  облике  Алмазова, и  вместе  с тем  немного пугающее. Его  аристократичные  манеры  маскировали  суть  этого  человека, но  глаза  выдавали  в  нём  авторитарного  лидера, которому  слова  поперёк  не  скажешь  просто так  и  безнаказанно.

«Опасный, мощный  тип. Непонятный, но  опасный…» -  подумал  Ратников.

   Как  бы  в  ответ  на его  мысли  хозяин улыбнулся  радушной  улыбкой. Лицо  его сразу  преобразилось, стало  весёлым  и  беззаботным.

- Ну, здравствуй, здравствуй, Андрей  Михайлович! Впечатлён  картиной, небось? Скажи, что  думаешь  по  этому  поводу?

- Здравствуйте, Валерий  Михайлович! -  произнёс  Ратников, с  трудом  привыкая  к  своему  новому  имени-отчеству, -  картина  великолепна, особенно  Афродита  здорово  выписана…

   Алмазов  протянулся через  стол, и они пожали  друг  другу  руки  в  знак  знакомства.

- Мои  любимые персонажи -  Зевс и Афродита. Древние греки  почитали  их  много столетий. Я  просто  люблю  античную историю. Но  давай  ближе  к делу. Читал, читал  твою  статью. Хорошо  пишешь, братец.

  Слово «братец»  он произнёс  с каким-то  тайным  нажимом, как  будто  отпустил  пружину, и  та  разжалась  и  полетела, звеня, с  размаху  в  некую  незримую  стальную стену.

- Это  хорошо, что мы  оба  -  Михайловичи… тёзки  по отчеству,  так сказать. Легче  будет общаться. Виктор, ты  свободен. Мы  тут  сами  справимся.

   Секретарь, чуть  поклонившись, удалился.

- Кофе, сигару, коньяк? -  спросил  хозяин  шикарного  кабинета, пронзительно  глядя  на Алексея.

-  Благодарю. Кофе, пожалуй.

   Алмазов  подал  ему  дымящуюся  чашку.

-  Ну, рассказывай, с чем  пожаловал  ко  мне?  Какие  вопросы  тебя  тревожат? Ничего, что  я  сразу  на «ты»?  Не  люблю  я  «выкать».

-  Всё нормально, Валерий Михайлович, я  тоже  не  особенно люблю  «выкать»…

-  Ну, я  слушаю  тебя,  что  тебя  интересует? Да  не стой  ты, как  истукан, присаживайся  в кресло. Для  того  они  и существуют, чтобы  гости  могли  чувствовать  себя  как  дома.

  Алексей  сел  в  огромное мягкое  кресло, которое  буквально  поглотило  его, словно  кит, поглощающий планктон. Он  чувствовал  себя  не совсем  уютно  в нём, но виду  не подал. Чашку  с кофе он поставил  на столик.

- Я  собираюсь  писать  новую  статью  о  крупных  хищениях, -  Алексей  достал  из  кармана  куртки  портативный  диктофон, который  он  раздобыл  у  коллег, -  вы  не против, если  я буду записывать  нашу  беседу?

-  Я не против. Пиши, если  надо, ты  же корреспондент. Только  давай  на  «ты», мы  же сибиряки -  люди  свойские, зови  меня  просто - Валерий, -  и  Алмазов  опять  улыбнулся  во  все  32  идеальных зуба.

- Хорошо. Мне  нужны  факты, люди… Что ты  можешь  сказать на  этот счёт, Валерий? – Алексей  нажал  кнопку. Диктофон  загорелся зелёным  огоньком, -  запись  пошла.

-  Итак… Какие  люди конкретно тебя  интересуют?

-  Мне  даже  неудобно  спрашивать  тебя  о  том, но народ  пишет  массу писем в редакцию, -  почти  всех  интересует  один  и тот  же  персонаж… -  Алексей  выдержал  многозначительную  паузу.

- И  кем  же  интересуется народ? -  Валерий  Михайлович  достал  толстую  сигару, обрезал  ножничками  её  кончик  и  закурил.

- Кедрачом… -  наконец  выдавил  из  себя  «важняк».

- Кедрачом, говоришь… -  при этом  глаза  его  немного  сузились, превратившись  в  узенькие  щёлочки, - да-а, братец,  вопрос  весьма  серьёзный.  Лично я  с ним не  знаком, да  и  вообще мало  кто  с ним знаком. Это  человек-невидимка, но, судя  по  слухам, очень  опасный  и  непредсказуемый. Многие  люди  им  интересуются. Но  найти  не могут… Или  не  хотят.  Мой  тебе  совет, Андрей, -  доверительным  тоном  произнёс  Алмазов, пуская  кольца  пахучего дыма  в  потолок, -  оставь  ты  его  в  покое, если  хочешь  остаться  цел. Пустая  затея. Притом  весьма  опасная! Поверь, я  знаю, о  чём говорю. Я  узнавал  по  своим каналам, -  с  этим  человеком  лучше  не встречаться  -  целее  будешь. Поговаривают, что  он  -  криминальный  авторитет, пахан, что ли, но  я  не  верю  в  это. У  меня  есть  свои  люди  и в министерствах, и в  КГБ, и  все, как  один, уверены  в  том, что  Кедрач  не является  «паханом». Он не сидел, потому  что среди  настоящих  «паханов»  прочно  закрепилось мнение  о том, что  Кедрач - некий  псих-одиночка, эдакий  мафиози, который  возомнил  себя чуть ли не самим  Зевсом, и  уверен  в  своей  безнаказанности. У  него мощная  «крыша», по слухам, в самой  матушке-Москве… И потом, сами  «паханы»  знали  бы, кто  такой  Кедрач  на  самом деле, если  бы  он  когда-либо  сидел  в прошлом… Но  на  зоне  все  воры  и бандиты уверены в  том, что  Кедрача  среди  них  не  было…

  При слове  «Зевс»  Алексей  вздрогнул.

  Страшная  догадка  молнией блеснула  в его  мозгу. Но  пока  всего  лишь  догадка… Внешне  он  справился  с  этим состоянием  и спросил:

-  И что же  делать, Валерий?  Ведь  безпредел полный творится, грабят  склады, люди  исчезают, и  непростые  люди, -  Прокопенко, Кулешов, Смоленский.

-  Да, знавал  я  их… Жаль, хорошие люди, пропали  неведомо  куда.  Думаешь, Кедрача  дело?

- Почти  уверен  в  этом. Потому  я  и приехал  к вам, чтобы  посоветоваться.

- Андрей, давай  начистоту… Кедрач, судя  по почерку, не просто  мафиози. Это крупная  акула. Акула-убийца, которая  не  останавливается  ни перед  чем. Куда  ты  лезешь?  Ты  жить  хочешь?                                                                                                                             -  Кто  ж  не  хочет, Валерий? Все хотят. Но  уж  больно  заманчивая  тема, -  как это  так, есть  мафиози, творит  чёрт  знает  чего, а  поймать  его никто  не может?!? Абсурд какой-то!

-  Ты  говоришь  прямо  как  следователь… - Алексей  опять  вздрогнул… - эта  кажущаяся  заманчивость  -  обманчива, продолжал хозяин роскошного кабинета. Проглотит  и не заметит, и не  подавится. Лично  я  не хотел  бы  вставать  на его пути. Слишком опасный  тип….

  Телефон, стоящий  на  столе, тихонько  дал  о  себе  знать  приятной мелодией.

  Хозяин  снял  трубку.

- Алмазов слушает. Да, здесь, у  меня, вот сидит  напротив. Беседуем.

 Валерий  замолчал.  В  трубке  звучал  чей-то резкий голос, который говорил  что-то очень важное.

  Алексей  следил  за  мимикой  Алмазова, заметив,  как  тот  меняется  в  лице.  Вначале  он  немного  побледнел, затем  черты  лица  его  стали  резко  каменными. Он дослушал  до конца, повесил  трубку  и  уставился неподвижным, тяжёлым  взглядом  прямо  в  лицо Алексея, как бы  изучая  его. В  этот  миг  у  Ратникова  появилось  вдруг  острое  чувство опасности. Засосало под ложечкой, сердце  заныло… Но  он  решил  подождать, что же  из  всего этого получится?

   Алмазов  неторопливо поднялся, сказав  ему:

-  Подожди  меня  здесь, Андрей, мне нужно  выйти  на пару  минут.

 За  Алмазовым  захлопнулась  дверь. Наступила пугающая  неизвестностью тишина.

  Эти  две  минуты, тягучие, как  резина, растянулись  для Алексея  в  целую  вечность.

«Что  ему сообщили?  Кто  звонил? Почему  он  так  неадекватно  отреагировал  на  этот  звонок?» -  вопросы  роились  в  голове лже-корреспондента, как  назойливые  мухи.

  Наконец, хозяин  вошёл, но  не  один. За  ним  стояли  два  охранника.

- Нехорошо  врать, Алексей  Васильевич. Никакой  вы  не  корреспондент, - Алмазов прошёл  к  столу, сел. Затем  сделал  еле  заметный  знак.

 Алексей не  успел опомниться -  двое здоровенных мордоворотов  быстренько  скрутили  его, сунули  кляп в рот, связали  руки. Он сидел  в  кресле, как  загнанный  в угол  кролик, а перед  ним  за  столом  восседал  настоящий  дикий  зверь. Куда  девалась  его аристократичность? Теперь  это  был  уже  не  Алмазов, а  некто  совершенно  ужасный  и  неотвратимый, как  судьба…

-  Посмотрите  у  него  в  карманах!  - приказал  этот  некто  охранникам.

  Один  из них  залез  к  нему  во  внутренний карман, извлекая  блокнот и передавая  его  хозяину  в руки.

  Алексей  обречённо замычал. Он  вдруг  почти всё понял.

  Алмазов  неторопливо  пролистал  блокнот. Ухмыльнулся. Нет, не  ухмыльнулся, скорее, осклабился:

- Вас  же  предупреждали, Ратников… По-хорошему  отдать нам  блокнот.  Вы  не  послушались. Итог  налицо. Это именно  то, что  нам  нужно. Благодарим  за содействие, товарищ  следователь.  На заимку  его, немедленно!  -  приказал  Алмазов  здоровякам, - выжмите  из  него всё, что можно. Любые  меры  воздействия  приемлемы.

  Охранники  грубо схватили следака  за  ворот, резко  дёрнули  из кресла  и поволокли  по коридору  к  выходу. В  холле завязали  ему  глаза широкой чёрной повязкой. На крыльце  передали  Алексея  в  руки  трёх  дюжих  боевиков. Те сунули  незадачливого «Шерлока» в  машину, и  та  резко  дёрнулась  с  места. Двое боевиков плотно зажали его с двух сторон на заднем сидении. Третий  сел  впереди, рядом с водителем.

…Ехали долго, около  часа. Безконечные  повороты, визг  колёс, противный  мускусный  запах  от  вспотевших  бандитов, -  всё  это  Алексей  слышал  и ощущал каждой  клеткой  своего  тела.

  Приехали.

  Вот  его  вытаскивают  из  машины, куда-то  ведут. Ага, в  какой-то дом. Ощутив  тепло  от  печки, Алексей  обмяк. Чьи-то  грубые  руки  сняли  повязку  с  глаз, вынули  кляп. Он   огляделся  -  небольшой таёжный  домик, перед  его  глазами -  четверо  бандитов  в  кожаных  куртках.  Один  из них  -  высокий, с  цепким  взглядом, видать,  главарь, двое  поодаль -  явно  боевики, с  тупыми, безсмысленными  рожами. Посадили  его на  стул  в  центре  комнаты, связали  руки  и ноги.

-  Ну, мент, говори, что  ты знаешь  о  блокноте, о  Кедраче?  -  главарь  наклонился  к  его  лицу, дохнув  перегаром.

-  Кто вы такие?  Я при исполнении. По  какому  праву  вы  меня  сюда  привезли? Меня  будут  искать!  - Алексей  решил  взять  их  на  испуг.

  Но  не  тут-то  было…

- Кто  мы  такие, говоришь?  Вася, объясни  товарищу, кто  мы такие, -  главарь  повернулся  к  одному  из  мордоворотов.

 Вася, грузный, плечистый  малый, вразвалочку  подошёл  к  Алексею.  Поиграл  желваками. И вдруг  страшный, оглушительный  удар  обрушился ему в  лицо, -  что-то внутри захрустело, дикая  боль  пронзила  мозг. Затем  последовали  ещё  несколько  ударов… У    Ратникова  потемнело  в  глазах, и он  отключился…

  Очнулся  от  чего-то холодно-мокрого, -  ему  плеснули на  голову  полный  ковш воды.

  Напротив  стояли  его  мучители  и  ухмылялись.

-  Теперь  ты  понял, мент, кто мы такие? -  главарь  взял  его за  волосы, резко дёрнул на  себя.

-  Да, понял… - еле слышно  произнёс  Ратников, -  твоё  счастье, что  я  связан, а  то  бы  начистил  тебе  хлебало, бандюга!

  Алексей  неплохо  владел  приёмами  самообороны, и  при случае  смог  бы  защитить  себя, показав, что  он  тоже  не  шиком  лыт. Ой, простите, не  лыком шит.

  Бандиты  развеселились.  Главарь, хохотнув, двинул  его  в  челюсть:

- Ты  хочешь  со  мной  потягаться, следак? Так  давай, только  ты  уже  не жилец.  В  таком  виде, заморыш, со  мной  не справишься.  Убью!  Но  тебя  уже  и   сам  бог  не спасёт… Говори, что знаешь!  Валерий  Михайлович  не  любит обмана  и  таких  шуточек, которые  ты выкинул.

-  Что  я  должен  говорить?

-  Кто  тебя  послал? Что  ты  успел  нарыть? Что  ещё  по  блокноту  твоего  отца  известно, рассказывай всё, что  знаешь, иначе  сам увидишь, как  твою  прекрасную  Ирочку  завтра  же  привезут  сюда  и  будут  на  твоих  глазах медленно  раздевать, насиловать, а  потом  разделывать, как  тушу  свиньи, на  ремни…

  Алексей  решил  поиграть с ними  в  свою игру, - терять-то нечего, или  пан, или  пропал… Всё  равно  уж  попался, так попался. В  данной  ситуации его хитрая игра  заключалась  в  том, чтобы  интенсивно  косить  под  дурачка,  параллельно  имитируя  потерю  памяти  после  ударов. А заодно потянуть время…

- Всё, что  знаю… Ничего  я  больше  не  знаю, одни  догадки. Доказательств никаких. И  потом, вы  меня  так  отделали, что  почти ничего  не помню… -  распухшими  губами  произнёс  Ратников.

- Нас  интересует  твой  блокнот. Его  тайны. Ты  думаешь, мы  идиоты? Наши  люди  в  Минске  всё  досконально  узнали, кто, зачем, почему… Мы прижали  коллегу  твоего  батяни, царство  ему  небесное, и  он  признался, что есть ещё  какой-то  пароль…

- Будешь  говорить? - главарь  явно  злился,  - нас  интересует  пароль.

- Какой  пароль?  Не знаю никакого  пароля, -  Алексей скроил  глупую рожу, протягивая  время.  Ириша  дома  уже  наверняка  волнуется, где  он, что  с ним… «И почему  он  не  увёз её в какое-нибудь другое место?  Хоть  бы  они  её  не  тронули!» - одна мысль сверлила  мозг.

- Не знаешь, говоришь?  А кто  был  у  бати  накануне  перед  аварией?  Не ты ли, дружок?

 «…Значит, они откуда-то узнали  о  его встрече  с отцом… Это плохо, ой, как  плохо…»

- Будешь  говорить, сука?!?  -  и  следующий удар  обрушился  на  него  со страшной силой.

-  Я  ничего  не  знаю, хоть  убейте  меня, хоть режьте… -  деревянным  языком проговорил  Алексей, сглатывая  кровавую слюну. Во  рту  творилось нечто совсем уж нехорошее  -  какое-то крошево  из мяса  и зубов…

-  Конечно, убьём, но не  сразу. Сначала  ты  нам  всё  выложишь, а  там поглядим… Парень, видать, не  понимает, кто  с  ним  говорит. Ну  что  ж, ты  сам  нарвался. Устроим тебе безплатный  цирк. Тащите  сюда  бомжа! -  приказал  главарь.

  Боевики  вышли, через  минуту  зашли обратно  в  дом, вталкивая  какого-то  полупьяного  забулдыгу  с  багровым, испитым лицом.

-  Тимофей  Батькович!  -  обращаясь  к нему, ласково  заговорил  главарь, -  хочешь  ещё водочки?

-  Не  откажусь, господа  хорошие… -  бомж  был  явно  дегенеративного  склада  ума, и  его  осоловелые  глазки  не выражали  ничего, кроме  непроходимой  тупости  и  жажды  выпить…

-  Налейте  ему…

   Бандиты  поднесли  Тимофею  полный  стакан  водки:

-  Пей!

  Мгновенно сглотнув стакан, бомж уставился на Алексея  стеклянными  глазами.

- Закуси, -  бандиты  поднесли ему  маленький  солёный  огурчик.

  Тот  с  удовольствием схрумал  его.

Ратников  пока  ещё  не понимал, к  чему  весь  этот  балаган. Тем  временем главарь  спросил:

-  Ещё  хочешь, милок?

-  Канешно, хачу… -  еле  вымолвил  бомж, хотя  было  видно, что  он  и так  лыка не вязал.

-  Налей  ему ещё!

  К пьяной  роже  поднесли  следующий  стакан, полный  до  краёв.

  Тот  выпил, не  моргнув, и спустя  пару  секунд  рухнул  на пол, как  подкошенный… Главарь  подошёл, приоткрыл  ему веки:

-  Готов!  Несите  его  во  двор. И  этого  тоже… -  он  указал  рукой  на  Алексея, -  цирк  начинается…

  Их  выволокли  из дома без  церемоний. Белый  снег слепяще  ударил в глаза. Там  уже стоял  третий  бандит. В руках у  него блестел  топор с широким, острым  лезвием.  Алексей, всё  ещё  не догоняя, что  же  будет  дальше, стоял  на  снегу  и  тупо смотрел  на  всё  это  безумие.

   Безчувственного бомжа  бросили  на  снег, тот, который  с  топором, сказал:

-  Отойдите  подальше…

  Размахнулся, и  одним  резким  ударом  отрубил  бедному  пьянице  голову.  Кровь  брызнула  на  снег  алой  струёй,  тело  конвульсивно  дёрнулось  и  затихло. 

Алексей  от увиденного  ужаса  зажмурился.

- Вот  так  поступают  русские  бандиты!  -  обращаясь  к Алексею, патетически воскликнул  главарь, -  то  же  самое  будет  завтра  с твоей  Ириной, если  ты  будешь молчать, сука!  Только  мы  сначала  все вместе позабавимся  с ней, а  потом  ты увидишь  своими  глазами тот же  цирк.  Понял?

-  Я  вас понял… Я  скажу всё, что  знаю, только  её  не  трогайте, -  Алексей  резонно  рассудил:  в  блокноте  всё  равно  дэза, установку собрать  не  смогут. Поэтому  можно  им  сообщить  любую  комбинацию  пароля, всё  равно  он  окажется  для  них  безполезным…

   Его  завели  обратно  в  дом.

-  Говори, мент…

-  Записывайте, -  «удар 2002 мощь и сила». Всего  21  знак, включая  пробелы. Это пароль, который  мне  сообщил  отец…

-  Это  точно?  -  переспросил  главарь, -  а  то  мы  применим  крайние  меры, если  соврёшь.

- Точно, -  пароль  нужно  ввести  в  систему, когда установка  будет  собрана  полностью. Мне  дорога  жизнь  Ирины, поэтому врать  нет  смысла…

-   Говори по  своим  расследованиям, что  ты  ещё  нарыл  на  нас?

-  Ничего, никаких  доказательств…  Дело  только  началось, и  ещё никто  ничего не  успел  сделать. Известны  только  два реальных  имени  -  Завьялов  и Кедрач. Кто  такой  Кедрач, я  понятия  не  имею, его многие  ищут. Завьялов  -  майор  в нашей  прокуратуре.

-  Ишь  на  кого  замахнулся, -  на  самого Кедрача. Да  ты букашка, а  он  - свирепый тигр! Сожрёт и не подавится! Мы сами сторонимся  этого  зверя… Ладно, следак. Пока  отдыхай. Завтра  ещё  поговорим. В  закуток  его, живо! Я  поехал  к шефу, смотрите  за  ним  в оба!  -  приказал  главарь  троим  бандитам, -  Вася  остаётся за старшего. Жратвы  у вас полно. Отдыхайте. Да, и  вырубите его, чтобы  наверняка…

  Главный  вышел, хлопнув  дверью.  Бандиты  взяли  Алексея, всего  в крови, потащили  куда-то  в  сторону, небрежно  швырнули  его  в  какой-то  чулан.  Один  из них  зашёл  за ним  следом  и, нехорошо  так  улыбаясь,  наклонился  над  ним  и прошипел:

- Молись, падла… Завтра  ты  умрёшь…  -  и  нанёс ему удар  в  лицо  такой  силы, после  которого Алексей провалился в бездну, уже ничего не понимая и не воспринимая...

- Спаситель -

 

…Очнулся  он  спустя  два  часа  на  какой-то  плетёной рогожке  в  маленькой каморке. Противно  ныла  голова  от ссадин  и синяков, запёкшаяся  липкая кровь  на  губах  превратилась  в  корочку, болела грудь, спина, губы, распухший  во  рту  язык. О  зубах  он  даже  старался  не  думать, -  после  таких  нечеловеческих  пыток  с ними  было явно не  всё  в  порядке. Он  вспомнил  последние  слова  бандита, который  нанёс последний  удар: «Молись, падла… Завтра  ты  умрёшь…»

   Алексей  так  и  не понял, какой  был  смысл  в  этих  избиениях? Он  им  всё  равно  ни  в  чём таком не признался. Сообщил  липовый  пароль, а по делам  ничего  существенного… Ратников  прекрасно  понимал, что живым  он  вряд  ли  останется, - такие уж методы у бандитов… И зачем они порешили бомжа? Его испугать, что ли? Он  и так  пуганый и стреляный… Тем не  менее, он держался как партизан  перед  гитлеровцами, которому  терять нечего, оставалось  только  терпеть  издевательства  и  побои.  Откуда  они могли  узнать, что  он  мент?  Разве  что им кто-то настучал, не  иначе… Но  кто? Включив  знаменитый  дедуктивный  метод, которым  с успехом  пользовался Холмс, Ратников  напряг  все  силы мозга, чтобы  найти  нужную  ниточку  и потянуть за  неё  в  поисках  этой  загадки.  И вдруг  он вспомнил, как  Завьялов  несколько  раз  с ухмылочкой  спрашивал  у  него, как  у него идут дела, кто  у  него  агенты? Он  вспомнил, как этот  неприятный  тип  всё  время ставил  ему  какие-то  странные  препятствия, - всё-таки  он  -  майор, начальник  информационного  отдела, а  Ратников  -  капитан, и  вольно-невольно  обязан  был ему  подчиняться. Несмотря  на  то, что сам Степаныч  дал  Алексею  зелёный свет и  ясно  дал  понять  всем, чтобы  ему  не  мешали  работать. Важняк  всё-таки! Не  хухры-мухры, как  любил повторять генерал. Но всё-таки где-то исподволь, как-то так  уж  очень  настойчиво  полулысый  негодяй, скользкий  как  угорь, пытался выведать  у  него, Ратникова, всяческие  секреты  «фирмы».

 Конечно, у  Алексея  была  мысль  пожаловаться  на  действия настырного  майора, но  доносить  на  своих  коллег  Ратникову  было  противно, -  он  считал  такие  действия  ниже  своего  достоинства. Потому  и молчал, ничего никому не рассказывая… Думал, что  сам справится  с  этой  задачкой. «Следователь я  или кто?» -  сам  себя  часто спрашивал  Алексей, - «Неужели  я  и сам  не  раскопаю это  дело?» Прямых  доказательств деловых связей Завьялова с криминалом  у  него  не  было, только  косвенные  и  туманные, и  этого  было  явно  недостаточно. Нужны  были  точные, неопровержимые  улики, факты, -  нужны  были  железные  доказательства! Только при наличии  таковых  можно  было  прижать  «крота». А  в  том, что  именно  Завьялов  -  «крот», Алексей  ни на  секунду  не  сомневался…

   И  вдруг  у  него  перед  глазами  всплыла  картинка -  один  из  его «блатных»  агентов  по кличке Шнырь недалеко  от  кафе «Зигзаг  удачи» накануне  встречался  с  Завьяловым. Он  увидал  их случайно из  окна  автобуса всего несколько  мгновений, сидящих рядом в  парке  на скамейке, -  хотя, возможно, он  обознался? Мало  ли кто  на кого  похож? Да нет, всё  точно, это  были  они -  профиль  «крота»  уж  слишком   примечателен, его не  спутаешь ни с кем – крючковатый  нос, большие оттопыренные уши, скошенный  лоб, глаза  навыкате…

  Эта  картинка  не  давала ему  покоя  последние  три  дня, и он ещё подумал: какие такие   дела  могут связывать  Шныря  с  Завьяловым? Оказываются, могут, и ещё  какие -  крупные  хищения, на кону  большие  деньги, слив  информации «кроту». Теперь  вся  мозаика  сложилась  в стройную  картину.  Наверняка  «блатной»  кое-что  задолжал  негодяю, и он сдал Алексея  сначала «кроту», а  тот Алмазову. Иначе  как  объяснить  тот  факт, что именно  Шнырь  на следующий  день  после  встречи  в  парке пообещал  Алексею  встречу  с Алмазовым? Но  как  Завьялов  вышел  на  Шныря? Это  загадка… Каждый  сексот  был  настолько  глубоко  законспирирован  заинтересованной  стороной, что  «вычислить», кто  чей  агент, было крайне  проблематичной  задачей…  Недаром Николай  Лебедев  учил его, неоднократно  напоминая: «Запомни, Лёша, агенты  в  нашем  деле -  это  всё! Без  них  ты  слепой  и  глухой. Вся  информация  приходит  от них, и поэтому  беречь  агентов  - первостепенная  задача! Даже  никто  из твоих  коллег  не  должен  ничего  знать  о  твоих  агентах, -  кто  они, откуда, как  они с  тобой  взаимодействуют. Агенты  -  это  твоя  боевая  обойма, которой  пользуешься  только  ты. И  даже  если  тебя  прижмёт  начальство  с   требованием  выдать  агента, не  соглашайся – не  исключён  вариант  «крота». Кто угодно  может  быть  «кротом» не  только  в  прокуратуре, но  и во  всех  силовых  ведомствах. Ты  же прекрасно  понимаешь, что  уголовный  мир крайне  жесток  и  пойдёт  на  любые  ухищрения, чтобы  добыть  нужную для  них информацию. Перекупить, перевербовать можно  любого  силовика, падкого на  деньги, кроме  тех, кто кристально  честен  перед всеми. Этих  можно  только  убить, но купить?!? Ни  за  что  на свете! Вот  ваш  шеф Степаныч  как  раз  к  таким  и относится… Поэтому, смотри в  оба, ни в  коем случае  не  сдавай  своих  агентов. Это как  в  разведке  -  одно слово  не  так  скажешь, и  всё  -  можешь  попрощаться  с  жизнью! Что  мне  тебя  учить, ты  же  сам служил  в  разведке…» Получается, что в  данной  ситуации  уголовники  очень  хорошо  постарались, чтобы  обезвредить  капитана. Значит, судя  по  их действиям, была  велика вероятность того, что неуловимый авторитет Кедрач и  Алмазов  -  одно  и  то  же  лицо! Только теперь  стало  понятна  вся  схема  бандитов - имея  широкие  связи  в  верхах, используя  всю  информацию, Алмазов-Кедрач  мог  творить  любой  безпредел, но только  чужими  руками… А  все  деньги, вырученные  за  преступные  хищения, оседали  на  зарубежных  банковских  счетах  Алмазова и его  подельников. А  может, всё  это  он себе нафантазировал?  Ведь точных  данных  у  него не  было. Может, у  Алмазова  своя  игра, -  этот  охотится  за  блокнотом, а у  Кедрача  -  другая  игра, -  этот  грабит и убивает. Может, они  «работают»  независимо  друг  от друга. Вполне  возможен и такой расклад… Вспомнились  слова, недавно  услышанные  от главаря  боевиков: «Мы сами сторонимся  этого  зверя…» Да  и  кто  видел  живого Кедрача? Кто знает?… Но, с другой стороны, действия Валерия  Алмазова уж очень смахивают на действия  гангстера…

…Теперь  Алексей  всё  ясно  слышал, но  не  видел. Лишь узкая щёлка в двери  пропускала  слабый  свет  из  комнаты  в  каморку. Там, в  комнате, царило пьяное веселье -  бандиты  пили водку, громко  гоготали, рассказывая  друг  другу  разные  сальные  анекдоты и байки  из уголовной  жизни. Слышны  были  голоса  его  мучителей,  звуки  отодвигаемых  стульев, стук  ножей  и вилок, скрип  половиц  и  ненавистное, жлобское чавканье гориллообразных  созданий… 

И  как  только  земля  носит таких?                                                                                                         

                                                             *  *  *                                                                        …Что  теперь? Есть  ли  выход  из  создавшейся  ситуации? Как  он  мог  так  легко  попасться, как  кролик  в  западню, расставленную  Завьяловым? Никогда  себе  не  простит  такого  просчёта! Может, и  права  была  Иришка, сказав  ему, что  путь следака  -  не  его  путь? Может, ему  просто  следовало  и  дальше  сочинять  музыку, песни, писать  стихи  и прозу, а  не  соваться  в  разборки  с криминалитетом? Все  эти  мысли  крутились  у  него  в  голове, как  заведённая  юла, но  сейчас нужно  было  думать, что  делать  дальше…  Не ждать  же  покорно  смерти, как  обречённый на  шашлык баран…

   По  его  прикидкам, было  около  девяти  часов вечера. Значит, до  утра  ещё  есть время. Руки  связаны, правда, не  очень  сильно… Надо  попытаться  хотя  бы освободить  их от верёвок. Он  сквозь  боль  пошевелил запястьями, верёвки  чуть  ослабли. Он  стал  методично  расшатывать  их  постоянными  движениями  и  трением, и спустя  полчаса  узлы  значительно ослабли. Но  этого  было мало… Нужно  было  узлы  за  что-то  зацепить, чтобы  сорвать  их  и распутать. Алексей  подвинулся к  еле  заметному  в  темноте  топчану, нащупал  руками  какую-то острую скобу, торчащую  из  ножки, зацепил  узел  за  эту  скобу и  стал  ожесточённо  тереть. Добавилась  новая  боль -  от  трения. Не  обращая внимания  на  эту  боль, он продолжал  тереть.  Наконец, путы  ослабли, и  он  смог стащить их с рук. Немного  повозился  с путами на ногах. Наконец, их  тоже  снял. Облегчённо  вздохнув, Алексей  размял  руки, попытался  встать.

…Он  видел  в  сумраке окошко, и надеялся  уйти  через него. Но  как  только  сделал  первое  движение,  понял, что  не  может  этого  сделать  по  причине  сильной  боли  во  всём  теле. Он  ещё  раз  сделал  попытку  встать, но  тщетно. Каждый  раз  его прошивала  нестерпимая  острая  боль  во  всех суставах.  Слёзы  безсилия  выступили  на  глазах: «Как  же  так, руки  свободны, а  ноги  не  слушаются, и всё  тело  отказывается  подчиняться  ему? Что же  делать?...»

  Он  мучительно  думал  над  таким  простым  вопросом -  как  вырваться  отсюда, как  выжить? И  не  находил ответа. Пометавшись  так  на  полу  несколько  минут, он  затих  и  закрыл глаза.  Он  расслабился  и  попробовал  отрешиться  от  этого  мира, как бы  что-то  вспоминая, забытое, но  родное  до  боли…

   И  в  эти минуты  Алексей  вдруг  отчётливо  вспомнил  себя семилетним мальчиком, бабушку  Настю, кринку  молока, стоящую  у  тёплой  печи, пахучий  деревенский  хлеб  и  духмяный  яблочный  запах, стоящий  в  саду… Он  вспомнил  милый  сердцу  бабушкин домик  на  далёком  от цивилизации  хуторке, куда  его  мальчонкой  отвозил  отец  на  всё  лето. Бабушка  Настя, мать  отца, была  мудрой, незлобивой  женщиной, знающей  множество  заговоров, сказок  и былин. Она  частенько  на  сон  грядущий  рассказывала  любимому внуку о  далёких  временах, о  богатырях  Руси, о великих  Богах, битвах  и драконах, о жизни  славян  в  глубокой  древности. Алексей помнил, что  отец  его бабушки, прадед  Захар, был  потомственным  пасечником  и  ведуном. Знал  многие  травы, лечил  людей  от недугов, а  мёд  его  славился  во  всей  округе  как  самый  пахучий…

   И  вот теперь  он  ясно  и  просто  представил  себе  свою  же родную бабушку, и мысленно  обратился  к  ней. Сквозь боль  и туман  она всплыла  в  его  сознании, по-домашнему простая, разумная  и  безхитростная. Хотя  и  прошло  после её  ухода  к  звёздам десять  лет, но  сейчас она стояла  перед  ним, как  живая, лучисто  улыбаясь… Алексей  оживился:

«Бабуля, что  мне  делать?  Меня  хотят  убить… Скажи  мне, ты  же  мудрая…»

Слабый, еле  слышный  голос  её, как  ветерок, прошелестел  в  каморке:

- Молись, внучок!  Моли Сварога, моли  Богов, -  только  они  смогут  тебе  помочь… Я  не  в  силах  помочь  тебе, это  не в моей  власти, но  Боги или сам Творец могут  всё!  Вот  к  ним  и  обращайся… 

  Голос бабушки затих, видение исчезло  так же, как и появилось. Алексей не  знал, как  молиться, он  никогда  раньше  этого  не  делал… Но  раз  его бабушка  сказала  так, значит, в  этом  было что-то знакомое  и родное. И  он  стал  молиться, -  другого  выхода  просто не  было…

   В  глубокой  Сибири, на  таёжной  заброшенной  заимке, в  каморке маленького  домика  молился  небесам  обречённый  на  смерть  человек. Он  вкладывал в  эту молитву  всё  своё  естество, всю  свою  жизнь, но  более  всего  он  просил  сохранить  ему  жизнь, спасти  его  от  напасти… Он  искренне  просил  Бога, хотя никогда  в  него  не  верил, о  том, чтобы  весь  этот  ужас скорее закончился, о  том, чтобы  наконец  наступило  избавление, о том, чтобы  он, Алексей  Ратников, остался  жив! Всю  пламенную  тягу  к  жизни  он  вложил  в эту  молитву, всё  желание  жить… Он  шептал и шептал  заветные  слова  о помощи, обещая  Богу славить его  вечно, писать  стихи  и песни  о нём, исполнять  все  заветы  Творца, если  тот в  эту ночь его  вытащит…Молился  Алексей  долго и горячо, даже  согрелся  изнутри. Словно  какой-то  неведомый, благой  жар  охватил  всё  его  тело, боль  ушла, осталось  только  лёгкое  нытьё…

- Боже Всемогущий! Я  не  знаю даже, есть ли ты  на свете  или нет, но моя бабушка  верила  тебе… -  таковы  были его слова  в  конце  молитвы, обращённые  к  Величию, -  она  знала, что  ты  ВСЕМОГУЩИЙ! Так вытащи  меня  отсюда любым  способом, пошли  мне помощь  в  эту  ночь! Я  хочу  жить  и  приносить  пользу  Тебе, Родине,  людям!  Я  хочу  жить  и  любить…

Он  закончил свою молитву  и успокоился. «Будь что  будет…» Прошло  ещё  часа два.

  Пришла  полночь…

  За  стеной после  трёхчасового  тупого ржания  бандитов, громких  отрыжек  и  звона стаканов  и  бутылок  вдруг  разом  всё  стихло. Перед  этим  Ратников  услышал  громкий возглас:

-  Что  это?... …Это глюк!.....  Какой-то  стук. И  тишина…

   «Может, они заснули  прямо  за столом?» - невольно  подумал  весь  избитый  до крови  Алексей.

 

* * *

…Тем  временем  бандиты  продолжали  свой  пир. Водка  лилась в  их  глотки, как вода, хрустели  огурцы, куски  жареного  мяса, лежащие  на  блюде, стремительно  таяли.

- А помнишь, Васёк, ту  белобрысую тёлку  у  кафе, которую  ты  пытался  снять  позавчера? -  один  из  пьяных  бандитов  наклонился через  стол, -  как  она  тебя  красиво  отшила?

- Помню, помню, - заплетающимся  языком  отвечал  Васёк, - сука  она  и  стерва, таких  надо учить  жизни. Если бы  не  срочный  вызов, я  бы  показал ей, где  наши раки  зимуют!

-  Да, показал  бы, а  мы бы  добавили… Что это? -  воскликнул  один  из  бандитов, выпучив  глаза.

  Возле  печки  вдруг  появилась  какая-то  светящаяся  фигура, вся  в  золотом. Боевики  опешили. Их  поганые  рты умолкли, -  неведомая сила как  бы зашила  им губы. Они  не  в состоянии  были  сказать ни словечка. Фигура  медленно  приблизилась  к ним, протянула  руки  к стаканам, из них  полился  золотой  мерцающий  свет, -  водка  в  стаканах  заискрилась, забурлила  и стихла. Пришелец  медленно  исчез, так  же  как  и  появился.

-  Приснится  же  такое! -  коренастый  бандит  долил  водки  в стаканы.

- Это  Глюк, Кувалда! Точняк, глюк!  -  Васёк  обернулся к  печке, -  видишь, никого  нет!

- Выпьем, братки, выпьем, чтобы  глюки  больше  не появлялись!

  Они  чокнулись, залпом  выпили  и тут  же  повалились  пьяными  рожами  на  стол…

   Вдруг  разом  наступила звенящая  тишина…

   И  в  этой  тишине  Алексей  вдруг явственно услышал  за  стеной  какой-то странный, но  не  пугающий  шорох. Кто-то  тихонько  скрёбся  в  окошко  с  улицы  именно к  нему  в  каморку! Капитан  нашёл  в  себе силы  приподняться  на  локтях, и  с  большим  трудом  взгромоздиться  на  топчан, над которым  и было  небольшое оконце.

- Кто там? -  как  можно  тише, с  придыханием, спросил  он.

  В  ответ  ему  был  тихий  стук  в  окно.

  Алексей  понял, что это  знак, - он  отодвинул  защёлку, опустил  шпингалеты  и приоткрыл  створку  окна. За  ним  из  белёсой  снежной  дымки, словно  в  сказке, выплыло добродушное лицо  бородатого старика. Лицо  его  сразу  располагало  к  доверию.

- Ты Алексей?                                                                                                                     Ратников  молча  кивнул  головой, ничегошеньки  не понимая, -  откуда  здесь взялся  этот  дед, и  как  он  узнал  его  имя? Тем временем  дед  решительно  взял капитана  за  ворот  и, кряхтя, стал  вытаскивать его через  окошко, приговаривая:

- Бежать  надо… Здесь  тебе  оставаться  нельзя…

 Ратников подчинился деду, понимая, что появился реальный шанс  выжить…

   Вдвоём  они кое-как  справились  с  тяжёлой  задачкой  вытащить  еле  живого капитана  из  каморки. Окошко  оказалось  не  шибко  большим, и  тело следака с трудом пролезало в него.                                                                   «Хорошо, что  комплекция  моя  сухопарая, а  если  был  бы  потолще, то фигушки пролез  бы…»  -  подумал  Алексей.

  Наконец, протиснув  капитана  почти  до половины, дед  одним  сильным  рывком  выдернул  его, и  они  оба  рухнули  в  свежий  снег. Чуть отдышавшись, старик  приподнял  Алексея  за  ворот  и спросил:

-  Идти  могёшь? Сани  недалечко…

   Капитан  всё  так  же молча  мотнул  головой, -  надежда  на  жизнь  придала  ему  некоторые  силы. Косматая, косорукая старуха отступила  перед  этим старцем, который  перехватил  Алексея  у  неё, вырвал  в  буквальном  смысле  слова  из  её  цепких  лап. Дед  обхватил  его  справа, положил  его левую  руку  себе  на  плечо  и  таким  макаром  они потихоньку  доковыляли  до  саней.  Уложив  следака  на пахучее сено, укрыл  его  тулупом.

-  Откуда  вы  узнали, что  я  здесь? -  слабо  спросил Алексей.

-  Потом, милок, всё  потом… -  дед  присел  на  передок,  взял  вожжи  в  руки  и прикрикнул  на  коня:

-  Но-о, пошёл, Сивка! Но-о-о!!!

    Конь  дёрнулся, сани  тронулись, полозья  заскрипели  по  снегу.

 -  Ну, Боже  Свароже, поможи!  Замети-ка  наши  следы, перекрой  путь недругу! – вполголоса  произнёс   дед, но  Ратников  это  услышал. В  тот  же  момент, как  по  мановению  волшебной  палочки, сыпанул  густой  снег. Такой  крупный, лапчатый  и мягкий, -  такого  снега  Алексей  никогда  ещё  не видал.

  Ратников  поглядел  на  широкую  спину  возницы:

«Волшебник  он, что  ли?  Или  чародей-маг  какой?  Имя  моё  знал, место, где  меня  искать, вот  ещё  снегом  управляет…»

   И  тут  его  сморило  в  сон…

   Через  час  сани  подкатили к  порогу  небольшого  таёжного  домика.

   Дед  помог  Алексею  выбраться, затащил его  в  домик  и уложил  на  кровать. Потом  вышел, распряг  коня, отвёл  его  в  стойло. Сани  остались  сиротливо  стоять  посреди  двора. Старик  вернулся  в  дом.  Подбросил  дровишек  в  печь. Кровать  стояла  рядом с печкой, от которой шло  приятное, расслабляющее  тепло. 

   Дед снял с Алексея одежду, повесил  её на верёвку  сушиться.  Самого  укрыл  тёплым  ватным  одеялом.  Затем  повозился  у печки, принёс  в  большой  глиняной  кружке какой-то отвар:

-  На, выпей, сынок… Полегчает.

Ратников  приподнялся  на  кровати, отпил  несколько  глотков.

- Пей  до  дна. Это  девятисил. Тебе надо восстановиться, -  дед по-отечески ласково  глядел  на  Алексея.

  Выпив содержимое кружки, капитан и вправду  почувствовал  прилив  сил. Сейчас  ему стало  значительно  легче. Гораздо  лучше, чем в  той  страшной, предсмертной  каморке… Веки  его  слипались, навалилась  усталость  и  дикое  желание  спать.

  Старик  словно  угадал  его  настроение:

 -  А сейчас  поспи. Утро вечера мудренее…

- Поиски  капитана. Мафия. -

 

…Ирина  весь  вечер  и всю  ночь  места  себе  не  находила…

«Где  Лёша? Что с ним? Что  вообще  происходит?»

  Она  металась  из  угла в  угол, сон  никак  не  шёл... Различные  чёрные  мысли  роились у неё в голове, рисовали  ужасные  картины, но она  старалась  их  отогнать.

  Наутро, невыспавшаяся, с  красными  от  безсонницы  глазами  она  прямиком направилась  в  прокуратуру, -  хоть что-то  узнать  об  Алексее.

 Дежурный  офицер  узнал  её, улыбнулся  и спросил:

-  Вы  к кому, уважаемая  Ирина?

-  К  генералу Матвееву. Он  на месте?

-  Да, товарищ  генерал  уже  приступил  к  работе. Можете  идти.

  Степаныч  девушку  встретил  тревожно.

-  Что  с  вами, Ирина? На вас  лица  нет!

-  Прохор  Степаныч!  Алексей  пропал. С  вечера  не  приехал  домой, и  с  тех  пор  ни слуху, ни  духу.

  Степаныч  пока  ещё был  не  в  курсе:

- Как  пропал? Куда  пропал? Что  за  дела?

- Сама  не  знаю, Степаныч… Он  мне  ничего  не  сообщал  о своих  планах, -  говорил, так  безопаснее  будет. И ещё  -  за  мной  сегодня  кто-то  следил, я  это  почуяла.

- Да, дела… -  генерал  нажал  кнопку  селектора.

- Ниночка!  Немедленно  свистать  всех  ко мне! Пятиминутная  летучка. Весь  состав, который  есть в  наличии.

- Будет  сделано, товарищ  генерал! -  секретарша  тут  же начала  обзванивать  сослуживцев.

Через  пятнадцать  минут  в кабинете  генерала  Матвеева  собрались  все работники  прокуратуры, кроме  офицеров, которые  стояли  на  вахте. В числе  других явился и Анатолий  Завьялов.

- Товарищи!  Капитан  Ратников  вчера  вечером  пропал  неизвестно  куда… Вот его девушка  Ирина, она  мне  сообщила  об  этом факте.  Расскажите, милая, как  было дело?

  Ирина  сбивчиво  поведала  офицерам, как  они с  Алексеем  расстались  вчера  утром, как  обычно, каждый  поехал на свою работу. А вечером  он  не  явился  домой…

   При этих  словах  Ирины лицо у Завьялова  сделалось  каменным, будто  непроницаемым, а  глаза  засветились  каким-то  странным  блеском. Эту  перемену в  нём  засёк  острый  взгляд  бывалого  Степаныча, но сам  генерал  при этом и ухом не повёл…

  Он  прекрасно знал, что  в  системе  сыска нельзя  было  поддаваться  эмоциям, а  во-вторых, никому  из  подчинённых  нельзя  давать  понять, что  он что-то замечает, чего-то фиксирует  и всё-всё  понимает. Проще  всего было для всех прикидываться этаким  радушным  шефом-простачком, при  котором  можно было и бдительность  потерять, и  расслабиться, и  «проколоться». В  данной  ситуации  Завьялов  частично  «прокололся», и  генерал это моментально зафиксировал. Почти  никто  из  сослуживцев Матвеева  не  догадывался  о  том, что  за  внешним  фасадом  простоватого  шефа  скрывается  бывший  чекист с 20-летним  стажем, профессиональный  разведчик  с  острым  чутьём и  великолепной  интуицией.

- Товарищи  офицеры! Это ЧП! Немедленно  формируем  группу  расследования. В  неё  войдут пять  офицеров - Капитонов, Соколов, Федотов, Мариничев  и  Стрельцов.

- Есть, товарищ генерал! – почти хором  ответили  офицеры, вставая.

- Приступайте  немедленно!  Оповестите о случившемся майора Лебедева  из  управления МВД, -  они  с  Алексеем  были в  близких  отношениях. Вот вам  дубликаты  ключей  от  кабинета  Ратникова  и  от его  сейфа. Если  что  найдёте, представляющее  интерес  -  мигом  ко  мне. Землю  носом  ройте, но капитана  найдите!!.. Если  нужны  люди  в помощь, ставьте  меня  в известность.

-  Поняли, товарищ  генерал… -  ещё  раз откликнулись  офицеры, -  будет исполнено.

   Все  пятеро  вышли.

   В  кабинете осталось  человек  десять.

- А  вы, товарищи, приступайте  к  своим  обязанностям. Нужно  было  вас  оповестить  о случившемся, что  я  и сделал. Все  свободны. А  вы, Ирина, останьтесь.

  Задвигались  стулья, и  через минуту  в  кабинете остались  только  двое.

  Матвеев снял  трубку, набрал номер:

- Алло, Стас?  Здравствуй! Как  дела? Как Светлана, детки? Ага, нормально, это  хорошо… Тут  вот  какая  новость, только  держись за  стул. Алексей  Ратников  пропал  вчера  вечером.

-  Как  пропал? Куда? Степаныч, что происходит?!?...

-  Стас, это  не  телефонный  разговор. Приходи  ко  мне  сейчас, -  обсудим  этот  вопрос. Может, ты  что-то  знаешь...  Нам сейчас любая информация не помешает.

-  Понял, Степаныч. Скоро  буду…

 

 

   Через  пятнадцать  минут  Макаров  уже  сидел  в  кабинете  генерала. Коротко  переговорив  с  Ириной, Стас  предложил  принять  кардинальные  меры. Они  решили, что  дело  поиска капитана  -  дело  чести  всех  силовиков  города, и необходимо для  этого  мобилизовать  все  имеющиеся силы. С  этой  целью  они обзвонили всех  начальников  РОВД, поставив  их  в известность, и даже  позвонили в  Москву, в  министерство  МВД, самому  зам.министра. Стас Макаров  также  времени  не  терял, - сообщил  об  исчезновении  в  своё  управление  генералу  Зорину, а  также  назначил  через час  встречу  с  тремя  своими агентами. Каждый  из  них  мог  хоть  что-то знать  об  исчезновении  Алексея. После чего Стас  испарился.

  Проводив  зятя, генерал  обернулся - Ирина  плакала. Он подошёл, положил  ей  руки  на  плечи:

- Ну, ну, милая, будет… Алексей   крепкий  орешек, его просто так не  взять.

Видать, дело  серьёзное, раз  он  до сих  пор  не  объявился. А  тебе, Ирина, домой  нельзя  ни под  каким  соусом! Дело серьёзное, становится  жарко, ситуация непростая. Поэтому с сегодняшнего дня  ты  будешь  жить  в  нашей  «кукушке», в  целях  безопасности. Пока  не найдём  Алексея. А  мы  его  обязательно  найдём! Я  думаю, он сам бы одобрил мои действия. Так  что, переселяйся  сейчас  же. Николая  я  уже  предупредил.

   Ирина успокоилась, встала, и в порыве благодарности обняла Степаныча:

-  Спасибо  вам, Степаныч! Вы настоящий  мужчина… 

   И вышла, прижимая  платок  к  глазам.

   Когда  Кочеткова  ушла, Степаныч  сел  за  стол, задумался. Закурил.

«Такое  происшествие  нельзя  оставлять  без  внимания. Надо что-то  делать… Тут  нужны  хитрые  ходы. Без  поллитры  и  спец.агентов  здесь не  обойтись…»

  Зазвенел  звонок. Звонил  Лебедев.

- Алло, генерал Матвеев слушает! А-а, майор, здравия  желаю! Тебе  уже  рассказали  новость  об Алексее? Ага, значит, ты  уже  в  курсе. Что-что? Завьялов?  Обратить на  него особое внимание? Приму к  сведению, майор. Благодарю  за  поддержку. Ну, бывай.

  Повесив трубку, генерал  тут  же  вызвал  секретаршу.

Вошла  Ниночка, грациозная  как всегда:

- Вызывали, товарищ  генерал?

- Да, Ниночка, вызови  срочно  ко мне майора Прокопенко, вот  ему  записка… Срочно!

  Нина  взяла записку  и  вышла.

  Офицер прибыл  буквально  через семь  минут.

-  Вот  что, майор… У  тебя  есть на  примете   пара-тройка  надёжных, но  неприметных  людей?

-  Есть, товарищ  генерал, найдём.

-  Хотя, честно  говоря, нужно  не меньше  пяти  человек.

-  Осмелюсь  спросить  вас, шеф. Для  какой цели?

-  Понимаешь, Саша, у  нас есть  серьёзные  основания  взять нашего Завьялова  «под колпак». Ты понял?

-  То есть взять  под  негласную  слежку, я  правильно  понял, товарищ  генерал?

-  Молодец, всё  верно. И  чтоб  комар  носа…

-  Обижаете, Степаныч!  Двадцать  лет как-никак вместе работаем!

-  Люди надёжные?  -  генерал  придирчиво  оглядел  Прокопенко.

-  Надёжнее  не  бывает. Старая  гвардия МВД и КГБ. Опыт  слежки -  богатейший!

-  Смотри, Завьялов  тоже  не  дурак. Если  заметит  или  унюхает  -  пиши пропало! Нам  нужны  его  связи  за  пределами  этого  здания. Всё  о нём, с  кем  видится, куда  ездит, кому звонит. Действуй, майор, незамедлительно!  Это приказ. Если  будет чего  интересного, докладывать лично мне.

   Офицер  козырнул:

-  Приказ  понял. Разрешите  идти?

-  Идите, майор.

 

 

   В течение первого дня на поиски капитана Ратникова были подняты немалые силы города. Все  двадцать  РОВД, городская служба ГАИ, некоторые структуры КГБ. Были также срочно задействованы десятки  агентов-осведомителей. Система завертелась, закружилась, как гончая псина, почуяв запах медведя, предвкушая  погоню. За Анатолием Завьяловым установили плотную слежку, да так  профессионально, что  даже  он, бывалый, ничего не  заподозрил. Кому  в  голову  взбредёт  подозревать  в  слежке  за  собой  пожилую  седеющую пару  старичков, которые трогательно  снимают  на  плёнку  фотоаппарата  своих  внуков, играющих  в  парке?  Знал  бы  он, кого  на  самом  деле  снимают  эти  два  опытнейших  разведчика, он  бы  сильно  удивился. В  другой  момент  его снимали  на фото  две обаятельные белокурые сестрички, с  такими  невинными  личиками, что  любой  мент  или  бандит  при  их  виде растерялся  бы. И  так  далее.  Прокопенко  занял  в деле  слежки  таких  профи, что  Матвеев  им  бы  гордился…

   Прошло  три дня.  Поиски  пока  не  дали  никаких  результатов. Группа  расследования - пятёрка офицеров, регулярно  докладывала  Матвееву  о своих  действиях.  Прокопенко - о своих.

Частенько  звонил Стас, спрашивал, как  продвигаются  дела.

   Генерал  отвечал ему, что  фото  Алексея  получили  все  силовики, все  выезды  из города  тщательно  контролируются, -  мышь  не проскочит. По  всему  городу  сплошные  проверки  квартир  и домов. Чуть  ли  не  целые  облавы… В  общем, дело  движется.

-  А вы  уверены, Степаныч, что  он  в  городе? У нас, например, нет  такой  уверенности. Мы  полагаем, что это дело как-то связано с  тем самым  блокнотом, который  стоит  10  миллионов  долларов. Скорее  всего, бандиты выкрали  Алексея  из-за  него, увезли  куда-нибудь  за  город, и  с ним  разбираются. Если  бы  я  был  на  их  месте,  я  бы поступил точно  так  же…

  Матвеев  хлопнул  себя  по лбу:

- Ах, я  дубина  стоеросовая! Как  же  я  раньше  не  догадался, что  дело связано с этим блокнотом? Почему  ты  раньше не  сказал  мне  об  этом?

- Раньше  не  было необходимости  сообщать. Сейчас  она  назрела. Мои  агенты  завтра же будут владеть всей информацией. Они  уже три  дня  «копают»  очень  глубоко, чтобы выяснить, где  могут  прятать  капитана. И  ещё  -  самое  главное - мы  буквально  вчера  засекли разговор вашего  сотрудника по телефону с самим  Алмазовым.

- С  Алмазовым?!? -  генерал  от  неожиданности  аж  привстал  из  кресла, - А  он  каким  боком  здесь?  И кто  это из наших  с ним  разговаривал, не  секрет?

-  Не  секрет, Степаныч. Это майор Завьялов.

- Опять Завьялов! И какие дела  его могут  связывать с Алмазовым, ума не приложу? У  меня  давненько на майора зуб имелся, а  сейчас  выясняется, что  рыльце-то  у  него в пушку!

-  Ещё  в каком  пушку, Степаныч! По нашим агентурным сведениям, именно  Завьялов  завязан  с Кедрачом.  И мы  очень сильно  подозреваем, что  Алмазов  и есть сам Кедрач…

-  Что ты  говоришь, Стас?!? Это правда?

-  Правдивее  не  бывает… Мы  «ведём» и Завьялова, и Алмазова  уже  давно. Пока  никаких  реальных  доков  нет, только  намётки. Хитрые, бестии. Впечатление  такое,  что  они  опережают нас на два  хода  вперёд.

-  Мы  Завьялова  тоже  взяли  под «колпак». Наши  люди  «ведут»  его…

-  Дорогой  мой  тесть, в  двойной  слежке  нет  необходимости. Мои  агенты  -  высококлассные  спецы, их  даже  муха  не  заметит, настолько  они  неприметны. Вид у них немного бомжовый, неказистый, не  придерёшься… Так что  дай  отбой  своим, как  бы  нам этих птичек  не спугнуть.

- Лады, Стас. Уговорил. Сегодня  же  отменю  слежку.

 

 

…Так  обстояли  дела  в  среде  милиции  и КГБ. Но, несмотря  на  все  предпринимаемые  ими  шаги, мафия  всё  же  очнулась  первой.

  Рано утром, через  пять  часов  после  спасения  Алексея, на  заимку  приехали  четверо  бандитов.  С ними  прибыл  и  тот самый  главарь, который  пытал  и допрашивал капитана.

   Зайдя  в домик, они  обнаружили  пропажу, а  в  главной  комнате их  взору  предстала  такая  картина: все  трое  бандитов, которым  было  поручено  охранять  капитана, сидели  за  столом, уткнувшись  мордами  в  тарелки. Все  трое  не  просто  мертвецки  пьяны, -  они  были по-настоящему  мертвы!! Главарь  потрогал  пульс  у  каждого, заглянул  в  зрачки, и  убедился  в  этом  загадочном факте, -  кто  их  мог  так  ухайдакать, этих здоровенных  бугаёв? Теряясь в  догадках, главарь  приказал  не прикасаться  ни к  чему, вытащил  платок, обвернул им бутылку с недопитой  водкой, принюхался. Вроде ничего  особенного -  водка  как  водка. Потом  таким  же  образом  взял  один  из  стаканов, где на донышке  ещё  оставалось  малость  жидкости. Опять  принюхался. Водка, но не совсем… Подмешивался какой-то  странный, пугающий  запах... Главарь молча взял  лежащий  на  лавке полиэтиленовый пакет, аккуратно сунул туда  все  стаканы  и бутылки, и  коротко  приказал:

-  Едем  к  шефу…

 

* * *

…Как только он доложил  шефу об  исчезновении  Ратникова, тот набросился  на него, как  разъярённый  бык, взял  за  грудки  и  прошипел: 

- Ты  понимаешь, идиот, что  вы  роете  яму  для  всех  нас? Знаешь, чем  это вам грозит? Как  его охраняли, кто  упустил?

- Охраняли,  как  положено, -  трое  моих  боевиков. Мои ребята  его  хорошо помяли, он почти без  сил, и связан по рукам и ногам… Его в  таком виде и бросили в закуток, сам видел. К утру капитана и  след  простыл, остались  одни  верёвки  в  закутке, -  пролепетал  главарь, выпучив  глаза.

-  Что ещё? -  Алмазов  ослабил  руку.

-  Ещё… Все  трое  наших были мертвы…

-  Что?!?  -  взревел  Алмазов, -  как  это  - мертвы? Что  у  вас  там произошло?

  Вместо ответа  главарь показал  Алмазову  пакет.

-  Что  это?  -  спросил  Валерий.

- Это  то, из  чего  пили  мои  хлопцы. Есть  подозрение, что  их  кто-то  отравил. Надо  бы  отдать  на  экспертизу, шеф. Здесь явно дело нечисто.

   Алмазов  взял  пакет, заглянул  внутрь. Затем положил  его  на  стул.

- Та-а-ак… Хорошенькие  дела.  Неведомо  кто  врывается  к  нам  на  заимку, травит троих боевиков, потом увозит  следака… Шарада  какая-то! Это  оставь  у меня, -  и он  кивнул  на  пакет, - я  тотчас  же  отдам  кому  надо. А тебе, дорогой  помощничек, мой следующий приказ - достать  этого  капитанишку хоть из-под  земли. Землю  носом ройте, но  найдите  его! Делайте  что хотите, но  достаньте  мне его  живым! Если  он  уйдёт  к своим, нам всем крышка! Он всех сдаст. Проверьте  все  жилища  в  радиусе 100  километров от заимки. Возьми  столько  людей, сколько  нужно. Ты меня  понял?? Иначе  зачем  ты получаешь  от меня две  штуки  в  месяц? Ежели не найдёте, можете  сами  застрелиться.

-  Понял, шеф, понял. Найдём!  Куда он денется? От  нас ещё  никто  не уходил… Да, шеф, и вот  ещё  что… - главарь  достал  замусоленную  бумажку из кармана, -  это пароль, который  он  успел  сообщить.

   Алмазов  взял  бумажку, пробежал  глазами, и  глаза  его вспыхнули:

-  А  вот это хорошо! Может, ещё  не всё  потеряно. Да, чуть не забыл, -  тех  троих  жмуриков  сегодня  же  доставьте в наш морг, но по-тихому. Нужно  будет  у  них  кровь проверить… Заимку  сжечь  сегодня же!.. Чтобы  никаких  следов. Дело  под  твоим контролем. Ты  свободен. Действуй!

…На следующий  день  Алмазову  принесли  заключение  судмедэксперта, который  тайно работал  на  мафию. Оно  гласило:  в крови  у всех  троих  обнаружен  цианид, остатки его нашли  и  в  жидкости на дне стаканов… Но  странное  дело, -  в  бутылках  с водкой  цианид  отсутствовал!

  Алмазов  устало  опустился  в кресло:

  «Это  кто  же  так  сработал? Чисто  и профессионально? Надо  будет  разобраться  с этим. У  органов  на меня  ничего  нет, и доказать  причастность  мою  к  этому  исчезновению  им  будет крайне  проблематично. Поживём, увидим…»

 

- Пути  Всемогущего -

 

…Деда  звали  Фёдор  Иванович  Протасов. Он работал лесником в тайге вот уже двадцатый год. Но мало  кто  знал, лишь  единицы  надёжных  людей, что дед этот был ведуном. Вдобавок  очень сильным  знахарем и посвящённым в древний  культ  славян.  На  днях  деду  исполнилось  всего-то 137  годочков.  

  Он  выхаживал  Алексея  вот  уже  третий день. Капитан  немного  оклемался, но  вставать  ему  ещё  было рано. Всё  тело  ныло  и болело  от тяжёлых  побоев. Тем не менее, разговаривать  он  мог, лёжа  в  постели. И теперь, очнувшись  и завидев  своего спасителя, возившегося  у  печки, он  тихонько  позвал  его:

-  Дедушка!

- Да, милок. Лежи, лежи.. Здорово  они тебя  отделали, давно  такого  не  видывал. Ну, ничего, очухаешься, раны  заживут.  Синяки  пройдут, мои  травы тебя  быстро поднимут  на  ноги.

-  Дедушка, как  я  тут  оказался?  И  кто вы? Я  почти  ничего  не помню…

-  Ты  оказался  здесь  по  Воле  Всемогущего…

-  Не понимаю. Как это?

-  Алексей, как  тебе  так  объяснить, чтобы  ты  уразумел?… В  общем, три дня  назад, вечером, часиков  в десять, мне  приснился  сон. И  в  нём  мои  небесные кураторы мне  дали  ясно  понять, что  нужно  делать.  Их  слова  были  простыми:

«Вставай, Фёдор, немедля  запрягай  Сивку, и поезжай  на одну  заимку. Конь  сам покажет  тебе путь».

-  Что там, на заимке? – спросил  я  у  них.

«Там наш человек искренне молится  Всемогущему. Надо его вытащить, иначе завтра  его могут убить.

Он весь  избит  бандитами, зовут  его Алексей. А теми, кто  его  пытал, мы  сами  займёмся…»

  Я  встал, запряг  коня  и  поехал. Через  час  мы  были  уже  около заимки. Стояла  полночь. Я  увидел  три  слабо  светящихся силуэта в  снежной  темноте, они указывали  на  окошко. Я  подошёл  к  нему, там  оказался  ты.  Дальше  ты  знаешь, что  было…

-  А  что  было,  дедушка? Я  очень  слабо помню…

-  Что  было? Вытащил  я  тебя  из  окошка  с  большим  трудом за шиворот, и увёз сюда, за сорок вёрст от той заимки. Теперь  ты  в  безопасности.

-  Вот  дела!... -  воскликнул  Алексей, -  значит, сработала  бабушка  Настя.

-  Не  бабушка  сработала, а  Всемогущий. Твоя  бабушка  только  подсказала  тебе, что  нужно  делать в  минуты  смертельной  опасности. Вот ты  и стал  молиться. У  тебя  просто  другого  выхода  не  было.

-  А  кто вы, дедушка? Теперь  я припомнил, что вы  упомянули Сварога, и  сразу  пошёл  густой  снег… Это  как  же, вам Бог  повинуется?

-  Нет, милок… Просто  по просьбе  правнука Боги исполняют  то, что произнесено  вслух  с чистым  сердцем. Тебе  же  бабушка  должна  была  рассказывать  о  русских Богах…Мы, славяне-то, правнуки  великих богов, в  том числе  и Сварога.

-  Да, мой  прадед  Захар  был  ведуном  и травником..

-  Вот видишь, значит, ты-то  свой…  Тише!  -  дед  поднял  указательный  палец, -  сюда  кто-то едет! Причём, очень  нехорошие  люди. Небось, по  твою  душу. Через  пять-семь  минут  будут  здесь. Встать  можешь?

- Зачем?  -  спросил  Алексей, -  если  надо, они меня и так  найдут, - обречённо  вздохнул  капитан.

- Не  знаешь  ты всех  путей  Всемогущего, паря… Вставай, и  ложись  вон туда.

  И  дед  показал  ему место под широкой  лавкой  у  бревенчатой  стены.

-  И  что  будет?  Думаете, они  меня  там  не  увидят?

- Пусть  попробуют, а  я  погляжу.  Твоя  задача  -  лежать там  тихо, как мышка,  пока  они не  уедут. Моя  задача  -  сберечь  тебя. Вставай  же!  Осталось  три-четыре  минуты.

   Алексей  с  трудом  встал, соскользнул  с кровати  и  пополз  под  лавку.

-  Лежи  там, не  шелохнувшись, и ничего не  бойся. Я  всё  сделаю  как надо… -  и дед  погрозил  ему  пальцем, но  как-то  мягко, по-отечески. Затем  сложил  руки  у груди, прикрыл глаза  на  пару секунд  и что-то тихо произнёс. Впечатление  сложилось такое, что  он  чего-то колдует, произнося  какие-то слова. Какие  именно, Алексей  не  расслышал.

  В  этот  момент  послышался  шум  двигателя.  Кто-то  действительно  подъехал  к  домику  лесника.

  Ещё  через  минуту  тяжёлые  шаги  нескольких  человек  затопали  у  крыльца. Раздался  требовательный  стук  в  дверь.

-  Иду, иду…- дед  открыл  задвижку, - на пороге стояли пятеро крепких здоровяков  в кожаных куртках.

- Ты  лесник, дед? - грубо  спросил  один  из них, с  тяжёлым, ничего  хорошего  не  предвещающим  взглядом. По всем повадкам  видно  было  главаря.

- Я, милок. Заходите, гости дорогие, чаем попотчую, - дед  жестом пригласил нежданных визитёров в дом.

   Бандиты вошли  внутрь.

- Дед, мы  не чаи  распивать сюда  приехали. У  тебя  кто-нибудь  есть  в  доме?  - спросил главарь.    

   Остальные  четверо  молча  стояли  в  ожидании  приказов. Хмурые  физиономии визитёров глаз не радовали.

-  Да кому  же  быть  у меня?  Только  я  один  и  живу, вот  прихворал  маненько, -  и  дед  жестом  указал на распахнутую  кровать.

   Алексей  лежал  под  лавкой, не  шелохнувшись. Он  ясно  видел  лица бандитов, практически  в  упор, но  они  его  не  замечали. Чудеса! Он  же  у  них  прямо  на  виду  лежит!

-  Дед, ты  хоть и  старый, и  лесник, но  у  нас  есть  указание  обыскать дом…

-  Ищите, коль  вам  так надобно...

   Дед  со  вздохом уселся  на  ту  же  лавку, под  которой  лежал  капитан.  Бандиты  начали  обшаривать весь дом.  Перерыли  шкафы, заглянули  под кровать, под  печку, на  печку, вроде никого… Главарь  подступил  к деду, взял  его  за  ворот, легонько встряхнул:

-  Подпол  есть, погреб какой?

-  Есть, милок, вон  там  скоба.

   Бандиты  рванули скобу, -  из  подвала  пахнуло сыростью  и  холодом.  Один из  них  спустился  вниз, оглядел, высунулся:

-  Здесь  никого  нет…

- Дед, признавайся, ты  вытащил  капитана  с  заимки? Ты  же  знаешь, мы  всё  равно  найдём  его.

- Какого капитана, робятки?  Чего такого  говорите, не  понимаю… Я  здеся  уж  двадцать  лет, последнюю  неделю  хвораю, никуда  не выхожу, -  и дед зашёлся  тяжёлым  кашлем, да так натурально, что  бандиты смягчились.

 - Ладно, дед, не серчай… Мы  так, по ходу проверяем кое-что. Может, ты слыхал чего о нашем беглеце?

-  От кого  слыхать-то, парни?  Один  я  тут  и зимой, и летом. Никого  нетути  туточки, только  внучка  летом  приезжает  на  месячишко  -  грибочков  пособирать, да  отдохнуть  на природе.  Она  у  меня  в  первопрестольной  учится, на  врача… Большая умница, скажу вам. А  вон  и  фотка  ейная,  -  дед  указал  на  стенку.

   Он  явно  «косил»  под  эдакого лесного  дурачка. Но  умственное  развитие  нежданных  визитёров  не  позволяло  им  «раскусить» нехитрого  деда. Знали бы  они, что  этого  простоватого на  вид лесника  не  «возьмут»  даже  гипнотизёры с  магами  и  ясновидцами.  Большая  сила  стояла  за  ним!

   Бандиты  взглянули  туда -  и впрямь, на них  с  фотографии  смотрела  симпатичная молодая девушка  с длинной русой косой, в  руках  у неё  был  большой  белый  гриб. Она  улыбалась. Главарь  взял  фотку, перевернул.  Там   было  написано: «Дорогому  дедушке  от внучки  Оксаны  на  память! Август 1988 г.»

-  И впрямь  внучка.

-  А  то  как  же, без  внуков  никак  нельзя.

  Бандиты  сбились в  кучку, о  чём-то  пошептались, затем  главарь, положив  фото  на стол, обернулся  к  нему  и  внятно  произнёс:

-  Смотри, дед, если  соврал, найдём  тебя, и тебе  не поздоровится. Слишком важная  птица  этот  капитан  для нас. Поехали, парни…

  Взревел  мотор, и  «гости»  уехали  ни  с  чем.

  Дед  наблюдал  за ними  в  окошко, пока  те  не  скрылись  в  снежной  дымке.

- Выползай, капитан!  Уехали  они,  теперя  нескоро  приедут, ежели вообще  приедут. Небось, ещё  и милиция  скоро  нагрянет  с  КГБ-шкой. Для  них  тот  же  трюк  провернём…

   Ратников  выполз, с  трудом  забрался  на  кровать. Глаза  его  были расширены от удивления:

-  Дедушка, как  вам  это  удалось?  Почему  они  меня  не видели?

-  Ох, милок, всё  тебе  расскажи… Ладно, тебе  поведаю. Включил  я  технику «невидимки».

-  Это  как?  Что  за  техника  такая?

-  У вас  это  называется  гипнозом. А  у  нас, староверов, невидимкой  зовётся. Переместил я тебя  в  другое  измерение, потому  ты  и  стал  для  них  невидим. Они  тоже  не  знают всех Путей Всемогущего.

-   Понятно… Кого вы называете  Всемогущим?  Бога, что  ли?  -  спросил  Алексей, укрываясь  одеялом.

-  А  то  кого  же  ещё?  Его  самого, Родимого. Без Него  и травинка  не растёт, и вода  не течёт, всё  в  Мире  под его благостной  рукой  и  взором…

- Так  получается, вас  слушает  сам  Бог?!?  -  изумлённо  воскликнул  Ратников, забыв  о  боли  и привстав  на  кровати.

-  Лежи, лежи, милок, тебе  нужно  сил  набираться…  Попей-ка  моего отварчику, легче  станет. Глядишь, через  месяц-полтора  выхожу  тебя, будешь  как новенький. А  теперь  расскажи мне  по порядку, что  за  дела такие ты  натворил, что  за  тобой  бандиты  охотятся?  Мне можешь  поведать всё  без  утайки.

  И  Ратников  стал  рассказывать. О  блокноте, об отце, об  Ирине и её  брате, о  Завьялове, о  Кедраче, об  Алмазове.

  Дед  выслушал  его очень  внимательно  и  серьёзно, после чего изрёк:

-  Твой  Алмазов и есть  Кедрач. Я  это ясно увидел.  Жаль, что  непросто  будет его взять. Скользкий  он  и очень  опасный!

-  Так  я  и  думал, дедушка. Только  он  никакой  не  «мой», этот Алмазов… Уж  больно он  сильно  интересовался  блокнотом.

- Хорошо  вы  сделали, что  подменили  блокнот. Этому оружию нельзя  было вообще появляться на свет. И  в  КГБ  они  не  добьются  успеха  без настоящего  пароля. Тебе  нужно  стереть память  об  этом  пароле. Ты же  не  хочешь, чтобы  миллионы  людей  погибали  от  этого  страшного  оружия?

-  Не  хочу, дедушка. Но мой отец…

-  Что  твой  отец?  Он  уже  и так  поплатился  жизнью  за  своё  изобретение. А  в  КГБ тоже  может  завестись  крот, если  уже  не завёлся… Он-то  и  сдаст  с потрохами  все  схемы  сборки западным  спецслужбам, причём за  огромные  деньги. А  потом  это же  оружие  могут  повернуть  и  против нас, славян. Кстати, ваш  майор Завьялов  -  тоже  крот. Он  служит Кедрачу, то  бишь  Алмазову…

- Дедушка, я  об этом  догадывался. А  вы  подтвердили  мои  догадки. А  почему  вы  сказали, что против  ментов  и КГБ  провернём  тот  же  трюк?  Они всё-таки свои. Выручат  как-никак.

- Ты  уверен, милок? У  вас  в  прокуратуре  только  двое  достойны  уважения как  люди чести, - это  генерал  Матвеев да  старик-комендант. Кажется, Пахомыч  его зовут, так?

-  А его-то  вы  откуда  знаете?  - удивился  Алексей.

-  Были  давние  дела. На  одном  фронте  воевали, в  полковой  разведке, вот откуда знаю  я  про  Пахомыча. Ты  думаешь, живёт  себе  эдакий  лесник, ничего  не видит  и не  знает? Ошибаешься, милок! Я-то  похлеще  многих  знаю, да только  виду  не  показываю… А насчёт того, что  выручат, так  это  бабка  надвое сказала. Сегодня  выручат, а  завтра  сдадут, и  ты  знать  не  будешь  кто… Нельзя  тебе  сейчас  светиться, никак нельзя, пока  всю  эту  шайку  не выловят.  Да  и  вообще, путь  следака  - не  твой  РОК…

-  Что такое  РОК? Это  значит  что-то  роковое?  - не унимался  Алексей.

-  В следующий  раз, сынок. Тебе  надо  сил  набираться, а  ты  устроил  мне  тут  допрос с пристрастием… Я понимаю, что ты  пока  ещё  следак, потому что привык к допросам. Поспи  лучше  чуток, а лучше  столько, сколько  выдержишь. Сон дарует  силы.

И дед  вышел  во  двор  за  дровами.

   Засыпая, Алексей  отметил  про  себя, что  старик  назвал его «сынок». А  ведь  и впрямь, этот  дедушка  ему  стал  как  отец… «Взамен тебя, батя. Ты  уж  прости…» 

- Поиски (продолжение) -

 

   На  следующий  день  Стас  заявился  к  генералу  в  кабинет.

- Здравствуй, Степаныч!

- Здорово, Стас! Как дела?

- Да  вот, мои  агенты «нарыли»  интересный  фактик -  есть одна  таёжная  заимка  на  отшибе, так  вот  - три дня  назад  она  таинственным  образом  сгорела.  Сообщили об  этом местные  старожилы-охотники. Наши эксперты побывали там, тщательно  всё облазили, и вот что нашли  неподалёку от домика в снегу.

  С   этими  словами  Стас  достал из  кармана прозрачный  пакет, в  нём  лежало  что-то  безформенное  и  размокшее.

-  Что  это? - генерал  потянулся  к  пакету.

-  Это удостоверение. Неизвестно  на  чьё  имя.  Посмотрите  сами.

  Генерал  развернул  пакет, достал  содержимое. Размокшая от влаги картонка сохранила  только  неясные  расплывчатые  пятна, но  более или  менее  чётко  просматривались  следующие  буквы:

«…нецо.. ..дре… хайл…»

-  И  что  это  может  означать? Что за  гитлеризмы такие - «хайл»  какой-то?

-  Пока не знаю.  Хотя  кое-какие  догадки  у  меня  всё  же  есть, -  лицо  Стаса  сияло  торжеством.

-  Ты  чего  это  светисси, как голый зад  при Луне?

- Понимаешь, Степаныч… -  заговорщически  подмигнул  Стас тестю, -  накануне  исчезновения  Ратникова, а если  быть  точнее, за  неделю  до  этого, Алексей  позвонил  мне  и попросил  сделать ему  удостоверение  газеты. Оно  ему было нужно  для  какого-то  дела. В  тонкости  дела он  меня  не посвящал. Тайна следствия. Я  согласился  помочь. В  тот  же день  мои  орлы  скатались  в  издательство «Сибирских  новостей»  и сварганили  за  полчаса удостоверение  на  имя… -  и Стас победно  замолчал, изучая  реакцию  генерала.

- На чьё  имя, Стас?  Не  тяни кота  за  хвост, выкладывай  всё  как есть.

  Вместо ответа  Стас  взял  бумагу, ручку  и  вывел:

 «Кузнецов Андрей Михайлович».

  Генерал  изумлённо  присвистнул:

- Вот  тебе  и «…нецо… дре… хайл…»! Есть  основания  полагать, что  на  этой сгоревшей  заимке  был  Ратников.

-  Совершенно  верно! Но сгоревшего тела  так и не нашли! Ни останков, ни костей, ни  зубов. Ровным  счётом ничего! Но  удостоверение -  улика, страшная для бандитов, лежало  в  снегу  на  расстоянии  около 25 метров на север от заимки в сторону тайги.  Значит, капитана  кто-то  вытащил  с  этой  заимки? А  сожгли её  точно  бандиты!

-  С чего ты взял, что это  бандиты? Мало ли  кто мог  поджечь  какой-то домик? Ненормальных  хватает.

-  С чего взял, говорите? - и  Стас  выпрямился  над столом, -  ну, посудите  сами. Во-первых, бандиты  могли  выкрасть  Алексея с  целью  заполучить  ценнейший  блокнот?

- Ну, могли…

- Во-вторых, удостоверение  лежало  недалеко от заимки. Идём дальше. Логическая  цепь, которую  я  выстроил, скоро  завершится. В-третьих, домик  могли  сжечь  бандиты, чтобы  замести  все следы?

-  Могли… - генерал  заинтересованно  слушал  Стаса, -  а что  дальше? Это всё  догадки. Доказательств  нет  никаких.

  Стас  как-то  картинно  закатил  глаза  и торжественно  произнёс:

- Товарищ  генерал! В  пятнадцати метрах  от заимки  стоит  нетронутый  сарайчик-хибара, продуваемый  всеми  ветрами.  Его-то  как  раз  не  сожгли, наверное, в  спешке, или  забыли. Да  этот сарайчик размером два метра  на полтора, пни  ногой, он  и развалится. И  вот  в  этом сарайчике  наши  эксперты  под  старой  ветошью  нашли  топор.

-  И  что  из  этого? Не  тяни, Стас.

- А  то  из этого, Степаныч. На  лезвии топора  обнаружили  слабые  следы  крови. Отдали  на тщательную экспертизу. Оказалось, что кровь -  человеческая. И совсем  свежая. Следы  крови  показали, что  этим  топором  кого-то  убили  или  покалечили  три дня  назад. Как  раз  в  ночь, когда  исчез  Ратников. Вот вам  явный  бандитский  почерк…

  Генерал  в  ужасе отшатнулся:

- Ты  хочешь  сказать, что  Алексея  могли  убить?

-  Вполне  вероятно… Но  мне  почему-то  кажется, что  он  жив.  Не  знаю, почему, но  интуиция  меня  никогда  не  подводила…

- А  чья  же  тогда кровь?

- Вот  это  загадка, из  серии  мистицизма…

- Да-а, дела… -  генерал  шумно вздохнул, -  что дальше  собираетесь  делать?

- Искать  капитана.  Пока  не  знаю  как, но искать…  Есть одна мыслишка  - а что  если  нам  к  этому  делу  привлечь  ясновидящих, парапсихологов? Они-то  могут  профессионально  провести  поиск.

- Я  только «за», Стас, если  это  поможет  делу.  Действуй, тебе и карты  в руки. Надо найти  парня, живого  или  мёртвого, -  генерал, хоть  и  был  неверующим, но мысленно  перекрестился…

  Какая-то  назойливая мысль  вертелась  у  генерала  в  голове, и  он  никак  не мог  поймать её за  хвостик. Очень важная, существенная  мысль… И  вдруг  его озарило - он  вспомнил:

-  Постой, Стас! Ты  сказал, что  удостоверение  нашли на север  от  домика  в сторону  тайги?

-  Да, есть  такое  дело, именно на север.

-  Поглядим на карте, -  генерал  открыл  сейф, достал  оттуда  большой  рулон, раскатал  его на  столе.

- Это  подробная  топографическая  карта  Новосибирска  и пригорода. Покажи то место, где  была  заимка.

- Вот здесь, -  Стас  ткнул  пальцем  севернее  города, километрах  в  сорока.

- Та-ак...  Поглядим. Слушай, тут  рядом со сгоревшей заимкой  пролегает ниточкой какая-то малозаметная, но всё  же  дорога. Куда  она ведёт?

   Стас  пригляделся:

-  Точно, есть дорога. Куда  она ведёт, сейчас  выясним. Можно  позвонить в  Управление?

-  Звони.

Макаров  набрал  номер. Его связали с  картографом  довольно  быстро.

-  Женя, возьми топографическую карту Новосиба и области.

-  Она  у  меня  под рукой. Что нужно  выяснить?

-  Глянь-ка, - место, где  сгоревшая  заимка, знаешь?  Там  рядом  дорога. Куда  она  ведёт?

- Товарищ  майор, эта  дорога  тянется  далеко  в  тайгу, на  сто  километров. Там  лесоповал  и  лесные  хижины  охотников. Их  всего  пять. В трёх местах дорога раздваивается. От  второй  развилки  налево  дорога  приводит  к  домику  лесника. Таким  образом, от сгоревшей  заимки до лесника  вёрст сорок. Остальные  развилки  приводят  в  тупики, -  нежилой  район, -  сплошная  тайга. Видать, грибники  проложили.

-  Женя, узнай, пожалуйста, как  зовут  лесника?

   Генерал  оживился  и сделал  знак руками  в  виде  буквы «Х». Стас  зажал  трубку  рукой:

-  Что случилось, Степаныч?

-  Лесник, говоришь? Постой, Стас, его  хорошо  знает  наш комендант  - Пахомыч.

  Макаров  скороговоркой  проговорил  в  трубку:

-  Женя, отбой. Всё в порядке. Мы уже выяснили  его имя. На связи. Если что, перезвоню ещё раз. Пока.

  Генерал  набрал  номер:

-  Коменданта  ко мне, срочно!

   Явился по  вызову  вислоусый  старикан.

-  Здравия  желаю, товарищ  генерал!  - старикан вытянулся  в  струнку.

- Отставить  субординацию, Пахомыч! Мы  столько  лет знакомы, а  ты  всё по-старинке, -  товарищ  генерал, товарищ  генерал…  Тут  вот  какое  дело, комендант… Знаешь  ли  ты  лесника, который  живёт в  тайге  где-то в  этом  районе, -  и  Степаныч  показал  место  на карте.

  Пахомыч  подошёл  поближе, вытащил  очки, воззрился  на карту.

-  Кажется, я знаю, о ком  идёт  речь… Это, скорее  всего, Фёдор  Протасов. Ох, непростой  дед, ещё  на войне так здорово лечил людей отварами. Он хороший травник. И прекрасный  разведчик  был, заговорённый. Ни одна пуля его не брала! Целёхонек остался. А лесником  уже  лет двадцать  там  работает.

- Благодарю  тебя, Пахомыч. Ты  свободен.

  Комендант  ушёл.

- Стас, немедленно бери  людей  и поезжай  к  этому  леснику. Может, он  чего-то  знает. И моих  ребят возьми, пару  человек, для  подстраховки, на всякий  случай…

-  Понял, Степаныч. Сделаем.

 

 

…Через  час обе «Волги» уже  мчались  по  таёжным  дорогам.  Стас  взял  трёх  человек  из Управления  КГБ, трёх  из  прокуратуры, и двоих  спецназовцев из Управления МВД. Всего девять  человек, все при оружии.  Но  предусмотрительный  Стас  положил  в  багажник  машины  ещё  семь  «Калашей»  с  полными  магазинами. Мало ли что  может  случиться, сгодится огнестрел… Может, их  там подстерегает  засада? Кто знает? Дело-то  слишком  серьёзное, бандиты  шутить  не  любят.

…Старик  учуял  новых визитёров  за  три версты. Он вновь растормошил  спящего  Алексея  и  повелел ему опять залезть  под  лавку.

   Очень скоро машины  подкатили  к  домику  лесника.

   Макаров  постучал  в  дверь. Та  открылась, и  на  крыльцо, зевая, вышел  седобородый старик  в  длинном  полушубке. На  ногах  его  были  валенки.

-  Здравствуйте! Вы  Фёдор Иванович?

- Я, товарищи, -  дед  увидал  за  спиной  майора  ещё  человек  семь-восемь. Пятеро  из них  одеты по  форме, остальные  в  камуфляжной  одежде, с автоматами  наперевес, -  чем  могу  служить?

-  Вы  позволите  пройти  в  дом?  -  спросил  майор.

-  Проходите, проходите, -  и старик  распахнул дверь.

  Вошли  только  пятеро. Автоматчики остались  на  улице, повернувшись  спиной  к  домику  и  всматриваясь  в  тайгу цепкими  взглядами.

- Майор КГБ Макаров, -  представился  Стас, вынимая  красную книжечку, - расскажите нам, Фёдор  Иванович, что вы знаете о сгоревшей заимке  в сорока километрах отсюда?

- Дык  чего  знать-то, откуда, мил  человек? Отшельником  живу, вот уж  две недели как  хвораю. Не знаю я  о той  заимке  ничаво. У мине туточки своё хозяйство - десять гектар тайги, всё надо исходить, лосям соль  разложить, следить  за  порядком. Чтобы зря  лес не рубили, зверя не стреляли.

-  Мы  поняли, Фёдор  Иванович… А  фамилия  «Ратников»  или  «Кузнецов»  вам ничего  не говорит?

-  Первый  раз слышу… А чаво  случилось-то? -  тревожно  спросил  дед.

-  С  той заимки  исчез  наш  капитан  по  фамилии  Ратников, мы  его  ищем. Его, скорее  всего, выкрали  бандиты. Мы  его  ищем, он  нам  нужен.

  Сам  Ратников, лёжа  под лавкой, слышал  весь  разговор, близко  видел  и Макарова, и приехавших  с ним  офицеров, но  строго  помнил  наказ  деда: «…не шелохнувшись!» И во второй раз Алексей  убедился  в  необычайной  силе  дедушки -  никто  из  присутствующих  его  не видел, хотя  и  глядели на  лавку почти в упор!

   Тем временем  майор  продолжал:

-  Товарищ  лесник!  Уважаемый  Фёдор Иванович!  Вы  нас  простите, пожалуйста, за  вторжение. У  нас  нет ордера  на  обыск, но  в  целях  государственной безопасности  вы  позволите  нам поискать  немного  у вас?

-  Дак  чего  ж  нельзя?  Ищите, коль  надо…  Только  напрасно  всё  это - один я  тут.

  Майор  сделал  знак  рукой, и все  пятеро  разбрелись  по домику, заглядывая  во все закутки и потайные  места. Посмотрели они и  погреб под домиком. Отовсюду  доносились  возгласы: «Здесь чисто!», «Тут  чисто». Никого  не  обнаружив, через  десять  минут  вновь  собрались у  выхода.

-  Извините  нас  ещё  раз, Фёдор  Иванович!  Мы, пожалуй, поедем…  Выздоравливайте!

  Вся делегация  силовиков  удалилась  точно  так  же, как  и бандиты - несолоно  хлебавши…

  Ратников  вылез  из  открытого  «укрытия», -  дед  смешливыми  глазами  глядел  на него.

- Ну как, Алексей, теперь  видишь, как  всё  просто, -  люди смотрят, но  не видят. А почему? Потому что, если  им  дать все знания, все  рычаги управления  пространством, то  они  могут натворить  много  бед… А вот ежели  человек идёт  Путями  Всемогущего, то  и знания, и рычаги, и сознание  -  всё  дарует  Он  Сам  своим  любимцам!.. Вот так-то.

  

 

…Шёл  четвёртый  день  пребывания  Алексея  в  лесном  домике  ведуна.

   Алексею  становилось  значительно  легче. Хотя  и  кости, и тело  ещё  мучительно  ныли. Дед  кормил  его  мягкими  кашами  и  молоком. Ратникову  даже  не  хотелось вспоминать  о том, что  же  бандиты  сделали  своими  ударами  в  лицо  с его  зубами  и дёснами. Наконец, он  решил  рассказать  деду  свою  проблему.

  Протасов  мельком  посмотрел  ему  в рот, крякнул  и глубокомысленно изрёк:

-  Будем восстанавливать!

  После  всего  увиденного Ратников  уже  перестал  удивляться.  Он  уже  знал  и видел  своими  глазами, на   какие  вещи  способен  этот  необычный  лесник. Но  всё  же  решился  задать вопрос:

-  Как?

- Увидишь… На-ка  вот, попей  сего  отвару. Я  приду  через  полчаса, займёмся  твоими  зубами.

  Прошло полчаса. Явился  дед, сел рядом, возложил  руки  ему  на  лицо  и стал  что-то  тихо  бормотать  про  себя.

  Алексей  и  не заметил, как уснул.  И  снилось ему, что  из  фиолетово-небесной  дымки  появились  перед  ним  три светящихся  фигуры.  Лица  их сияли золотом, из  глаз, казалось, струились миллионы  лучей, образуя  целебный  пучок  света. Этот  пучок  осветил  его рот, распухший  язык, и  Алексей  почувствовал, как  боль стихает, сходит  на  нет. Затем  во  рту  начались  какие-то  процессы, которые  Алексей  не  понимал, -  звучал  хруст, какие-то стуки, мякоть  языка  вибрировала  в  такт, звучала  приятная хрустальная музыка, которую  он никогда  не  слышал…  Проснувшись  через  два  часа, он  увидал  над собой  бороду  старика. Тот  внимательно  смотрел  на  него:

- Ну как  тебе  мои  кураторы? Видел  их?

- Дедушка, мне  приснились  светящиеся  люди. И они  что-то  сделали  с  моими  зубами.

- Они, точно  они! Значит, твои  зубы  в порядке.  Накось, погляди  в зеркало.

   Открыв  рот, Алексей увидел  в  зеркале  его отражение.  Ровный, почти идеальный  ряд  целых  зубов, никакого  кровавого  крошева, никакой  боли!  Что за чудеса?!?.. До сих  пор  не веря  своим глазам, он  ещё  раз  взглянул  в  зеркало -  все  зубы  были  на месте, и не  болели! Он  повернулся  к деду:

- Но как это возможно, дедушка  Фёдор? Там же всё было разбито почти  в  хлам! Работы стоматологу на  месяц-два, чтобы  восстановить.

- Не  понимаешь ты  пока, Алексей, кто  к  тебе  явился  в сон… Придёт время, поймёшь. Очень скоро  придёт.

 

 

 

…Прошла  неделя  с момента  исчезновения  Алексея. Ни милиция, ни  КГБ, ни  бандиты, -  никто  из них  не продвинулся  даже на шаг  в  деле  поисков  капитана. Вдруг, в  одночасье,  он  сразу  понадобился  живой  и  здоровый  всем -  КГБ, милиции, прокуратуре, бандитам…Правда, последние  предпочитали видеть  его  на  том свете, но  Кедрач  приказал  найти  и  доставить  живого  Ратникова.  На  самом  деле, Кедрачу осталось  недолго  гулять на свободе, -  его  обложили так  плотно, что  даже  щёлочки  не оставалось, никакой  лазеечки  для  ухода.

  Ирина  нашла  Стаса Макарова. Они долго разговаривали у  него  в кабинете. В  какой-то момент, не выдержав, Ирина  вскочила  и  быстро  зашагала   взад-вперёд  по тёмно-зелёному  ковру с красными полосками  по краям.

- Вы  же  всесильный  КГБ!  -  она  бросала фразы, как  горячие  пирожки на стол, -  вы  же  можете  найти его!  Почему  до  сих  пор  никаких  результатов?

   Стас  отвечал:

-  Ирина, успокойтесь!  Мы  делаем  всё, что  можем.  В  этом непростом деле  заняты  около  50  человек  из  КГБ, и  практически  всё  РОВД  города.  Плюс  ГАИ.  Что  ещё  нужно?

-  Нужно  что-то  делать, искать  как-то... Нельзя  же  вот так  сидеть и ждать!

  В  кабинет зашла  секретарь  Макарова:

-  Станислав  Викторович!  Свежие  газеты  заказывали?

-  Да, заказывал… Положите  сюда. Благодарю, Мария  Николаевна!

  Стас  достал  из  пачки «Сибирские  новости».  Вся  передовица  была  занята  огромной  статьёй. Крупный  заголовок  гласил: «Таинственное  исчезновение  капитана».

-  Вот, гляди, Ирина… Наш  Алексей   всколыхнул  весь город. Почитай, что  пишут.

  Ирина взяла  у Стаса  из рук  газету, стала  жадно  читать.  Через  десять минут  бросила  её  на стол:

-  Ничего конкретного. Всё  хорошо  написано, а  как  человека  найти, -  об  этом ни слова!..

- Вот ещё статьи,  -  Стас  передал  девушке  ещё  три газеты, где  журналисты  на разный  манер  обсуждали  тему исчезновения. «Кому это  выгодно?» «Неужели  мафия?» «Загадочное исчезновение»  -  такого  рода  заголовки  притягивали  внимание  читателей, но, по сути,  в  этих  статьях  действительно  не  содержалось  никакой  точной  информации. Можно  было  сказать, что  статьи  эти  являлись  безполезными.

  Наконец, девушка предложила  подключить  к  этому  делу  москвичей. С помощью  своего  брата, разумеется. Стас  согласился. Только  уточнил:

-  Вы думаете, Ирина, что москвичи  более профессиональны, чем сибиряки? Так  это  спорный  вопрос…

В  этой  ситуации, мне кажется, самым  разумным  будет  включить в  поиск мистиков, шаманов, -  тех, кто видит.

- В  принципе, Стас, идея  неплохая! Можно  попробовать. У  вас  есть  такие  возможности?

- Есть-то есть, да  вот… -  замялся  всегда  решительный  Макаров.

- Что?! - Ирина  тревожно  взглянула  ему  в глаза.

- Дело в том, что  таких  людей  ещё  надо  быстро найти. А это займёт какое-то время. Через Москву найти  таковых будет  быстрее.

- Так  давайте  подключим  Москву, всё, что можем, кого  можем! -  запальчиво  воскликнула  девушка, умоляюще  складывая  руки  в  некое подобие  молитвенного  жеста, -  Мой  брат  Андрей  сделает  всё, что нужно -  у  него сильные  связи. У  меня  уже  неделю  сердце  не на  месте… Что  с ним, где  он?

- Успокойтесь, Ирина. Я полагаю, что  он  жив.

- Жив-то жив, но  до сих пор  не найден! – горячо воскликнула  девушка.

Немного  подумав, Стас  предложил:

-  Вот что. Идём  к  Зорину!

 Полковник у  себя в кабинете занимался  текущими  делами, -  перебирал  важные  бумаги, просматривал  документы… Раздался  звонок  селектора:

- Андрей  Фёдорович! К вам майор  Макаров  с  девушкой, - доложил  секретарь.

-  Проси.

  Стас  вошёл  в  кабинет. За  ним робко ступала Ирина. Она ещё ни разу  не  была  в кабинете  полковника  КГБ.

- Здравствуй! – Зорин  пожал  руку  Стасу, и  воззрился  на  девушку, -  с кем  имею  честь?

- Это Ирина Кочеткова, невеста  Ратникова, -  представил девушку  Стас.

-  Полковник  Зорин. Очень  приятно, Ирина, не знаю, как  вас по отчеству?

-  Можно  просто  Ирина, -  осмелела  девушка.

-  Что у  вас, ребятки? С чем пожаловали? -  полковник  жестом пригласил  их  присесть  за стол.

- У нас к вам, Андрей Фёдорович, серьёзное и срочное дело. Возможно  ли  найти через  московских  коллег пару  ясновидящих  или  парапсихологов?

- В  принципе, возможно. Для  каких  целей  вам они нужны?

- Необходимо найти  исчезнувшего  капитана  Ратникова…

- Да, я  уже слышал об этой  истории. Газеты  пестрят статьями на эту тему. Так что же, вы  хотите  привлечь  мистиков  к  этому  делу?

- Да, и чем скорее, тем лучше.

- Лады, Стас. Сейчас этот  вопрос  постараемся  решить.

  Зорин  снял  трубку:

- Москву  мне, срочно! …Алло, Москва? Соедините  меня  с  Александром  Николаевичем. Саша, здравствуй! Зорин из Новосиба. У меня сейчас коллеги  в  кабинете, им  срочно  нужны ясновидящие. Дело  не  терпит  отлагательства. Я  тебя  очень  прошу, помоги! Да, подожду…, -  полковник  повесил трубку.

-  Ну вот, вопрос  почти  решён. Сам зам.министра КГБ  занимается сейчас этой задачкой. В  течение  часа  перезвонит. А сейчас, за  чашкой  кофе, расскажите  мне  подробнее, что удалось  узнать?

  Они  пили превосходный растворимый кофе  «Pele», по случаю  подаренный  полковнику сослуживцами, только  приехавшими  из  Европы. Стас рассказал  Зорину  всё, что  знал. Тот  задумался:

- Да-а, дело  непростое… Как  в воду  канул  наш  капитан. Но ничего, я  думаю, что с помощью  ясновидящих  мы  найдём  его  быстро. Не  переживайте  вы  так  сильно, Ирина! Я  всё-таки  думаю, что  он пока  ещё  жив. У  тех, кто его похитил, планы  серьёзные, и  убирать  столь  ценного  человека, как  Алексей,  у  них  нет резона. Скорее  всего, они  пытаются выведать у него некую ценную информацию.

- Какую  информацию? – Ирина  подалась  вперёд, отложив  чашку  с  кофе  в сторону, -  он  что, шпион  какой-то, что ли?

- Нет, Ирина, он  не шпион. И даже  не работает  на нас.  Но перед самым  исчезновением  Алексей   принёс нам очень  ценный  документ. К  сожалению, это государственная  тайна, и разглашению  не  подлежит. Знайте  только, что ваш любимый  поступил  очень  правильно, по  чести.

- Я понимаю… - о чём-то думая, пробормотала  Ирина, -  значит, его могли  похитить  те, кто всерьёз  заинтересован  в  этой  информации?

- Совершенно  верно, -  правильно  мыслите, Ирина! -  Зорин  немного  наклонился  вперёд, - дело  в  том, что данная  информация  нами уже  изменена, и началась другая игра. Алексей  поневоле  оказался  втянутым  в неё. Уверен, скоро всё  разрешится  в лучшую  сторону.

  Зазвенел  телефон.

  Зорин  снял  трубку:

- Слушаю! Саша, ты? Не узнал… Богатым  будешь. Уже  богатый? Отлично! Что там  слышно?

  На  том  конце  провода  чей-то голос  долго  говорил, полковник  при этом  внимательно  слушал, что-то  записывая  на  листок  бумаги. Наконец, разговор  закончился.

-  Благодарю  тебя, Саша! Людей  встретим,  как полагается. Ты  нас  очень  выручил! Будь здоров!

- Ну вот, ребята, всё  хорошо. Завтра  прилетают  целых  три  мистика, -  двое ясновидящих  и  один  парапсихолог. С  ними  и поработаем. Стас, возьми  этот  листок, здесь  время  прилёта самолёта, номер рейса, имена  и фамилии  гостей  из  Москвы.  Встретишь  их  днём  в  аэропорту.

  Стас  взял  листочек, пробежал глазами:

- Будет исполнено, товарищ  полковник! Людей  встречу, определю  их на  жильё  и  довольствие. Всё  будет нормально, как  обычно.

-  Принимайся  за  работу, Стас! Генералу Матвееву большой  привет! А у меня нынче завал  с работой. Всего  доброго, ребятки! Стас, держи  меня  в курсе  всех  событий.

-  Есть  держать в курсе, товарищ  полковник! Разрешите  идти?

-  Идите.

   Стас с  Ириной  попрощались  с  Андреем  Фёдоровичем  и удалились…

 

 

… На следующий  день  Стас  вызвал  машину. Ровно  в  14.00  он  уже стоял  у  трапа  самолёта. В  40  метрах  от  взлётной  полосы  стояла  белая  «Волга»  -  служебный  автомобиль КГБ. Московская  делегация  в составе  четырёх  человек  спускалась  по  трапу. Впереди  шёл высокий человек  в  добротном  меховом  пальто, с острым, внимательным  взглядом, за ним  следовали  ещё  трое  -  одна  женщина  средних  лет  и  двое  мужчин. В  руках  каждого  из них находился  небольшой  саквояж. Натренированным  взглядом  Стас  сразу  выделил  их  из  толпы  пассажиров  ТУ-144. Впереди  идущий  также  был  «профи»  и буквально  сходу  вычислил  Стаса. Подойдя  к  нему, представился:

- Подполковник  Соловьёв,  Виктор  Андреевич! Вы  Стас  Макаров, верно? Со мной гости.

- Здравствуйте, подполковник! Я  майор Макаров, вы угадали. Идёмте к машине, по пути введу  вас  в курс  дела.

  Через  пять  минут  машина  уже  мчалась  по  трассе  в  направлении  города. Стас  вкратце  описал  гостям ситуацию с  Ратниковым. Гости  понимающе кивали головами, задавали  наводящие вопросы.

  По  приезде  в город  Стас  поселил  всех  четверых  в  одну  из  квартир, которую  местное  КГБ  держало  для  приёма важных  гостей. В ней  было  всё  необходимое  для  проживания, в  том  числе  и  битком  забитый  провиантом  холодильник.

   Ещё  через  десять  минут  в  дверь позвонили. На  пороге  стояла  Ирина.

-  Как  ты нас  нашла?  -  удивлённо  спросил  Стас.

- Я позвонила Зорину, и он  сообщил  мне  адрес. Думаю, что  моё  присутствие  просто  необходимо.

-  Заходи, коль пришла.

   Стас  пригласил  её  внутрь.

  Вскоре после  того, как гости освежились  в  душе, в  холле  началась  работа  по поиску  капитана. Женщина  по имени  Светлана  Николаевна была профессиональным  парапсихологом, двое  мужчин  являлись  достаточно  сильными  ясновидящими. Светлана  разложила  на  широком  столе  какие-то  большие  хрустальные шары, две рамки, зажгла  три  свечи. Мужчины  наблюдали  за  приготовлениями, -  им  нужно  было  скорее  приступать к  делу.  Со  стороны  Стаса  на столе  появились  фотографии Алексея и подробная топографическая  карта  области. На  ней  красным  крестиком  было обозначено  место, где  была  сожжена  таёжная  заимка.

  Все шестеро  уселись  за стол. Стас  представил  Ирину  гостям. Работа началась. Ясновидящие  сосредоточились, собрали  волю  в единый  луч  и настроились  на  образе Алексея.

-  Вот  здесь  исчез  капитан  Ратников, -  Стас  указал  на  крестик, -  нас  интересует  две вещи, -  жив  ли он  до сих пор, и  где  находится  на  данный  момент…

  Светлана  что-то  колдовала  над шарами, закрыв  глаза. Мужчины  сосредоточенно  вглядывались  в  черты  лица  Алексея  на  фото.

-  Вижу  лицо Алексея, -  заговорила  вдруг  Светлана, -  он  весь  избит  -  синяки, кровоподтёки. Но  живой. Рядом  с  ним  какое-то  тёмное, расплывчатое  пятно…

  Ирина  заплакала.   Стас  положил  ей  руку  на плечо, стал  успокаивать.

- Даю запрос в  пространство на местонахождение Ратникова Алексея… -  Светлана  открыла глаза, -  опять тёмное  пятно, непонятное, размытое. Кто-то  стоит над ним, но  этот  кто-то не опасен, судя  по  энергетике… Лица  не  разглядеть, -  сплошной  туман. Картинка  исчезла.  Чёрная  мгла…  Местонахождение  неизвестно. Точной  конкретики  нет, но  диаметр  действия высветился  на  секунду  -  200  километров. Он  где-то  в  области, только  пока  неизвестно  где. Кто-то  очень сильно  мешает…

-  Что у вас? -  Стас  обернулся  к  мужчинам.

   Те  сидели, не  шелохнувшись, сосредоточившись  на  образе.

- Видим  Ратникова. Он  живой, маска  смерти  отсутствует.  Помехи, сильные помехи… Пытаемся  пробить  это  противодействие. Вспышка  света… Кто-то  очень сильный  стоит  рядом  с  ним. Лица  не видно. Тайга. Помехи  усиливаются. Даём  запрос. Та-ак. Понятно. Где находится капитан, неизвестно.. Провал, темнота. Опять  тайга. Какая-то плотная  завеса  стоит. Он где-то  в  тайге, далеко отсюда, приблизительно  около 150-200 километров…

 Работа  закончилась. Гости расслабились, вздохнули, взглянули на девушку, на  Стаса.

- Ну  что  ж, ваши  совместные  действия  показывают, что  Ратников  пока  ещё  жив. Это главное! Но вот где  его  искать?  И кто стоит  рядом  с ним? -  Стас  внимательно  посмотрел  на  гостей.

-  Что  вы  видели?  -  включилась Ирина, -  это  очень важно!

- Понимаете, Ирочка… - начал  один  из  мужчин, ясновидящий.  Моя  30-летняя практика  показывает, что  нет  предела  совершенству. Мы с коллегой  раскапывали  почти «мёртвые»  дела, и всегда  было  ясно, кто  стоит рядом, где  происходит действие… Здесь  же, в  этой ситуации, совершенно непонятно, кто, где, чего? Такое  впечатление, что  некто  очень  сильный  и могущественный  перекрывает  нам  информацию  о  том, где  находится  капитан. А  заодно  перекрывает  информацию  и  о  себе.

- Кто  же  может  быть  таким  могущественным, таким  сильным? И в каком плане  сильный, физически  или как? -  не удержалась  Ирина.

- Знаете, дорогая, есть  такие  люди  в  сферах  мистики  и  эзотерики, по  сравнению  с которыми  мы  -  молокососы, детский  сад, -  заговорила Светлана  Николаевна, -  этот  кто-то, вероятнее  всего, к  таким  и принадлежит. Он  полностью  блокирует  наши  усилия, и  мои  коллеги  подтвердят, что я права. Он  совершенно  неприступен! Мне  кажется, он и поставил  нам  непроницаемый  заслон. Он силён  не  физически, а  духом  и  своими  способностями, может  многие  вещи  делать, -  такие, например, как  изменить  картинку, исчезнуть внезапно, появиться  где  угодно. Боюсь, что  мы  наткнулись  на  весьма  достойного  и  недосягаемого  конкурента… Не правда  ли, коллеги?  -  Светлана  испытующе  взглянула  на  ясновидящих.

-  Да, Светлана права.  Мы  тут  ничего  поделать не  сможем. Здесь, в  этой  ситуации, нужен  человек, кто  сильнее  его, кто сможет пробить  эту  оборону  и  засветить  местонахождение  капитана. Наши  возможности  в этом плане  ограничены. Нужен какой-то  очень сильный  маг, который  стоит  или  на  одном  уровне  с тем, кто перекрывает  нам  доступ, или  выше его.  У нас  сложилось  впечатление, что  сила  этого  неведомого  человека  грандиозна  и велика, как  у  Всемогущего  Бога!  Или  же ему  помогает  сам  Бог!  Одно  только известно, этот  человек  живёт  где-то  далеко в  тайге…

- Постойте!  -  включился  в разговор  Стас, -  тайга, говорите?  Таким  человеком  может  быть  простой  лесник?  -  он  вдруг, как бы по  наитию, вспомнил  домик  простоватого  седобородого лесника, и  его недавний  визит  к нему  с толпой  вооружённых  силовиков.

-  Он  может  быть  кем  угодно  в  миру, -  произнёс  один  из  мужчин, -  всё  дело в  том, что  этот  человек  владеет  такими  техниками, которые  нам  пока  ещё неведомы.

- А  что, если  мы  наведаемся  к этому  дедушке  вместе?  -  предложил  Стас, -  что-то  мне  подсказывает, что  Ратников скрывается  у  него.

-  Вы  там были? -  спросила  женщина-парапсихолог.

- Да, и  совсем  недавно… Весь  интерес состоит в  том, что  домик  лесника  находится  в  сорока  милях  от  сгоревшей  заимки…  И вполне вероятен  такой расклад, что  именно  лесник  его  каким-то  образом  прячет.  

- Интересно, интересно… -  задумчиво  произнёс  мужчина, -  он что, шаман  какой-то, или маг?

-  Неизвестно… Обычный  лесник. Ещё  он  хороший  травник. Лет  70  на вид.

-  Опишите  его  подробнее.

- Невысок, коренаст, длинная  седая  борода, глубоко  посаженные  глаза, густые  брови. Взгляд  открытый, простой. Поведение простоватое. Лесником работает лет двадцать. Зовут Фёдор Иванович.

- Неплохо. А  вы  знаете, этот  дедушка  вполне  мог  бы  владеть  подобными  техниками.  Далеко  его домик  отсюда?

-  Да  не  очень, -  около  80  километров.  Как раз  в  тайге  и стоит…

-  Мы  можем  поехать  к нему, и на  месте всё просмотреть?

-  Почему  бы  и нет?  -  Стас  оживился, встал, -  у  всех нас  один  интерес, найти Ратникова. Сейчас  же  и  поедем.

-  Я  с  вами, можно? -  спросила  Ирина.

-  Поезжай, нет вопросов, -  Стас  обернулся  к  подполковнику  Соловьёву, который  всё  время  молчал, наблюдая  за  действиями  ясновидящих, - Виктор  Андреевич, вы  также  поедете  с нами?

- Обязательно! Меня  приставили  к  гостям  с целью  обезпечить  их  безопасность.

-  У  вас  оружие  при себе?  -  спросил  Макаров.

-  А  как  же, всегда  здесь, -  и  Соловьёв  приоткрыл  полы  пиджака. Из-под неё  выглянула  тёмно-кожаная кобура.

- В  таком случае, собирайтесь.  Едем  сейчас  же. Я  вызову  ещё  одну  машину  с автоматчиками -  так, на  всякий  случай. Дело  слишком серьёзное...

- Пути Всемогущего (продолжение) -

 

   В  три часа  дня  дед  внезапно почувствовал чьё-то энерго-вторжение  и тут  же  принял  меры.  Кто-то  пытался  влезть в его дом, всё  увидеть, -  и его, и Алексея.  Дед  позволил  им  увидеть  только  Алексея  на пару  секунд. Себя  же  он  перекрыл, поставив  непроницаемый  заслон. После  чего  поблагодарил  Всевышнего  за помощь, поклонившись  ему  в  сознании  своём. Об  это вторжении  он решил  пока  не сообщать капитану, для  его  же спокойствия…

  Потом они  с Алексеем сидели  за  столом  и  пили чай. Вечерело, кукушка пропела пять  часов. Капитану стало  значительно легче  за  последнюю  неделю.  Боль вся  почти прошла, только ныли суставы, кровоподтёки  превратились  в  жёлтоватые  круги под глазами, синяки  сходили на  нет. Организм  постепенно  восстанавливался, хотя  и был  ещё  достаточно  слаб. Он  ещё  пока  с  большим трудом передвигался, но  всё  же  не  валялся  безпомощно  в  постели, а  вставал  и пытался  чем-то  помочь  деду. Тот пресекал  всякие  попытки  такой  помощи, мотивируя  тем, что Алексей  ещё  пока слишком  слаб, чтобы  помогать.

   Сейчас  они просто обедали  и  неторопливо  вели  беседу. За  окнами сыпал густой  снег. Сибирская тайга  была  особенно  прекрасна  в  такую пору.

-  Помните, дедушка, вы  обещали  мне  рассказать, что  такое  Рок? -  спросил  капитан.

-  Обещал. И  расскажу.

-  Когда?  Может, сейчас?

- Нет, милок… Не  сейчас. Для  того, чтобы  по-настоящему  понять, что такое  Рок, тебе  нужно  ещё  многое  узнать  о  таких  вещах, как  сознание, безсознание, о  ментальных  и казуальных  оболочках  тела, а уж  потом  приближаться  к  Року…

- А  что  такое  сознание? Вот  я  же  был  без  сознания, когда  получил  последний  удар  в  лицо от  бандита. И  как  это  -  быть  без сознания? Это  значит, что  сознание  покидает  на время  человека, или как?

- Не сознание покидает человека, а человек покидает сознание. Бывает, осознанно, бывает -  неосознанно. Последний  случай  связан  с  зомбированием  человека, когда  человек  делает  что-то  не по своей  воле, а  по воле  того, кто  его  запрограммировал  быть  зомби.

-  Откуда  вы  всё  знаете, дедушка? Вас  кто-то  учил?

-  Жизнь  учила… И  ещё  -  Он… -  дед  указал  пальцем  в потолок.

-  Вы  говорите - он. Это  -  Бог, или кто?

-  Старцы-хранители  называют  его -  Всемогущий. Вы  называете  его Богом. В  принципе  -  это  одно и то же, но разница  лишь  в  том, что  старцы  вкладывают  в  это  слово  глубочайший  и  благоговейный  смысл, почитая  Его  как  величайшего  Зодчего  всего Мироздания, как  величайшего Породителя  всего  живого! А  люди  вкладывают  свой, приземлённый  смысл. Частенько  далёкий  от  подлинного  смысла  великой  сути Всемогущего. Мало того, они, когда  произносят  слово «Бог», даже  не  подозревают, с какой  колоссальной  силой  они  взаимодействуют! Его Сила  безгранична, как сила миллиардов  океанов, как  сила  многих  мириадов  звёзд, космических  систем  и  всех  Вселенных.

-  А  разве Вселенная  не  одна?  -  удивлённо  воскликнул  Алексей.

   Старик  усмехнулся:

-  Их  великое  множество… Так  же, как  и пластов  сознания, так  же, как  и  людей, и  животных.

-  А что же  тогда  одно, -  Космос, что  ли?  Или  что-то  ещё? -  не унимался  капитан. Видно  было, что  затронутая тема  его  сильно  интересовала.

-  Едино  одно  только  Мироздание. Внутри  него  находится  множество  Космосов, внутри  Космосов  -  ещё  больше  Вселенных, а  внутри  Вселенных  огромное  количество  Галактик… И всё  это  находится  в  Сознании  Всемогущего, так же  как  и  у  всякого  из  нас…

-  Даже  так! -  изумлению  Алексею  можно  было  восхититься. Но  старик  спокойно  продолжал:

-  Вижу, у  тебя  есть  большая  тяга  к  познанию, к  настоящему  обучению. Но  без  твоего  согласия, без  разрешения  твоей  души  я  не имею права тебя обучать. Когда  ты  будешь готов,  тогда  и начнётся  подлинное  обучение, и случится  это  через  пять  лет.

- Как  это? -  не понял  капитан.

- А  так! -  дед  развеселился, -  ты  пока ещё  спишь  глубоким  сном.  Неосознанным, к тому  же. А  мои разговоры  с тобой  -  это  пока только  намёточные  мелочи, небольшие  штрихи, подготавливающие  твоё  сознание  к  восприятию  настоящей  Правды.

- Дедушка!  Я  хочу  многое  узнать! На самом  деле! Как  вы  вызвали  снег?  Почему  меня  не увидели  под лавкой, и  многое  другое.

-  Ты  согласен  провести  у  меня семь  лет?  -  в  упор  спросил  старик, -  тогда  ты  будешь  посвящён  в  первый  круг  знаний.

-  Семь лет?!?  -  переспросил  Алексей, -  это  же  очень  много!

- Ровно  столько  длится  первый  этап  обучения. Второй  этап  -  ещё  десять  лет. А  третий  -  завершающий, длится  ещё  шестнадцать  лет. Таким  образом, всего  процесс  обучения  займёт  33  года.  К  60-ти  годам  ты  можешь стать  просветлённым  человеком, ежели  согласишься. Жить  мне  ещё  долго, вот  и  буду  тебя  учить…

-  А  сколько  вам  ещё  жить?  -  спросил  Ратников.

- Понимаешь, сынок, я  могу  покинуть  этот  мир  в  любой  момент  сознательно, но  если  найдётся  хоть  один  ученик, то  могу  продлить  свою жизнь  на  сколько  угодно  лет.

-  Это разве  возможно? -  не  поверил  молодой  человек.

-  На  путях  Всемогущего  возможно  всё…

-  Не  знаю… 60  лет. Но  это  же  целая  жизнь!  А  как же  мои дела, семья, любимая? Всё  коту  под  хвост?

-  Вот  и  я  том  же, -  не  готов  ты  ещё  всё  отринуть  и погрузиться  в  мудрость. Скорее  всего, не  твой  это Рок  в  этой жизни. Но всё  же  кое-что  я  передам тебе, лишь  малую  часть  того, что способна  принять душа твоя.  А  через  пять  лет  ты  попадёшь  на  Алтай, к  моему  давнему  другу, -  старцу  Светозару, на  один год, и  получишь  множество  знаний. Но  их  всё  равно будет недостаточно  для  полного  просветления… А  по поводу  твоего  Рока, так  и  быть, поведаю  тебе  сегодня  же, в  чём  он  заключается, и каков  твой  личный  Рок  на самом деле. Но  для  начала  тебе  нужно  кое-что  узнать о сознании… Так  ты  даёшь  добро  на  частичное  обучение?  Смотри, вещи  затронуты  весьма  серьёзные, как  и  энергии… Как  только  ты  дашь  добро, так  я  и начну.  Запомни, никто  из  мастеров  или  старцев-волхвов  не  будет  обучать  кого-то  без  согласия  человека. Так  же  как  никто  не  имеет  права  вторгаться  в  оболочки, в  ауру  человека, в  его  путь  без  прямого  согласия  на то самого  человека.

- Я  согласен, дедушка, согласен!  -  горячо  воскликнул  Алексей, -  многое  хочется  узнать! Расскажите  мне пока о сознании, дедушка!

- Лады, птенчик!  Ты  только-только  вылупился  из  гнезда, и  думаешь, что  кое-что  знаешь. Но  ведай о том, что  познание  безконечно, и  можно  век  учиться, два, и  кое-каких  великих  результатов  достичь. А  можно  и век  учиться, и два, но  ничего из этого  познания  не вынести, так и оставшись слепцом… Хочешь  знать, что  такое  сознание?  Изволь. Ты  готов  слушать?

-  Да, дедушка, готов!  -  и  Ратников  с  горящим  взором  приготовился  слушать.  Ему  представлялось, что  он начнёт  узнавать  от старика  некие скрытые  тайны, и  душа его  ликовала! Он  действительно  чем-то  напоминал  едва  оперившегося  птенца, только что  выпорхнувшего  из гнезда.

-  Ну так, слушай!  Прежде всего, я  получил  твоё  согласие. Это  означает, что  твоя  душа дала  добро. Следующий  момент:  запомни,  до  этого  часа  я  не  давал  тебе никаких знаний, общаясь  с тобой на  твоём  языке  души.  И  третье, что  бы  ты  ни  услышал, знай, -  всё  это  -  от Всемогущего, ибо  только  Он  один  может  вразумить  человека  и  направить  на путь  Прави.

-  Что такое  Правь?  -  спросил  Алексей, весь  превратившись в  слух.

-  О  Прави  позже.... У  нас  ещё  будет  целых  полтора  месяца  на общение, и ты  многое  узнаешь. Скажу  пока  коротко  - Правь  -  это миры  Творца  Всемогущего, их  миллиарды! И все  они  находятся  внутри  его  великого  Осиянного  Тела.

-  Разве  Бог  имеет  тело?

-  Ещё  какое!  Ты  же  имеешь  тело, почему  у  Бога  Всемогущего не может  быть  его?  Как  думаешь?

-  Наверное, вы правы…-  капитан на  секунду задумался.

- Ты  хотел  узнать, что  такое  сознание?

-  Да, очень  хотел!

- Так вот, слушай. Сознание  -  это  первичная  структура  Мироздания, которая  была  создана  ещё  до появления  самого Творца. Сотворил  это  сознание, вернее, породил, один  из  величайших  демиургов  Творения, и  вложил  его  как  некую  суть, в  океан  Солярис. Ты  что-то  слышал  о  Солярисе?

- Да, слышал… Книгу  Станислава  Лемма  читал, фильм  видел. Там  ещё  Банионис  играет.

- Лемм  близко  подошёл  к  великой  тайне  Соляриса, но  не дошёл  до  сути, к  сожалению… Фильм  вообще  не  выдерживает  никакой критики, -  в  нём  много  жестоких  моментов, крови,  а  подлинная суть Соляриса  не высвечена  как следует. На  самом  деле  Океан  Солярис  окутывает  всё  Мироздание  неким  огромным  облаком, из  которого  всё  произрастает. Это  как  корень  всего  и вся. О  Солярисе  можно говорить  безконечно, но можно и попасть  в  него, быть с ним  единым, вот что  упустил Лемм! Сейчас  поговорим  о Сознании.

  Всякий  человек думает, что  он  имеет  сознание. Что  в  какой-то  мере  он  сознателен. Но  это  ложь, иллюзия  и самообман. Никто не  имеет  подлинного  сознания, кроме  гениев, пробуждённых  и  просветленных. Ибо  Со-Знание  содержит в себе  ЗНАНИЕ и человек  живёт  Со  ЗНАНИЕМ. А настоящее  знание - ведание, даруется  лишь  тем, кто одарён  и озарён  высшим  смыслом  Мироздания, то есть высшим веданием  средоточия  всего и вся. То  есть, гениям и просветлённым.  Так что  утверждать, что всякий  имеет  сознание, было  бы  ошибочно, правильнее  было бы  сказать, что всякий  не  имеет  такового, а  вместо  него  имеет  БЕЗСОЗНАНИЕ. А  ежели ещё  точнее -   всякий  находится  в  глубоком  сне, подобным  анабиозу, и пока  он  не  проснётся  духом  своим  по-настоящему, пока не  зажжёт свою  собственную  внутреннюю  звезду  знания, до тех  пор  он  не  может утверждать, что  у  него  есть сознание. Эта  высочайшая  осмысленная  связка  с Великим  Духом  познания  есть мост  между  обычным, спящим сознанием  человека, и сознанием  высшим, которым  является  сияющий  Правдой, Истиной, Любовью и Веданием Всемогущий Бог! Только  такая  связка  может  подарить  человеку настоящую радость бытия! Иного  пути нет. Иные  пути  -  всего  лишь  ловушки  ума  и обман. Заметь, я  сказал  -  ловушки  ума, но не разума. Разум  ловушек  не  ставит, - он направляет ум  человека в  нужное  русло.

  Кто-то  обольщается, что  может обойтись без Бога Всемогущего, но эта ошибка ему дорого  обходится.

  Всякий  видит  мир  таким, каким  хочет его видеть, или  каким привык… Или таким, каким  его  для  всех  изобразили  те, которые  не  имеют  ни малейшего  представления  о подлинной  реальности.  Шоры  закрывают  людям  настоящую  красоту  мира! И  эти шоры  многим  по  душе. Иного  они  и знать  не  хотят. Пространство  каждый  миг  им говорит: «Проснись, замечай  божественное  творение  в  каждом живом  существе, в  каждой  пылинке, в  каждом  листочке, в каждой  капельке  росы  и  дождя, в каждом  взгляде  животных, детей, женщин, стариков, мужчин…».  Вместо  этого  недоразвитый  ум, так  и не услышав  тончайшего гласа  Небес  в себе  самом, не видя  и не  слыша  главного, возвращается  к  своим  устоявшимся, закостенелым  шаблонам  поведения  и  бытия. К  своей  скрытой  агрессии, которая  выражается  в  принятии  законов  якобы  жестокого и  несправедливого  мира, который  нам пытаются  навязать  все  СМИ  мира. В принятии  его  законов, которые  на  95%  состоят  из  лжи и лицемерия. Настоящий  прекрасный  мир  скрыт  от  такого  человека  его  же  собственным  неведением  и невежеством, его  же  шорами, хотя  и  находится этот мир  рядом  постоянно  -  прямо  перед его глазами!

  Всякий  видит  себя  таким, каким  хочет  видеть  и  отказывается  от того, что показывает  ему пространство. Или просто  не видит…

  Главное  в сознании  то, что необходимо  помнить  -  оно  было  сотворено в  Солярисе до появления  Творца, напитано  величайшим  смыслом  Вечности, затем  передано  рождённому Творцу  как  суть, и  оно  стало  сутью  его. За  многие  эоны  Сотворения  эта  суть  обогащалась,  множилась, дробилась, и  со временем  превратилась  в свод  великих  знаний, которых многие люди  пока  не знают.  Всей  жизни  их  не хватит, чтобы  охватить  разумом  своим  всё  Величие  и всю грандиозную суть настоящего, Божественного  Сознания.  В нём находятся  абсолютно  все  знания  о  Сотворении, об  устройстве  Мироздания, обо  всех  энергиях, о  миллиардах  живых  космических  систем, о миллионах  Галактик, а  также  все  мысли, мечты  и  чаяния  всех  живых  существ  во  всех  Космосах. Если  переложить  всё  это  на  книги, и всё  напечатать, то  получится  стопка  книг высотой  в  150  миллионов километров! Причём, каждая  книга толщиной  в  десять  сантиметров. Переплёт  в  счёт  не  идёт, его  толщина  лишь  держит  цельность  книги…

   Ратников  ошарашено  слушал, для  него  всё  то, что рассказывал  дед, было из  разряда  запредельной  фантастики! Сам себя  он  почувствовал  маленьким несмышленым школяром, настолько  грандиозной  была  информация, поведанная лесным отшельником.

  Старец  замолчал, прислушавшись. Его лицо  вдруг  сделалось  суровым  и серьёзным.

-  Сюда едут  гости. Они  уже были  здесь.

-  Кто  же?  -  обезпокоился  Алексей.

- Давешний  майор  Макаров, с ним  едут  трое автоматчиков, одна  девица и ещё  четверо  людей, которые  весьма  серьёзно  настроены  найти тебя.  Они  уже  предприняли  в  три часа  дня попытки  вторгнуться  в  мои  владения, но  я  поставил  им  туман. Тебя  я показал  живым, но только  тебя  одного, на пару  мгновений, и дал  им  понять, что ты  в  безопасности. Сейчас они  едут  сюда, чтобы здесь, на  месте, попытаться  найти  тебя. Этого нельзя  допустить. Нельзя  тебе  сейчас в  мир,  плохо  будет  и тебе  и твоей Ирине. Кстати, девица, которая  с ними  едет, и есть   твоя  Ирина.

-  Ирочка  едет  сюда? -  удивлённо  воскликнул  Алексей. Как он  по ней  соскучился!

- Да, она  с ними. Уже  близко, километров  пять-шесть  по таёжной  дороге.  Учитывая  снегопад, и  сумерки, они будут  здесь  через  десять  минут.  Марш под лавку! -  скомандовал  дед, - они  думают, что  они ясновидящие, так  я  им  сейчас  покажу, кто тут видящий…

-  С ними  едут  ясновидцы?!?  -  ещё  больше  удивился  капитан.

-  Да, сынок. Ребята серьёзные, но  против меня -  слабаки! Вернее, не против  меня, а  против  Него! -  и дед  снова  многозначительно  поднял палец  вверх, - мне  нужно  срочно совершить  ритуал.  Есть  ещё  пара минут.  Полезай, куда  я  велел, и  лежи  там  тише  мыши!  Понял?

- Понял, дедушка!  -  произнёс  Ратников, залезая  под лавку. Он  сейчас  увидит  свою  Иришку!  Какое  счастье!

- Ни  о ком не думай. Смотреть смотри, и  молчи, что  бы  ты  ни  увидел, -  сурово  произнёс  дед, -  это  в  твоих  же  интересах.  Я  дал  слово  сберечь  тебя  для  твоего  Рока, и  я  сберегу!

  С  этими  словами  дед  как-то  странно  закружился  по комнате  по часовой  стрелке, замелькали  руки, ноги его  в  диком, первозданном  танце.  Со стороны  могло  показаться, что  дедушка  свихнулся, или  слишком много  выпил  хмельного вина. Наблюдая  этот  танец, Ратников  отметил  грациозность  движений  старца  и некую  непонятную  пружинистость  танца.  Кружась  в  этом  загадочном  танце, дед воздел  руки  вверх  и громко  выкрикнул:

- Боже  ле  Жийне! Боже  ле  Жийне! Боже  ле  Жийне! Всерадующий  Ти  Уйна!  Всерадующий  Ти Уйна! Всерадующий  Ти Уйна!  Поставь  заслон, Свароже-Боже, внук  Всемогущего, Силою своей могучей, закрой им  очи  на  Алексея.  Пусть  они  ничего  не  увидят, и ничего не почувствуют.  Перекрой  им на  момент  визита все их  магические  способности,  пусть они  увидят  простого одинокого лесника, и  пусть уедут  с миром! Да пребудет высшая  магия  твоя, Сварог  Небесный, Отец  наш  благий!  Ом-Ра-Слава!  Слава  Тебе, Всемогущий!  Слава  Тебе! Слава!  Я  сказал, правнук  твой Ярияр, запечатал  в небесах!  Да сбудется  по  слову  моему!  Ом-РА-Слава!

  Дед  резко  остановился, передохнул  маленько, накинул  полушубок  на  плечи:

-  Они  уже  рядом!

  И точно, на  дворе  явственно  зарокотали  моторы приближающихся  машин.

  Ещё  через  минуту  Алексей  услышал характерный стук захлопываемых  автомобильных  дверей. Ещё  немного, и  раздался  стук  в  дверь.

- Иду, иду... -  дед  засеменил  к выходу, натянув  на себя  маску  простоватого  лесника.

  Открылась  дверь, - на  пороге  стояли шесть человек.  За  их  спинами  видны  были  суровые  ребята  в  камуфляжной  форме, с автоматами  наперевес.  Они, как и в прошлый раз,  тут  же  повернулись лицом  к  машинам, цепкими  взглядами  фиксируя  всю  обстановку  в  окружающей  их  заснеженной тайге.

-  Здравствуйте, Фёдор  Иванович! Это  опять  я, Стас  Макаров. Со  мной гости. Хотели  бы  переговорить  с вами. Вы  позволите  войти?

- Заходите, дорогие  гости, заходите… -  дед  пропустил  делегацию вперёд.

  В  доме  было  тепло, печка  работала исправно. От  её  стенок  исходил приятный  жар.

-  Присаживайтесь, -  дед  пригласил  их  к  столу, -  чайку  желаете?

  Гости  расселись  по  стульям. Одна  только Иринка  с  интересом  походила  по  комнате  лесника, разглядывая  жилище.

-  У  нас  к вам  несколько  вопросов, Фёдор  Иванович, -  начал  Стас, -  на  сей  раз  без всяких  обысков.

  Приезжие  ясновидцы, разглядев  старца, как-то  съёжились, ушли  в себя, -  им  стало  как-то неудобно  и неуютно  в  его  доме.  Какая-то  невидимая, но справедливая и великая сила  приказала  им ни в коем случае не  вредить  этому  безобидному старику. Причём  сила  эта  проявилась  у каждого  из них  в  душе  в  виде  грозного  стража  порядка, с  сияющим  золотым  мечом  в  руках. Этот страж  просто  смотрел на них, выжидая, что  они скажут…

-  Я  слушаю вас, дорогие  мои, -  проворковал  старец, разливая по чашкам  душистый  чай  из сушёных лесных  трав, -  что  вы хотите  знать?

  Первой  решилась  заговорить  Светлана. Странно, но  язык  отказывался  задавать  деду  нужные  вопросы.  Он  как будто  не  слушался  её.  Пересилив  это  непонятное  состояние, она всё  же  задала  вполне  безхитростный вопрос:

-  Скажите, Фёдор  Иванович, вы  давно  здесь живёте?

- Давненько, милая, - произнёс дед, натянув  на себя чуть глуповатую  улыбочку, - уже  двадцать годочков  скоро  будет.

  Светлана  слыла  опытным  парапсихологом, но сейчас  она  почувствовала  некую неловкость  от их  нежданного  визита. Словно действительно какая-то  сила, -  мощная и недосягаемая, не  позволяла  ей  говорить  лишнее. Двое мужчин-ясновидцев при этом внимательно  и сосредоточенно слушали  их  разговор.

-  Мы приехали  в  поисках  капитана  Ратникова, -  наконец  выдавила  из себя  Светлана.

-  Не слышал  о  таком. Не  знаю, о  чём говорите, -  дед невинно  улыбнулся, присев  за  стол, -  разве  что намедни  вот  приезжал  майор, и  от него  я  и услышал  о  капитане. Никак найти  не  могёте? Чем  же  я могу  помочь вам?

- Да  в  общем-то ничем… Может, вы  что-то слышали, что-то видели, -  включился в  разговор один  из  ясновидящих  мужчин.  Нам  нужно найти  его.

-  Хвораю  я, милые, хвораю  вот  уже  две  недели.  Намеднись  вот полегчало. Травки пью, помогает.

-  Вы позволите, мы  проведём  здесь  свой  сеанс?

-  Отчего же  не позволить? Проводите. А  что  за  сеанс  такой?

-  Ясновидения, -  ответил  второй  мужчина, уставившись  внимательным  взором  на  деда.

  Он  пытался  «пробить»  оболочки  деда, но вдруг  как-то обмяк, сник, взор его затуманился.

-  Что  с вами?  -  тревожно  воскликнула  Светлана, вскакивая  на ноги.

-  Ничего… Туман какой-то  в глазах. Ничего  не понимаю, первый  раз  такое  со  мной.

-  А-а, милок, дык  это  работает  защита  моего домика!

-  Какая-такая  защита?  -  ясновидцы  разом устремили свои  взгляды  на  деда.

- Да  приезжал ко  мне  один хороший  шаман  лет пяток  назад, и  поставил  туточки  какую-то  свою защиту, и  сказал:  с  этого  дня  твой  дом будут  оберегать  очень  высокие  силы. И ещё  спросил, - дед, как  ты тут живёшь  один, беззащитный? Вокруг  тайга, мало ли какие  разбойники  забредут? Вот  и поставил. Не знаю, что  он  поставил, но, Бог  миловал, тьфу-тьфу, пяток  лет  уже  спокойно  и тихо  в  этих краях… В  том  числе  и  у  меня  в  доме.

-  Вы  в  Бога веруете?  -  неожиданно  спросила  Светлана.

Дед  был  готов  к  такому  вопросу:

-  Как  же  без него, милая?  Он  есть наша  лучшая  защита  и надежда. Конечно, верую!

-  А  в какого  Бога  вы  веруете?  Если не секрет, конечно?

- В какого?  В  Единого, конечно… Я  далёк от религии, но  знаю, что  Бог есть. Может, он  и бережёт  меня и дом от  разных  бед и напастей.

- Так вы и  молитесь  ему  как-то?  -  не  отступала  Светлана, прекрасно  понимая, что  перед ними  непростой  дедушка.

-  А как ему молиться?  Не знаю… Я  только  иногда  говорю  про  себя: «Боже, поможи!»  и всё  тут. Никаких  других  молитв  и  не  знаю. Не  учил  их, да  и зачем?  Бог прост, как эта кружка, -  и дед  отпил  из неё  пару  глоточков, - он  сердца  людей  насквозь  видит.  И  ежели  кто  пожелает  мне  зла, то  это  же  зло  к  нему  же  и вернётся… Есть люди, каковые  полагают, что могут  справиться без Бога, или  же  одолеть его великую силу. Они  в  заблуждении. Никакая  сила  с  ним  не  справится, разве  что равная.

-  Так вы  позволите  провести  сеанс?  -  продолжала  Светлана.

- Проводите, раз так  надо. Я  разрешаю,  -  дед  встал, отошёл  к печке, открыл  заслонку  и  поворошил  кочергой  дрова  внутри.

  Ясновидцы  сели поудобнее, Светлана  вытащила свои шары. Сеанс  начался.  Она  что-то  бормотала  про себя  вполголоса, задавала какие-то  вопросы  в пространство  домика лесника. Мужчины-ясновидцы  через пять  минут  побледнели, стушевались. Очень  скоро  все  трое  вынесли  свой  вердикт:

-  Нет  его здесь.  Одна  пустота.  Шары не врут. Голоса нам  сообщили, что  мы напрасно  теряем  здесь  время.  Пора  ехать обратно.

  Ратников, лёжа  под  лавкой, всё внимательно  наблюдал и  удивлялся  невероятной  силе  дедушки.  Перекрыть  информацию  о нём  трём  ясновидцам, -  это  надо  было  уметь!!!  Вместе  с тем  Алексей  с  наслаждением  наблюдал  за  Ириной, которая  присела  напротив него на другую  лавку. Она  не  хотела  мешать  гостям  проводить  сеанс, потому  держалась  поодаль. Как  ему  хотелось  выйти сейчас из укрытия, подойти к ней  и обнять! Но, помня  слова  старца, он еле  сдерживал  себя  от  такого  поступка.  «Ничего,  - думал  он, -  вот  оклемаюсь, уеду в  Москву,  и через  её  брата  вызову  её, и  мы  опять  будем вместе!» Таким  образом  утешая  себя, он  постепенно успокоился, и  услышав  о  том, что  его  здесь  нет, чуть не  прыснул  со смеху.

  Стас, оценив  ситуацию, встал:

-  Ну  что  ж, Фёдор  Иванович!  Простите  за  вторжение, за  то, что  побезпокоили вас.  Думаю, больше  уже  не  приедем.  Всё  ясно  и так.  Будем отчаливать.

  На  том  гости собрались, попрощались  с  лесником  и  вышли на крыльцо. Через  пять  минут  машины  зашуршали  по  лесной  дороге…

-  Вылезай, предмет поисков КГБ!  -  весело  повелел  дед,  закрывая  дверь  на тяжёлый засов, -  ну  и шороху  ты  наделал, -  целых три визита, да  ещё  и  с автоматчиками.

  Ратников  выполз  из-под  лавки.  Сел за  стол.

-  Теперь  ты  понял, милок,  силу  Всемогущего?...

 

  

На  обратном пути, уже  в машине,  Светлана  Николаевна  обратилась  к Стасу:

- Вы знаете, Станислав Викторович, этот дедушка  весьма  непрост… Вы  как-то сказали, что он  хороший  травник. Вы  проверяли  его полностью, -  биографию, где  работал, с кем контактировал?

- Да  уж, проверяли… Года  рождения  он  1917 - ровесник  Революции. Воевал  в  разведке, прошёл  до  Берлина. Ни одной  царапины  не получил, хотя  вокруг  летали  пули, разрывались  мины, снаряды, гранаты. Вся его рота  полегла в  бою  смертью  храбрых. Дослужился до лейтенанта. На фронте  лечил людей  травами. После войны  след его затерялся  на  добрых  пятнадцать лет… Неведомо  никому, где  он  был. В  1960 году  объявился  на Алтае, жил  там у  одного  целителя, тоже  травника, около  10  лет. С  1970  года  по  нынешний год  работает  лесником  в  областном  лесничестве.

- Как же  так? -  спросила  Светлана, -  неужели  КГБ  не  может выяснить, где  был  этот  дедушка  целых  15  лет?

- Ой, дорогая Светлана  Николаевна, в  те годы  люди  пропадали  на  десятки лет. И ни слуху  ни духу  о них  не  было  слышно. Война, разруха, многие  раненые  были, поразбредались  кто куда, меняли  документы  и т.д. Невозможно  было  отследить  перемещения  фронтовиков, да  и  гражданских  тоже. Таких  случаев  исчезновения  людей  было  зафиксировано в  архивах  несколько  десятков тысяч.

-  Мне кажется, что  эти  15  лет его  отсутствия  достаточно  важны  были бы  для  нас  сейчас. Они могли  бы  пролить  свет  на  многие вещи. Вы слышали, он  сказал: «Есть люди, каковые  полагают, что могут  справиться без Бога, или  же  одолеть его великую силу. Они  в  заблуждении. Никакая  сила  с ним не справится, разве  что равная».

- Ну  и что из  этого  следует?  Что  в  этих  словах  такого  необычного?

- Не  обессудьте, товарищ майор, но  всем  нам понятен  смысл  сказанного… Просто  вы  не  так сильно  подкованы  в  вопросах  духа  и  мистики.

-  Разъясните, может, пойму…

-  Дело  в том, Станислав  Викторович, что  подобную  фразу  мог  сказать  только  посвящённый. Или  волхв, или  шаман, или  мистик, но уж никак  не обычный лесник! Он  тонко  дал  понять нам: «Не суйтесь, ребята, здесь  есть  сила  посильнее вашей!» Так  что, дедушка  вовсе  не  так  прост, каким  себя  представляет. И  предупреждение  его  мы  поняли правильно. Дед  весьма  силён, и вовсе не  хворает, это  видно  было по его глазам.

-  Может  быть, вы  и правы, Светлана  Николаевна.

- Я  всё-таки  склонна  думать, что  этот  хитрый  дедушка  поставил  для всех нас некий  тайный, нам неведомый  энергозаслон, чтобы мы ничего не  увидели  у  него  в доме. Скорее  всего, с помощью гипноза  или  с помощью  высоких  духовных  техник. А сам капитан  мог  сидеть, невидимый  для нас, напротив  на лавке  и всё  наблюдать и слышать… У  меня  есть  серьёзные основания  полагать, что  Ратникова  именно  он  и прячет! Только  не  хочет, чтобы  его  кто-то  нашёл.  Оберегает, так сказать, от лишних  глаз.

  Ирина  слышала  весь  разговор, вся  напряглась, выбрала  подходящий  момент  и, глядя  на Светлану, спросила:

- Но  зачем  ему  это?  Ведь  мы же  свои! Забрали  бы  его  от дедушки, защитили. Я  там  была  вместе с вами,  и  никого  не  видела, кроме  дедушки…

-  Не забывайте, милая, что дело  завязано  на  бандитах, поэтому  дед  и  взялся  обезпечить  безопасность  капитана  своими  силами. Не сомневаюсь  в  том, что  накануне  лесника  посетили  и сами  бандиты. По логике вещей, они должны  искать его…

-  Что же делать  дальше?  Как быть?  -  Ирина  опечаленно  опустила  голову, -  мне  всё-таки  кажется, что Алексей  где-то  спрятан  у  этого  загадочного  дедушки. Но ведь никто  не нашёл  его! Загадка  какая-то…

- Ничего не делать. Оставить  всё, как есть. Ждать.  Само  должно  всё  разрешиться, без  нашего  вмешательства, -  вынесла  свой  окончательный  вердикт Светлана  и  умолкла.

  Наступила тишина. Каждый думал  о своём. Колёса  «Волги»  мягко  шуршали  за  окном, снег прекратился, и  они  ехали  теперь  как  будто  по  бело-сахарной  пустыне, лишь  дорога  впереди  расстилалась  перед ними  широкой  серой  полосой. 

 В  этот  же  вечер  Стас отвёз  ясновидцев  в  аэропорт, посадил  их  на самолёт.

 Сам  же  вернулся  к себе  в Управление, и углубился в  текущие  бумаги…

-  Рок. Манифестация Величия. -

   

   Ровно  сутки  Ратников  отдыхал. Все эти  визиты  немного  потревожили  его, но  дед  успокоил  его:

-  Не  боись, сынок, прорвёмси! Не так  страшен  чёрт, как  его малюют…

  Выздоровление  капитана  шло полным  ходом.  Прошло  ещё  пять  дней.  Ратников  уже  вставал  с кровати  без  боли, мог  тихонько  передвигаться  на ногах, -  ещё чувствовалась  слабость  во всём теле.

В  один из вечеров  старик  позвал  его за стол  на  разговор:

- Ты, небось, думаешь, Лёша, что  дед  какой-то  странный, не  от мира  сего. Чудеса  разные  творит, людям глаза  закрывает, снегом  управляет… Так вот, скажу  тебе, ничего странного  в  этом нет. Просто  всему  этому  предшествовало  долгое  обучение.

-  И  сколько  же?  -  спросил  Алексей.

-  А  ты  как думаешь?

- Не знаю, дедушка. Может, десять лет, может, двадцать.  Но  вас  же  кто-то  обучил всем  этим  премудростям! Расскажите  мне о себе, прошу вас! Сколько вам лет, где  вы родились, чем занимались?

- Ты  хочешь подробно?  Хочешь узнать  мой  путь?

-  Да, очень  хочу!

- Лады, сынок. Так  и быть, тебе  расскажу. Ты  открыт душой  и безхитростный. Но  только  дай  мне  слово, что не  будешь ничему  удивляться. И ещё, -  всё, что ты  услышишь  от меня  в  этих  стенах, должно остаться  у  тебя  в голове, как  память. Никто не должен  знать  о нашем сегодняшнем  разговоре, ни одна живая  душа. Даёшь  слово?

-  Даю, дедушка,  никто не  узнает  об  этом! – горячо воскликнул  Ратников. Глаза его заблестели.

-  Узнают, узнают!  Когда я  уйду  в   Небеса, через  15  лет  после этого ты  можешь  написать об  этом книгу. Назови  её, как хочешь. «Дед-волшебник», к примеру,  или  «Старец  и  следак». Но  лучше всего  будет назвать её  «Пути  Всемогущего» или  «Сибирское  похищение».

-  Но  я  же  не умею  писать  книги!  -  изумлённо  воскликнул  спасённый.

-  Умеешь, умеешь, просто  сам ещё  об  этом  не знаешь. Тебя   научат  люди, которые  уже  пишут, и  хорошо  пишут, талантливо. Ты  уже начал  писать и стихи, и песни. Верно?

-  Да, уже пишу  кое-что  пару лет…

-  Ну  вот, видишь, и  книги  научишься  писать. Я  это ясно  вижу. Это как раз  касается  твоего  Рока.

-  Вы  обещали мне  рассказать, что такое  Рок…

- Да, время  приспело. Ну  так  слушай, -  Рок -  это  сугубо личностный  путь каждого человека, предначертанный  свыше. Корни  Рока лежат  в  Солярисе, ствол  -  в  Боге  Всемогущем, а  листочки  и плоды, которых  великое  множество, это  и  есть  жизненные  пути  людей. Рок  -  это  не просто  путь, это  стезя, предназначение, которое  не каждый  может  вычислить  для  себя.  Иной  полжизни тратит  на  то, чтобы  познать  свой  Рок, а есть люди, которые  так  и умирают, не  узнав  своего Рока. Вообще-то, честно  говоря, если  бы  ты знал и  увидел настоящий  облик  Рока, записанный  в  образе  Творца  некими  величественными  скрижалями, ты  бы упал в обморок, мог потерять  сознание  от  этого  видения, если  тебя  как следует  не  подготовить.

-  Дедушка, а  разве  Рок  можно  увидеть? Как это?

- Можно, милый… Ещё  как  можно! Это  как вспышка Света, великого, первозданного  Света!  Величие  Рока  настолько  грандиозно, что мозг обычного  человека может лопнуть от  перегрузки  чувств  при  созерцании  картин  Рока.  Сердце  может также не  выдержать.

-  А  как  его увидеть? Можете  мне  показать  это  Величие, дедушка?

- Думаю, что  смогу. Но  предварительно тебя  нужно  подготовить, поставить зеркальную  защиту. Только  тогда  ты  узреешь Рок…

-  И  как  скоро это свершится?  -  нетерпеливо  спросил  капитан.

-  Да  хоть сейчас. Ты  уже горишь желанием  увидеть  пути Рока, я  это  вижу. Твоя  душа  просто  жаждет знаний.  Посему, спрашиваю тебя, - готов ли  ты  разумом  своим, сердцем и духом своим, душою  своею  вечной  увидеть то, что  мало  кому  удаётся?.. Ежели готов, то  просто ответь: Да, готов!

-  Я  готов,  дедушка! Уверен, что  справлюсь  с  этим.

-  Ну, раз ты  готов, то  прежде всего  запомни, -  во время  открытия  твоему взору  путей  Рока  у  тебя  могут  пойти  обильным  потоком  слёзы, сердце начнёт  учащённо  биться, почти выпрыгивать  из  груди от переизбытка  чувств. Ты  соприкоснёшься  с наивысшими  энергиями, поэтому, чтобы  тебя  обезопасить,  я  сейчас  поставлю над  тобой  высшую зеркальную  защиту.

  Дед встал, возложил  руки  Алексею  на макушку  головы  и кое-что  медленно  произнёс.  Длилось  это  недолго, около минуты. Но  за  это время  Ратников  почувствовал, как над  головой  у  него  вырос  некий  незримый защитный  шлем, предохраняющий от воздействия  сильных  энергий. Впечатление было такое, будто  голова  находится  за  неким  толстым  стеклом, которое не  пропускает  неведомые  лучи.

-  Но видеть ты  всё  будешь, и слышать  также… Приготовились! Манифестация началась!

  В  этот  миг  лицо  старца  просияло  ослепительным  блеском, стало  увеличиваться  в  размерах, излучая  золотой  свет. Ещё  через  мгновение  его лицо  заняло  всё пространство  комнаты, интенсивно  испуская  лучи  такого  блаженства, которое ни с чем  нельзя  было сравнить, разве что с потрясающим  любовным экстазом! Ратников при этом во все глаза смотрел на происходящее, и вдруг  началось  нечто  невообразимое, -  лицо старца  развернулось  веером  по всей  комнате неким радужным  серпантином, и  в  каждом изгибе  этого  веера  стали явственно видны  Галактики,  миллионы лиц  разных  людей, которые  быстро  сменяли  друг  друга, со  скоростью  киноплёнки.  Мелькание  этих  образов, лиц, глаз, губ  и ушей  достигло апогея, когда  за  минуту  перед  изумлённым  взором  Алексея  промелькнуло  около  тысячи  различных  образов, -  людей, животных, звёзд и растений.  Внезапно  всё  это свернулось  в  какую-то  грандиозно-фиолетовую  трубу, в которой  мириады  звёзд  замелькали  с  той  же  частотой. Возле  каждой  звезды  в полный  рост стоял  сияющий  Бог  в таком ослепительном сиянии, что  Алексей  поневоле  зажмурил  глаза. Но, о  Великое  Чудо! Внутри него, при закрытых  глазах, манифестация  продолжалась, разворачиваясь  в  огромное, во весь  Космос, представление  Величия  Мироздания. Миллионы  и миллионы  ликов  прекрасных  и  восхитительных  заполнили  всё  внутреннее  пространство  Алексея, постоянно  сменяя  друг  друга с головокружительной  скоростью. Накал  энергии  возрос до предела, волшебная, потрясающая  музыка  вошла  прямо  в  сердце его, которое действительно  стало  биться  гораздо чаще, чем  билось  до сих пор. Ратников  от  потрясения  не  мог  вымолвить  и слова, -  его внутренний  взор показывал  ему  подлинное  Величие Творца!!! Миллиарды  путей  в виде  лучей  вели  из  центра  сияющего  лика  старика  вокруг, причём  в каждом таком  луче Алексей  увидел мгновенно  многие  жизни  миллиардов  существ  невиданных  и  непознаваемых, в том числе земных людей. Слёзы  от созерцания  такого  великого  Счастья  брызнули  дождём из его  глаз, и Алексей, никого  не стесняясь, зарыдал  навзрыд, плача  и смеясь  одновременно, -  такого колоссального  зрелища  он нигде никогда ещё не видел!!! Волшебство, сплошное  величайшее волшебство окутывало  всё  его естество, необъятная, бьющая  через край Радость  широким, сладостным потоком  полилась  в его душу, заполняя  все  его потайные  уголки  сплошным  золотым  светом  первозданной  Любви  и  Восторга! Эта  неземная, восхитительная  Радость  вдруг  превратилась  в  один-единственный  ЛИК  такого  существа, такой  невиданной  красоты, что  Алексей пал  на  колени  перед  этим  великим  Существом, повторяя: «Боже  Великий! Пощади, пощади  мою  душу! Я  счастлив, Боже, ты  слишком  велик  для  меня!!!» Далее  следовало  его  безсвязное  бормотание, и вдруг  Алексей  впал  в  настоящий  экстаз  Духа, -  всё  тело его  завибрировало, затряслось  от  прилива  Великого  Счастья  бытия, он  как бы  любил  одновременно  своим  естеством  всех  женщин  мира, при  этом  видя  перед  собой  несказанный  ЛИК  Всемогущего!  Его красота  не поддавалась  никакому  земному  описанию, -  это  был  симбиоз  женщины  и мужчины  таких совершенных  форм, такого изящества  и  неги, такой  Великой  тайны  и Любви, что  Алексей  не выдержал, - новый  горячий  поток  слёз  полился  из его глаз, неконтролируемый  и спонтанный…

 Он  оказался  внутри ослепительного, всеохватывающего, всепоглощающего Счастья! Оно кипело  бурлящей великой Радостью  высочайшего экстаза внутри  него… Тотальность  этого  ощущения  вошла  в каждую его частичку, в каждую клетку, в каждый  атом! В конце концов,  мозг его взорвался сверхновой  вспышкой, ослепив  остатки  сознания, и  разом всё  потухло…

…Очнулся  он  в кровати, обезсиленный, но наполненный  неведомым счастьем  до краёв.  Восторг  от  увиденного  читался в  его  глазах. Старец  склонился  над  ним  в своём  обычном  облике, поправляя  подушку. Он  что-то тихо  нашёптывал  над ним, и сознание  Алексея  постепенно  возвращалось  в своё  обычное  русло.

-  Что  это  было?!?  -  слабо  пролепетал следак, всё  ещё  не  до  конца  веря  в происходящее. В  какой-то  миг  ему показалось, что над  ним  склонился  сам  Бог, и сам Бог  ухаживал  за  ним, как  за  младенцем.

-  Всё  хорошо, Лёша, всё  хорошо. Я  успел  тебя  выдрать из  лап  смерти  от  перегруза, когда твой  мозг  готов  был  лопнуть. За  несколько  секунд  до этого  я  прекратил  манифестацию  и  включил  спокойствие, перегородив  дорогу косорукой. Ты вовремя  вышел  из  экстаза, иначе  сейчас  был бы  уже  мёртв…

-  Что я  видел, кого мне  показали? Это  было  что-то  величественное  и грандиозное!

-  Ты  видел  Величие  Всемогущего, пути его Рока  в  ускоренном виде… Твоя  душа  справилась  с этим видением, выдержала, слава  Богам! Да и я не  дремал.

-  Но  что  же  это выходит? Вы  и есть сам БОГ???

-  Нет, милок, я  просто разрешил  Ему  ненадолго войти  в  меня  и показать  своё  Величие. Я  сидел напротив  тебя, такой  же, как всегда, а  ОН  в  это время  действовал через  меня  и через  твои сенсорные  каналы, прочищая  тебе  же  путь для  познания Его  Величия. Вот и всё… Ничего  такого  волшебного из того, что  тебе показали, не происходило, вся  Манифестация  пронеслась  у  тебя  в  мозгу, как  некий  вселенско-космический  вихрь. Весь  Космос  дублируется  внутри  человека, ибо все  мы  -  отражение  ЕГО… А  сейчас  отдохни  маненько…

  Старик  отошёл  от  кровати. Алексей  мгновенно  уснул, набираясь сил.

 

* * *

  Вечером, за  ужином, старец  открыл  ему  настоящий его Рок:

- Твоя  подлинная стезя, Алексей, чтобы ты  знал, - творчество  во славу Всемогущего! Любое  творчество - писать  стихи, песни, книги, снимать фильмы, писать  картины… Только  помни, что  в  твоём  творчестве  должно  быть  место  и  для  Бога. Без  его  присутствия  все  произведения  мира, даже, казалось  бы, великие, не  стоят  и ломаного  гроша. Великий  Бах  посвящал  свои  мессы  Творцу, -  пусть  даже  в  образе  Христа, но  посвящал. Он  экстраполировал  свой  собственный  образ  Бога  в пространство, независимо  от  попов и религии. Это  был  его  образ, ничей  другой. Поэтому  его музыка  трогает  сердца  людей  до сих  пор, -  в ней  присутствует Высший смысл! Великий  Микеланджело  также  отражал  в своих  картинах  свои образы  Творца, великие  учёные  и  философы  древности  только  о  Боге  и говорили, и писали, -  Аристотель  и  Сократ, Пифагор  и  Сенека, Платон  и Диоген. Великие  мыслители  посвящали  свою  жизнь  одному  только  Богу, и  потому  стали  знаменитыми. Великие  учёные - Коперник, Галилей, Бруно, Ломоносов, и  множество  других  также  много  писали  о грандиозной  силе Творца. Тех, кто славит  Его  безкорыстно, любя, Он  возвеличивает, делает  известными на весь  мир через  свои  Пути, - именно  потому они  так и называются  -  Пути  Всемогущего. Каждому  определяется  свой  личностный  Путь, за которым стоит  Его Величайшая Воля! Она мудра и совершенна, потому  и говаривали  славяне  в древности – «Бог  поругаем не  бывает!» Тот, кто  Его  ругает, поносит и ненавидит, остаётся  в своём  неведении  и  заблуждении  всю жизнь, пока не  прозреет. Таких Творец не трогает, предоставляя  каждому  свободу  выбора. Его терпение  безгранично, его  Любовь  не  имеет  границ, -  она  всеобъемлюща! Без  Него  и  быть  ничего  не  может. Он  есть  всё -  Пространство, Время, Огонь  Духа, Жизни  мириадов  существ, Материя, посредством которой  Он себя  проявляет. Здесь  необходима  существенная  добавка: ведай и помни, Алексей, что наши мысли  улавливают  высшие хранители  Звёздной  Метрополии  и Галактики, вершители  судеб  -  Боги  Небесные,  и даже простые  ловцы  мыслей, которых великое  множество в миллионах  внеземных  цивилизаций! Помни  о главном, - кто  запустит  недобрую  мысль, тот  и будет в  ответе  за  неё перед Небесами, людьми  и  Богами. Иного пути нет! Необходимо знать главное -  мы  все связаны  одной  Божественной  нитью  как единый  Род  Творца.

  За  многими  разумными  и слаборазвитыми  цивилизациями  наблюдают  космические  эмиссары  посредством  высочайших  технологий. Всё  записывается  на  определённые  носители  информации, как на микросхемы, как  на жидкие кристаллы. В  нашем  земном  поле  с  этой задачей  прекрасно справляются  Хроники  Акаши. Многие наверняка  слышали  о них.

   Системы  наблюдения  существуют  не с целью  тотального  контроля  за  всеми, как  ошибочно полагают  многие  люди, а  с целью  мудрой  корректировки  будущих  жизней  каждого. Учитывая  опыт  одной  жизни, второй, третьей, десятой, сотой, возможно  для  каждой  души  приготовить  наилучший  вариант  эволюции  в  будущем. Никто  из наблюдателей  не имеет  права  вмешиваться  и не вмешивается  в  чью-то судьбу, жизнь, предоставляя  людям  свободу  выбора  -  закон, данный Творцом.

  Нам  нечего бояться  или переживать  по  этому  поводу. Всё  в  мире  согласовано  с  Волей  Всемогущего Творца, ибо  Он  реально  живёт  в каждом  живом  создании  как вечная  субстанция. И  уж  он  бы  никоим  образом  не  позволил  любым  Небесным силам  делать что-либо  без  его  ведома.

   Все  без  исключения  силы  Мироздания  образуют  гармоничное  цельное единство  с  Всевышним.  Потому  его Воля, иногда непонятная  даже  Великим  Богам, является  наивысшей  и самой  разумной  из миллионов  решений  и  воль, величайших  сил  безконечного Пространства! На самом деле мы все  под  надёжным крылом Всевышнего, начиная  с мельчайших  живых  частиц, муравьёв, букашек, любых  животных, птиц  и  рыб, венца  творения – человека, и  заканчивая Богами  и величайшими  Демиургами Творения! Всех  рождает, оберегает  и вдохновляет  его  грандиозная, могучая  сила  и  Дух!  Мыслить иначе  -  заблуждение…  Ничто и ничего  во  всех  мирах  не  делается  без  его  всеохватывающей  Воли  и  энергии. Именно она и есть  критерий  правильности  выбранного  пути. 

   В  этой  простой  и понятной  схеме  нет и намёка  на какую-то  религию, на  присутствие  и влияние  всевозможных  эгрегоров, на вселенский  геноцид, как  это любят преподносить  демоны  разных  мастей.  В  этой схеме  есть  только  суть  великой гармонии, красоты  и любви, соподчинённая  глубинному  смыслу  целесообразности  всего  Мироздания. Замысел  Всемогущего велик  и  могуч, и никакая  сила не  в  состоянии  его изменить. Древнейшее название  его непознаваемых Путей  звучало именно как «РОК»!

  Любой  проявленный  образ  неизбежно  связан  с конечной  корневой  целью  и причиной  этого  смысла. Величайшего  смысла  Сущего. Наша задача, -  слиться  с ним  воедино, познавая  Его  в  миллионах  образов, мыслей, эмоций, чувств  и переживаний. Для  того, чтобы  в полной  мере  осознать  величие  Творца, мало об  этом просто  знать! Нужно  приложить  ещё  множество  энергий, душевных и  мистических  сил  на  пути  подобного  познания.

   Открывая  дверцу  за  дверцей  тайн  Всемогущей  Силы, мы  в  какой-то  момент  неизбежно  почувствуем  его  великое присутствие  внутри нас  самих. И наконец, поймём, что без  этой  могучей  силы  нам никак  не  обойтись.  Она даёт  и  дарит  абсолютно всё  на свете, ничего  не  требуя  взамен. Это и есть наша  сила, наше прозрение, наша  любовь, экстраполируемая  Им  через  нас, через  каждого. Он  живёт  и действует  через  жизни  людей, животных  и  птиц, всех  растений  и минералов.  Через  жизнь живой  воды  -  основы всякой  жизни, через воздух, огонь, через  плазму, через всё  на свете!

  Он  также живёт  в  миллиардах  светил, звёзд  и планет, из которых  состоят  все  Космосы  и  Галактики.

 Всеобъемлющая  сила  Творца  способна  трансформировать, преобразить  нашу  жизнь  в нечто  совершенно  удивительное  и  чарующее, в  новейшее  качество  самого  существования! Она  может  подарить человеку самое важное, что есть в  Мироздании  -  смысл  жизни, наполненный  свежими  полнокровными  энергиями, которые  изменят  всё  вокруг  до  высочайшей  степени  гармонии,  до сияющих  вершин  Духа, до осознания  душой  важности  всех  происходящих  процессов  бытия.

   Душа, достигшая  этих вершин, готова  будет  творить  то  же  самое, что  творит Всемогущий. Ибо, достигая  высших миров, она  получает  в подарок  все возможности  трансформации, величия  и творения. Утончая  свои  же поля  и энергии, каждый  может обрести  идентичные  Творцу  качества, наливаясь  великой  волшебной  силой. Наслаждение этим новым для  себя состоянием будет  постоянно  возрастать, превращаясь  в  Божественный  экстаз  неописуемой  красоты  и мощи!

  Интенсивность  сияния  знания и  безкорыстной  любви  достигнет  апогея, никогда  более  не  прекращаясь, и  мы  сможем  войти  вместе с живым  Творцом  в  её  величество  Вечность! Победа  над  суетой  сует  будет  окончательной  и  всеохватывающей!  Только  тогда, не раньше, мы  познаем, что  же такое  подлинное  величие! Мы  сможем  перемещаться  во  всём  Мироздании  без помощи  летательных  аппаратов, со  скоростью  поистине сказочной  -  мгновенно  оказываясь  в  любой  точке  любого  Космоса, Галактики  или Вселенной. Мы  сможем  обрести качества  Вечности  - никогда  не  умирать, стать  безсмертным существом. Мы  сможем стать  самим  творящим  Богом, вместе  с  Всевышним  будем  исцелять  разные  хвори  и  воскрешать при необходимости. Мы сможем  становиться  любым  существом, проникать куда  угодно, творить великие  чудеса, -  например, сотворять новые  миры, увеличивать своё  тело  до  размеров  целой  планеты  или  звезды…

   Нам  будут  открыты  все тайны  и  чудеса  Мироздания, которых великое множество. И  всё  благодаря  нашей  собственной  эволюции, благодаря  энергиям  Всевышнего, который  нас  и приводит  к  этому состоянию  своей  Всемогущей  Силой!

  Творец  живёт  нашими  жизнями,  одновременно  находясь во  всех  и во вся! Вместе  с тем, Его дальнее  подлинное жилище, находящееся  в  центре всего  Мироздания, отстоит  от нас  за  миллиарды  световых  лет! Теперь  представляешь  себе  Силу всех его  энергий, Мощь  его влияния  на  всех, и его  безкрайнюю  Волю?

- Пытаюсь  представить, но  это  очень  трудно, -  Алексей  задумался.

- То-то же… На  сегодня  пока  достаточно, -  ты  и так  многое  пережил.

- Дедушка!  Могу  я  передать  записку  для  генерала   с помощью  ваших  способностей?

-  Отчего  же  не можешь? Вполне. Успокой их, что ты  жив. Только  в  этой  записке  ничего конкретного.

-  А  как  вы  её  передадите?

-  Это моё  дело. Ты  же ещё не  знаешь  всех моих  возможностей.

-  Например?

-  Ну, допустим, кого  ты  сейчас видишь?

-  Вас, седого  лесника..

- А  сейчас?

  Алексей взглянул  и обомлел  -  перед  ним на  лавке сидела  его Ириша  и улыбалась. Капитан  вскочил:

-  Ирочка, ты  ли это?

   Ирина  вдруг  исчезла,  а вместо  неё  появился  генерал  Матвеев. Через  пару  секунд  старец  вновь  обрёл свой обычный облик.

-  Ну, вы  даёте!  -  восхищённо  произнёс  Алексей, -  это  что же  получается, вы можете  превращаться  в кого  угодно?!?

-  И не  только  это. Я  всего  лишь  набрасываю  на себя  тот  образ, который  нужен  в  какой-либо ситуации и пользуюсь  этим. Это  ещё  не  всё. Хочешь  апельсин, или  шоколад?

  От неожиданности предложения Ратников  не  знал, что сказать, поэтому  машинально  ответил:

 -  Хочу. И  то, и другое.

  Старец  закрыл глаза, положил  руки на стол, и прямо  перед  ним  вдруг  появились  на  белой  скатерти  сочный  апельсин  и  большая плитка шоколада «Алёнка».

  У  Алексея  от неожиданности  отвисла  челюсть:

-  Как  вы это  сделали?  Вы, наверное, волшебник  какой, или маг?!?

-  Неужели ты  так и не понял, что  всё  это -  пути  Всемогущего? Ты  обещал  ничему  не  удивляться. После Манифестации уже  мог  бы  и понять… А сделал я это просто, сынок. 33  года  обучения, в  процессе  которого  меня  учили и таким  штукам, как  материализация  из пространства  любого  предмета, любого  продукта…  Я  бы  мог  для  твоих  гостей, которые вчерась  приезжали, накрыть  на стол  скатерть-самобранку, уставив  на  ней  любые вкусные яства  и лакомства, -  окорока, салаты, чёрную и красную  икру, рахат-лукум, изюм, орехи, плоды, ягоды, молоко, квас, душистый  хлеб, и вообще  всё, что  угодно! Хоть заморские  продукты, хоть  наши. Но этого делать было  нельзя -  они  бы сразу  поняли  мои возможности, и взяли бы  в оборот. Скатерть  я  включаю  только  в случаях, когда  за столом  сидит  тот, кто  никогда  меня  не сдаст  ни  КГБ, ни разведке. Ты  думаешь, за  нами  не  охотятся?  Ещё  как!! За всеми  старцами, владеющими  подобными  техниками, идёт настоящая  охота, не  то, что  за  тобой!  Пару  раз  приехали, и всё, успокоились.  За нами  охотятся  самые сильные  демоны из преисподней  в человеческом  облике, и они  тоже  могут  творить  всякие  штуки… Они просто так  не  могут нас найти, потому что  за каждым  из  старцев  стоит  Великая  Всемогущая  Сила, против  которой  они  никогда не справятся! Они также  не  могут  нас  убить, так  как эта Сила  нас  защищает. В случае  явной  угрозы Всемогущий  делает нас недосягаемыми  и  невидимыми  для  врагов…

-  Дедушка!  Как  всё  это  необычно  и  интересно! Так  как  насчёт записки?  Ирина волнуется, генерал  тоже, да  и  Стаса надо  успокоить.

-  Пиши  что надо, и  если  ты  не возражаешь, я  прочту  записку  перед  тем, как  отправлять.

  Алексей  взял  ручку  и написал  несколько строк  на  бумаге.  Передал  её  деду. Тот  внимательно  прочёл:

-  Хорошо!  Никаких  конкретных  данных. По  этой  записке  они вряд  ли  смогут  тебя  найти. Завтра  же  генерал  получит её  прямо  в  руки.

-  Но  как?  Вам  же  придётся  ехать в город,  искать  прокуратуру, заходить  туда…

Дед с усмешкой  взглянул на капитана:

-  Наивный!  Идём на двор, кое-что покажу  тебе, чтобы  ты  понял  мою  силу.

   Они вышли на крыльцо. Старик  отошёл на десять метров, поглядел на Алексея внимательно и сказал:

-  Ну, гляди, милок… - и  стал медленно растворяться.

  Ратников  с  удивлением  наблюдал  за  исчезновением лесника, выжидая, что же будет дальше. Внезапно  за  спиной  у  него  раздался  спокойный  голос:

-  Я здесь, милок…

Алексей  обернулся  - дед  стоял на расстоянии  десяти  метров  от него.

-   Вы  переместились?!?  Но  как?

-  Придёт  время, узнаешь, как… Каждый  из  наших может вытворять  такие  штуки, и не только на  десять  метров, а  в  любую точку  земного  шара.

-  Даже  так?

-  Даже так. Многого, друг  мой,  ты ещё не  знаешь. Теперь  и  ты  будешь  знать, что  я  умею. Завтра  я  ненадолго  исчезну  отсюда, и  передам  твою записку  своим способом.

  Алексей  успокоился. Они зашли обратно в дом лесника.

- Вы  обещали мне  рассказать  о своём  Пути. Помните, перед  манифестацией?

-  Помню, помню, сынок. Что  ты  хочешь  узнать?

-  Всё,  что  вы  посчитаете  нужным  сообщить. Обещаю вам, что  об  этом  никто не узнает. Я  умею хранить тайны. Сколько  вам лет, дедушка?

-  А сколько  ты  дашь? -  дед  хитро  прищурился, - ты  апельсинчик-то  ешь, да  и шоколад  тоже… Всё  свежее.

-  Ну, лет  семьдесят, семьдесят  пять…

  Дед  усмехнулся:

-  Годочков  мне, сынок, ровно 137.

-  Сколько-сколько? -  Алексей  разинул  рот, уже  в который  раз.

- 137, ты  не  ослышался. Наши  древние  пращуры  жили  и по  400  лет, и по  пятьсот. Так что, по  старинным  меркам  я  ещё  вьюноша! Ты  хотел  знать правду, так слушай. Врать тебе  мне  нет резона. Ты  мне  как сын, а  отец  сыну никогда не соврёт… Родился  я  в 1853  году. На  Урале, вблизи  Златоуста. В  25  лет  судьба  меня  забросила на  Алтай. Там  я  поступил  в  ученики  к  одному  старцу. Учил он  меня  всяким  премудростям  ровно  33  года. В 1911 году  закончил  обучение. Получил  седьмую  ступень  посвящения. Через  два  года  мы  вместе  с  другими  старцами  в сибирском посёлке Курейка  делали  обряд-камлание  над  Сталиным, призывая  Бога  Индру  в его  тело. Сталин  был родным сыном  генерала  царской разведки Н.М. Пржевальского. Индра явился, вошёл в  тело Сталина, чтобы  одолеть  сильного  демона  из  преисподней, который  решил  ввергнуть всю  планету  в сплошное  рабство.  Земное  имя  этого  демона  -  Адольф. Недаром  впереди имени  стоит «Ад». Ну, это  отдельная история.

  В  период октябрьской Революции, в начале  1918 года по указу  Ленина снарядили  специальную экспедицию. Я  входил  в  её состав. Нас  было двадцать человек -  пятеро  старцев, пятеро учёных, остальные  десять  нас охраняли  с оружием. Это  были крепкие, здоровые  мужики, владеющие ножом, борьбой  и  искусством  боя, каждый  мог  уложить  на  месте  не меньше  пятерых противников. Мы занимались на  севере  России  поиском  старинных  кладов. Они  были нужны молодой советской республике.  Несколько древних  кладов  с драгоценностями  мы  отыскали в  1919-1920  годах, привезли в  Москву. Нас принимал  сам Ленин. Поблагодарил  за  помощь. Мы  привезли  тогда  в  казну несколько  миллионов  золотом. С  1920  года  по  1940 год я  плотно  взаимодействовал  с разведкой  и контрразведкой  Советской  Республики, вычисляли  «кротов»  в системе  НКВД. Вместе со старцами искали  древние  артефакты  в  Аргентине  и  в  Индии, было несколько  экспедиций  даже  в  Антарктиду. Поступила  информация  о  том, что именно в  Антарктиде  где-то  спрятаны  древнейшие  летательные  аппараты. В этих  экспедициях  я  также  принимал  участие. Аппараты  мы  нашли, но в 1936  году  они странным образом исчезли  оттуда.  Видать, кто-то  высший  их оседлал  и  на  них  улетел.

  В 1937 году по стране  прокатилась  чистка  рядов управленцев  и НКВД. Очень много  троцкистов  развелось. Нас вызвал  к  себе  Сталин  и  мы  долго  с ним общались. Иосиф  Виссарионович  прекрасно помнил  посёлок Курейку, и нас, - тех, кто  его посвящал  в  древний  культ. С  этого  года  наши старцы  плотно  контактировали  со  Сталиным, решая  многие  стратегические  задачи для  СССР. В  июне 1941  года, когда  демон  Адольф  всё-таки  нарушил  свои обещания,  в кабинете  у  Сталина  тайно  собрались  12 старцев, под  видом учёных, и предложили  в будущей  войне  с  Вермахтом  использовать их силу. Для  этой  цели  ему  было предложено  рассредоточить  всех двенадцать  своеобразной  решёткой  по всему  фронту, образуя  сакральный  знак. Между  каждым старцем должно  было быть  не меньше  300 километров. Нашей  главной  задачей  было  держать  цельность  энерго-поля  России, чтобы  тёмная  сила  не смогла  разрушить  его. «Если  этого  не  сделать, -  заявил  самый  опытный  старец  по имени Велияр, - то  война  может продлиться  до  25 лет! Противник  очень  силён!»

   Надо  было  добавить, что  почти все  в  германской  армии были  ариями, то есть  нашими  бывшими  братьями  по крови.  Беда  заключалась в том,  что  этих  ариев  оболванил  демон  Адольф, внушил  им  ложные  цели, и они, ослепшие  от  своей  исключительности  и  безнаказанности, двинули  свои дивизии  на Русь, не думая  о том, что будут  воевать против  своих  же  собратьев. Но  Сталину  этих  мыслей не  озвучили. Решено  было  проучить  зарвавшихся  «братьев», противопоставив  им русскую  силу и нашу совместную  мудрость. Решение  было вынесено, и  всех  12  старцев, в  том  числе  и меня, уже  88-летнего  деда, направили  на  фронт, рассредоточив  наши  силы  по всему  фронту. Я попал  в полковую  разведку, многие боевые операции разработаны  были  мною  лично. Частенько  лечил  раненых  бойцов своими  травами, которые  в сушёном  виде  взял  с собой  на фронт, -  три мешка. Почти все великие битвы  Отечественной были выиграны  благодаря  нашим усилиям. Война продлилась  вместо  25  лет  всего  3,5  года.  С блестящей  победой  Советской  Армии!  После  войны все  12  старцев  собрались  на Алтае. За  нами началась  охота  со стороны  троцкистов  и помогающих им  демонов. Они хотели отомстить  нам за  то, что  на  фронте мы  решали  многие  ключевые  операции. Было  решено срочно  «раствориться»  в  пространстве, исчезнуть  на некоторое время, дабы  эти  «охотнички»  вообще забыли о  нас.  С этой  целью  мы, предупредив  Сталина особым  образом - во сне, дематериализовались из СССР, переместившись на Тибет, в  древнейшие пещеры, где  сидят  в  самаддхи  наши  арийские  великаны. Тибетские  маги были в курсе  о нашем  перемещении, они-то  и   подготовили  нам  в этих пещерах  всё  необходимое  для проживания.  На  Тибете  мы стали  недосягаемыми  для  демонов - совместная  сила  двухсот  тибетских  магов, сила  семерых  арийских  великанов  оберегала  нас  от вторжения  тёмных  полчищ, делая  нас  «прозрачными»  в  пространстве. Там мы  пробыли около  пятнадцати  лет. Вот почему  до сих  пор  КГБ  никак  не может  понять, куда  все мы  девались  в 1945  году?  Для  них  факт нашего исчезновения  явился  загадкой.

  В  1960  году тех демонов, которые открыли  охоту на  нас, убрали с  земного  плана, и мы  вернулись  в СССР. Вернее, материализовались  на  Алтае. Жили  мы тогда  втроём у Велияра - он, я  и  Зореслав. Десять  лет  жили, помогали  людям словом и делом. С 1970  года  и по сей  день  я  работаю  лесником  здесь. Поступил  наказ  высших  хранителей  -  держать часть сибирского  энергополя. Выбор пал на меня.  Потому  меня  и  устроили  лесником, чтобы  быть  поближе  к  природе. А  тайга - это сплошная  антенна, здесь сотни тысяч  иголок  вокруг  на  каждом  хвойном  дереве, которые  дают  отличную связь  с  кристаллами  Зарина  на  звездолётах.

-  Звездолётах?!?  Я  не ослышался, дедушка?  Каких  звездолётах, какой  кристалл?

- Много  будешь, скоро  состаришься… Я  пошутил  -  весело  проговорил  дед, -  да, мы  держим постоянную  связь  со  Сварожичами, которые  живут  на  огромных  звездолётах  в  Космосе. Кристаллы  вечного Зарина принимают наши сигналы  и трансформируют их. Если  бы КГБ  обо всём  этом узнало, то  даже  они  были  бы  в  бо-ольшом  удивлении. Мы-то  скрываем  факт  связи  с  неземными  кораблями, -  рановато ещё  людям знать о  великих  Сварожичах.

-  А где  эти  корабли-звездолёты? Далеко  от Земли?

-  Они  находятся  в нашей  Солнечной системе. Два  звездолёта  курсируют  по  орбите  Марса, один  -  вокруг  Венеры.

-  И давно они тут находятся?  -  с  неподдельным интересом  спросил  Алексей.

- Пять  тысяч  лет, сынок, пять  тысяч… -  так  просто  произнёс  старец, что не поверить  ему  было невозможно.

- Ого!  -  воскликнул  Ратников.

- Придёт  твоё  время, очень скоро  придёт, ты  начнёшь  славить  Творца в своих  песнях и книгах, и  тогда  появятся  твои  собственные  небесные кураторы, которые  тебе  многие вещи сообщат. Главное, помни  о том, что  по  твоей  молитве  сам Всемогущий  послал меня  к  тебе  на помощь. Поэтому  жизнью ты  обязан  только  Ему  одному!  Его  и благодари…

-  Письмо. Летучка. Аресты. -

 

…На следующий  день у входа  в приёмную генерала, как будто  из воздуха, появился  тщедушный  человечек  в  кургузом костюмчике. Лицо  его  было  настолько  заурядным, почти  невзрачным, что  вряд  ли кто-то  смог  бы  его запомнить. Вот и сейчас, когда  он  вошёл  в приёмную, Нина  заметила  лишь  очки на  носу посетителя, поношенный  костюм  и  залысины  на голове. Он  был похож  на  какого-нибудь  захудалого  бухгалтера  из  Хацапетовки. Этот  человек  как-то вообще не запоминался! Он  вытащил  из кармана  какой-то  конверт  и  спокойно  сказал  секретарше:

- Меня попросили передать  вот  это  для генерала  Матвеева. Это  очень  важно. А  мне пора. Дела, извините.

-  От  кого  письмо? – спросила  она.

- Не могу  знать. Человек, который мне  его отдал, сказал, что  от  друга. Больше  ничего  не сказал.

  С  этими словами  гость  развернулся  и  вышел.  В  коридоре  было пусто, все были заняты  в своих  кабинетах. «Бухгалтер»  быстро прошёл  в конец  коридора, ступил на лестничную  площадку, остановился там, огляделся, и  вдруг  медленно  исчез. Как будто  и  не  был здесь вовсе.

  Нина  взяла конверт,  повертела  им  в  руках, хмыкнула  и  сняла  трубку:

-  Прохор  Степанович!  Вам  только  что принесли  какое-то  письмо.  Занести его?

-  Какое письмо? От кого?  Неси  его  сюда!

  Через минуту  заинтригованный  генерал уже  распечатывал  конверт, в котором  была  вложена  небольшая  записка. Развернув  её, он  стал  жадно  читать:

 

  «Здравствуйте, Степаныч! Я  жив-здоров. Меня  похитили люди Алмазова  по его  приказу. Немного помяли. Спас  меня  один  добрый и надёжный человек, он живёт  очень  далеко  от города, в  трёхстах  километрах  от Новосиба, в  одном посёлке. Сообщите  Ирине, пусть  не волнуется. Я  её  очень люблю! Скоро  придёт время, сам найду её, пусть ждёт... Показываться  в  НВ.СБ. мне  нельзя. Бандиты  найти  меня  не смогут. Завьялов - предатель и «крот» от бандитов. Алмазов – их глава по кличке «Кедрач». Этих  двоих  возьмите  под  плотный  контроль… Майоры  Лебедев и Макаров помогут обезвредить банду. Их  также  успокойте. Меня не  ищите. Это безполезно. Ратников».

 

-  Ниночка, кто  принёс  письмо?! -  спросил  он  по селектору.

-  Какой-то  маленький человек  в очках…Залысины. Бухгалтер, что ли? Не  знаю, он не представился.

-  Где  он  сейчас?

-  Ушёл, конечно.

-  Дежурного  офицера  ко  мне, немедленно!

-  Будет сделано, Степаныч!

 Нина  вызвала  с вахты лейтенанта, и  тот  незамедлительно явился перед  генералом.

-  Лейтенант! Кто  проходил  недавно  в прокуратуру?  Фамилия, имя, данные  паспорта?

-  Степаныч, в  последние  полчаса всё  было  тихо. Никто  вообще не проходил. Даже свои  - все  по кабинетам  сидят.

- Но  ведь кто-то  прошёл! И уже вышел!  Небольшого  росточка, в  очках, с залысинами, похож на бухгалтера. Вспоминай! Было это  десять-пятнадцать минут назад…

- Товарищ  генерал!  Можете сами  спуститься  и  проверить  журнал  посещений. Я на вахте с утра, и такого, как вы  описали, и  в  глаза не видывал.

- Что здесь  происходит?  -  рявкнул  генерал, -  неизвестно  какие  люди  проникают  в  серьёзное здание, передают мне  записку  и  исчезают. И никто их  не  видел. Только Нина. Принеси-ка мне  подробную  выписку  о  посетителях  за последние  три часа. Сейчас  же! И позови ко мне Капитонова.

-  Слушаюсь, товарищ генерал! -  лейтенант  козырнул  и поспешил  исполнять приказ.

  Матвеев  снял  трубку:

-  Стас!  Здравствуй!  Срочно  ко  мне, нужна твоя  помощь. Записка от Алексея  пришла, и тут  какие-то  исчезающие  маги  шастают по прокуратуре.

-  Всё  понял. Скоро  буду, Степаныч! -  Стас  отсоединился.

  В  дверь постучали.

- Да!

 Вошёл  капитан  Капитонов:

-  Звали, Степаныч?

- Да, Володя, звал…Возьми  пять-семь  человек и немедленно обыщите всё  здание, в  том числе подвал. Приметы - маленький человек, очки, смахивает на бухгалтера, поношенный  пиджачок. Приступайте!

-  Есть обыскать здание! А  что случилось?  - уже  на пороге  вскользь спросил капитан.

- Этот человек  мне нужен. Он  появился и исчез. На вахте его не видели. Действуй, Володя, скорее!

 

* * *

…Через  полчаса  появился Стас.

-  На, читай!  - и  генерал  сунул  ему записку.

  Стас  привык  к  молниеносности  действий, пробежал глазами текст, присвистнул  и поднял глаза  на Матвеева:

-  Так  это  же  здорово, что он жив!  Радоваться  надо…

-  Ты  уверен, что  это  его почерк, Стас?  Подставы  нет  никакой?

-  У  вас  есть  много  исписанных  его рукой  листочков. Он  же  дела  разбирал, что-то писал.  Сверить  не проблема.

-  Обязательно  сверим.

  В кабинет  заглянул  Капитонов:

-  Товарищ  генерал!  В  здании  упомянутого  гражданина  обнаружить  не  удалось. Никто его  нигде  не видел.

-  Свободен, капитан!  Благодарю за  службу!

-  Что  ещё  за  гражданин? -  заинтересованно  спросил  Стас.

- Да принёс  эту  записку  какой-то  замызганный  бухгалтер, и никаких  особых примет, только  очки  и залысины. А  потом  резко исчез. Чудеса какие-то. Ну  что  ты  будешь  делать в  такой  ситуации?

   Стас  вдруг засмеялся:

-  Узнаю деда, узнаю…

-  Какого деда? Ты что мелешь?  -  генерал  был явно сердит.

- Да есть тут один  хитрый  дедуля… Мне  про него ясновидцы  рассказали, что  его голыми руками не возьмёшь. По нашим прикидкам, Ратников  как раз у  него и находится. Но  дед не  опасный… Как раз наоборот. Мне сдаётся, что  этот дед  его и вытащил  из  лап  бандитов. Как  уж, не  знаю.

-  Ну-ка, с этого места  и поподробней!

  И Стас рассказал генералу  всё, что знал. О  двойном  визите к  леснику, об их  разговоре  с  ясновидящими, обо  всём. Генерал походил  по  кабинету, о чём-то размышляя.

-  Вот что, Стас! Деда пока не трогайте. Что  у  вас  с  Зориным  есть на Кедрача?  Колись!

 Стас  хитро  улыбнулся:

-  Есть кое-что  серьёзное.  Один  агент  прокололся  и сообщил  нам важные  сведения.

-  Как думаешь, есть основания  для  задержания?

-  У нас  материала на него  достаточно. Но  вот  в  записке  Ратникова  ясно  сказано, кто  такой Кедрач.  Как  мы  и подозревали  -  господин  Алмазов.

-  Сегодня  же  нужно  сделать официальную  экспертизу - сравнить почерк  Ратникова  в  записке  и в  его  бумагах. Если всё совпадёт, -  значит, будем брать Кедрача. А  за  ним  и  всю  банду.

- Кстати, Степаныч, мои люди  засекли  майора  Стекольникова  на  очень странной встрече, -  он встречался  с  вашим  Завьяловым  и  каким-то  мрачным  типом  в  меховом пальто. Было  это  позавчера, на  окраине  города, в глухой  лесопосадке. Мои ребята  устроили там  в кустах  засаду. И  ждали  три дня.  Мрачного  мы  «довели»  до его  дома, навели справки. Оказалось -  трижды  судим, -  грабёж и  разбой, кличка  «Стилет», сейчас  занимается  сомнительными делами, связан  с  цеховиками. Наверняка  правая  рука  Кедрача.

-  Так, прекрасно. Встречу  этой  троицы  догадались  заснять  на плёнку?

-  А  как же, Степаныч? Своё  дело  знаем.  Все  трое  в самых  лучших  видах.

- Сегодня  же  назначаю  срочную летучку. Сообщи о фактах в УГРО, майору Лебедеву. Ваше  присутствие  на летучке  желательно. Будем брать голубчиков. Хоть  это  и  ваша  компетенция, и УГРО,  но интересы  прокуратуры  явно  затронуты - как-никак  «важняк»  исчез! Это тебе  не  хухры-мухры…

   Когда  Стас  ушёл, генерал  набрал номер  начальника УВД, полковника Суровицына.

-  Пётр  Терентьевич, здравия  желаю!  Генерал  Матвеев говорит. У  нас в  14.00  срочная  летучка. Тема -  капитан  Ратников  и Кедрач. Думаю, вам  будет интересно  поприсутствовать  на ней. У  нас  с вами общий  интерес. Да, да, ждём вас!

 

* * *

  Через  два часа  в прокуратуре состоялась  летучка. Приехал  Стас с  Лебедевым. Прибыл  полковник  Суровицын. Завьялова по  личному  приказу  генерала отослали  с каким-то поручением в городской архив МВД, чтобы он не смог присутствовать на летучке. Собрались  только офицеры  в  количестве 9  человек. Результаты  срочной  экспертизы  лежали  у  генерала  на столе. Записку  писал  точно  капитан  Ратников, сомнений  быть не могло! Степаныч  вслух прочитал  всем её текст.

  Рокот  удивления  прокатился  среди  офицеров.

-  Товарищи  офицеры! Ратников  жив, и  это  главное.  Его кто-то  где-то спас, вытащил, и  сейчас он в  безопасности. Назрела  необходимость  брать  банду Кедрача. У  Стаса  Макарова  достаточно материала  на него и банду.  Что скажете, товарищ  полковник? -  и генерал  обратился  к  Суровицыну.

  Тот встал, крякнул.

-  Что скажу?  Есть  у нас  также  довольно много эпизодов  деятельности  банды  Кедрача. Я полагаю, что  медлить нельзя. Будем брать.

-  Ну, что  ж, вопрос решён, товарищи. У  кого-нибудь из  офицеров есть  ещё  какие-то  соображения  на этот счёт?

   Встал  майор  Лебедев:

-  Разрешите, товарищ  генерал?

-  Говорите, майор.

- Тут вот какое дело…  Один из наших  агентов, работающий  в  морге, три дня  назад нам  сообщил  следующий  интересный  факт - как  раз  в ночь  исчезновения  капитана  в морг  тайно привезли  трёх  мёртвых  бандитов. Как потом выяснилось, отравление сильнейшим ядом. Наш  агент  провёл  тщательную  работу  и  прояснил всю  картину. Бандиты  были привезены  как раз  с  той  заимки, которая  потом  сгорела. Где, по  нашим  версиям, они держали капитана  Ратникова.  В стаканах  из-под  водки  был обнаружен цианид, но  в  бутылках  ничего, - только водка.  Получается  странная  картина -  кто-то  вошёл, всыпал  пьяным  бандитам  цианид  прямо в стаканы, после  чего  они  умерли.  Кто  бы  это  мог  быть? Свой, или не свой, непонятно. Агент  говорит, что он знает  главаря, который  привозил  мертвяков, -  это  некий  душегуб  по кличке «Волк», бандит из бандитов, клейма  негде  ставить. Агент  очень  осторожно проследил  за  этим «Волком»  и  обнаружил, что  тот  связан  с В.Алмазовым  напрямую, -  несколько раз  приезжал  к  нему в  загородный  дом, и  два раза  они встречались в  одном ресторане…

-  Та-ак… Отлично, майор.  Оснований  для задержания  более  чем  достаточно. Улик  маловато,  но  и  того, что есть, уже  хватит, чтобы  взять его, -  вымолвил генерал, -  товарищ полковник, вы даёте  санкцию на  арест следующих граждан: Алмазова, он же Кедрач, майора МВД Завьялова,  майора КГБ Стекольникова, - это Стас, к  тебе, а  также  Золотарёва, Медвянского, Дубова  и Серебрякова?  Возьмёте  костяк  банды, а  дальше  будете  всех  «дожимать». Так  и  возьмём всю банду.

-  Да, санкцию даю! Наш  генерал  тоже горит  желанием арестовать  банду Кедрача. Пора брать их всех!

-  На  том и  порешим! Мои  санкции  уже  готовы. Действуйте!

 

 

…На  следующий  день  целый  автобус  спецназа городского управления МВД подкатил  к  загородной  даче  Алмазова, из него  высыпало  добрых  три  десятка  автоматчиков. С ними вышел подполковник, также  в камуфляжной  форме. Одной-единственной  атаки  на дом  хватило, чтобы  боевики  Алмазова  сдали оружие  без  боя, -  а  было их  всего-то  семеро. Против  тридцати  натасканных  «зубров» -  опытных  бойцов-спецназовцев, они  не  решились  развязать бой.  Все  бы  тут разом и полегли  при сопротивлении. Алмазов  наблюдал  в  окно  за  автоматчиками, схватил  пистолет, хотел  было стрелять в  окно, но передумал. Оружие сунул  в  нишу  под  камином. «Всё  равно  возьмут, псы… Значит, что-то нарыли! Как  я  их  ненавижу!..»

  И  обречённо рухнул  в кресло.

  Когда  автоматчики  ворвались в кабинет, Кедрач пустым  взглядом  глядел  в  потолок.  Руки  его  безжизненно  свисали  с кресла. Вошёл  подполковник, быстро  окинул  взглядом  убранство  кабинета, достал  из  кармана  какой-то листочек,  и  громко, внятно  произнёс, чеканя  каждое  слово:

-  Гражданин  Алмазов  Валерий  Михайлович! Вы  арестованы! Вот  санкция  прокурора  на арест. Прошу  следовать за  нами.

  Алмазов  очнулся  от сомнамбулического  состояния, вяло  посмотрел  на  офицера, тяжело поднялся  и подошёл  к  нему  близко. Молча, без  слов, протянул обе  руки. Наручники  захлопнулись  на его запястьях. Опаснейший  преступник  Кедрач, за  которым  охотились  целых  пять  лет, был  наконец-то  обезврежен.  Впереди  ему  ещё  предстояло  дознание, СИЗО, потом  решение  суда…

  В  тот  же день  взяли  и  всех  остальных  участников  банды  - Завьялова  арестовали  прямо  на выходе из  здания  архива, - подъехала  чёрная машина,  из неё вышли трое  в  штатском, представились  офицерами, и пригласили майора проехать  с ними  в управление МВД. «Это всё! -  подумал  бывший  майор, -  конец  карьере, конец  всему!» Он  прекрасно  понимал, что означает  это  приглашение  в  чёрную машину. В  здании  управления его  арестовали в  коридоре,  и  препроводили  в  камеру  СИЗО. Майора Стекольникова  взяли  под стражу  у  него  же  в кабинете. Цеховиков Золотарёва, Медвянского и  Серебрякова  арестовали  в  сауне, Дубова   -  у  него  дома…

  Расследование  деятельности  банды  длилось  три месяца. Трусоватый  Завьялов  сдал  с потрохами  всю  банду. Ему пообещали  вместо  «вышки»  всего  8  лет  «строгача», если  он  выдаст  всех. Что он и сделал  -  жизнь  дороже  всего. Стекольников  долго  кочевряжился, но  и он  также  рухнул  под нажимом улик.  Его  показания  явились  убийственными  для  Кедрача  и  цеховиков. Через  неделю  после тщательного  допроса  главарей взяли  и  всех остальных  членов  банды, -  Волка и  Стилета  в том числе.

  Исчез  «с концами» только  один  человек -  белобрысый  секретарь  Алмазова  по имени Виктор Александрович. Он, как  хитрая  лиса, почуял  опасность  и  за  два дня до  ареста  Кедрача  успел  «сделать ноги»  в неизвестном направлении.

  Наконец  состоялся  суд.  Всем  хотелось увидеть главаря  банды, который наводил  ужас на всю  округу  в  течение  пяти лет. Поэтому зал заседаний был  переполнен  людьми, в  том числе репортёрами из десяти местных газет и журналов. Фотографы издательств с разрешения властей  принялись  снимать  преступников, сидящих  на скамье подсудимых.

  Кедрач признался во всех  своих тяжких преступлениях, стараясь заработать себе смягчение  приговора. Признался  он  также  и в  похищении  капитана  Ратникова. Когда  была  произнесена  эта фамилия  в  зале суда, прокатился  рокот  по залу, многие  читали  статью  об  этом в  местной  прессе, и многим   хотелось  узнать  его дальнейшую  судьбу.  В  ходе  следствия  всплыла  и таёжная заимка, где  избивали  Ратникова, сам «Волк» признался  в  том, что  лично  наносил  удары по  лицу  капитана… При этом  люди  в  зале  ненавидящими  взорами  смерили  бандита, который  так спокойно  говорил  об избиении следователя.

  Похищенное  золото  и  оружие  с военных  складов  в  процессе следствия  было найдено, -  Кедрач  признался  в том, что он спрятал всё это в  отдалённой  и  заброшенной подземной  шахте,  куда  бы  никто  не сунулся  по причине  её  непригодности. А также  по  иной  причине: шахту  охраняли  двадцать человек  с автоматами, и  по всему её периметру были устроены  доты с пулемётами. Шахту взяли с помощью  снайперов. Пять  профессионалов  «сняли» 12  бандитов, остальные  вышли  с поднятыми руками, понимая, что лучше  сдаться, чем  валяться в грязи  с пробитой  башкой  или  грудью. Много  народного добра нашли  там  силовики.

  Исчезла  только  ценная  древесина  -  70  крупных  лесовозов, - как корова  языком слизала! Вероятнее  всего, её  успели  вывезти в Японию…

  Не  помогли Кедрачу высокие  связи  ни в министерствах  Москвы, ни  связи  с криминалитетом…  И  те, и другие  хотели спокойно спать, поэтому  просто  отвернулись  от  мафиози, предоставив милицейским органам Новосибирска, а  также  органам  КГБ самим  решать вопрос  о  его участи.

  В  итоге главарю  банды  Алмазову В.М.  присудили  «высшую меру  наказания -  расстрел!», Завьялов  получил  8  лет  строгого режима, Стекольников - 10  лет, трое цеховиков  и Дубов  получили  по 12  лет  колонии.  Остальные 112  человек  банды  получили  разные  сроки  в зависимости  от  тяжести…

  Эту  будоражащую  историю  с  исчезнувшим капитаном-важняком и Кедрачом-мафиози, который  его  похитил, люди  Новосибирска вспоминали  ещё  долго-долго, почти  десять  лет… 

  Но  на этом  наш роман не заканчивается.  Осталось поставить точку  в повествовании.

  Маленькую  ячейку мозга Алексея, где  хранился тайный  пароль  отцовской  смертельной  установки,  дед-ведун обработал  так, что память о пароле  стёрлась  навсегда. И можно было не бояться массовых смертей… 

 

⍟ ⍟ ⍟

- Выздоровление. Отъезд. Староверы. -

 

…Дед  сбросил  образ  «очкастого»  на пороге  своего дома. Ратников  сидел  за столом  и пил  чай.

-  Дедушка! Мне  так  полегчало  после  манифестации!

-  Я  думаю, -  такие энергии! Не мудрено. Передал  я  твою записку секретарю. Нина зовут её, так?

-  Верно, Ниночка!  -  опять удивился  Алексей, -  а как вы  её передали? Она вас  видела?

- Она видела того, кого нельзя  было запомнить, -  чужой  образ. Я  натянул маску бухгалтеришки. Ну  да  ладно… Представляю  себе  их  лица, когда  они начнут  искать у  себя  того, кого давно  уж  нет! Всё  равно, что искать чёрную  кошку в  тёмной  комнате…

 -  Особенно если там её нет! -  завершил Ратников.

    Они  оба  переглянулись и рассмеялись, ясно  представив  себе картинку поиска замызганного бухгалтера по всей прокуратуре…

 

* * *

…Ещё долгих два месяца после  этого смеха  жил  Алексей  у  лесного  старца, пока  полностью  не оклемался  после  страшных  побоев. За  это время  он зарос, отрастил  приличную  русую  бороду, а  также почерпнул  от  деда  массу  полезнейшей  информации, которую  нигде  не  прочтёшь.  Фёдор  Иванович  научил  его  спокойствию, выдержке  и  критическому  анализу  любых ситуаций. Он  услышал от старца ещё  многие удивительные  вещи о  старинной Великой Руси, о великих  Богах и  прекрасных Богинях, о  Шиве и Шакти, о Космосе и всём Мироздании. О Вечности, о предвечном Эросе, который  породил  в  Солярисе  Творца… «Когда-нибудь  ты  напишешь  об  этом  целый  большой роман! -  изрёк  дед  с  серьёзным видом, -  эту  тему  ещё  никто из  писателей не  поднимал по-настоящему!  Я  же  тебе  даю основу, фундамент, на  котором  будут  стоять  все  твои книги  и  песни…»  В  общем, Алексей  узнал  за  время, проведённое  у  старца  в  домике, столько  информации, сколько  он  не  узнал  бы  и  за  двадцать  лет!  И за  это  он  был  безконечно  благодарен деду  -  своему  спасителю!

  Наконец  Ратников  окреп, встал  на ноги. В  один  из  декабрьских  морозных дней  дед  принёс  ему  новый  паспорт  на  имя  Звягинцева Олега Николаевича, с вклеенной  его фотографией, с пропиской  в  городе  Воронеже, -  всё  как  положено, не  придерёшься.

-  Как вы  это  сделали? -  опять  удивился  Ратников.

- Ты  забываешь, кто я, и  где  служил. Слушай  внимательно  и  не  перебивай.  Займись  плотно  творчеством  -  песни, стихи, картины, книги. Славь Величие Творца,  и  у  тебя  всегда  будет  аудитория. Теперь насчёт  документов… С этим паспортом долетишь  до  Нижневартовска, затем поездом до Москвы. В Москве найдёшь улицу  Тимирязевскую, дом 27, квартиру 10. Там  живёт  мой  старый  друг  -  Валентин Петрович Железнов -  он  художник  в  театре. Чистой  души  человек!  Привет  ему передашь от  Ярияра. После  Москвы поезжай  к  себе  в Минск, только у  себя дома не «светись»! Мать свою  «вычисли» в  магазине, успокой, -  она поймёт. Дома тебя могут ещё  «пасти» из-за блокнота отца, кто угодно  может, любая  разведка мира! Я  за  три года  постараюсь  их  всех  нейтрализовать  на расстоянии. Чтобы  они тебя  вообще  перестали  дёргать. Подожди  маленько  -  года  три-четыре, поживи  где  хочешь, -  в  деревне, у  друзей, в  Москве у  Валентина. Через  три  года  можешь  смело  езжать  обратно  в  Минск  и делать  свой  прежний  паспорт. А  ещё  лучше  -  поищи  в своём  же  Роду фамилии  бабушек, дедушек, и  перейди  на  их  фамилии. Никто ничего  не  скажет  поперёк. Ты  имеешь полное  право  на это!  Иринку  вызови  через её  брата  в  Москву, только  аккуратно.  Пока  всё. Готовься  в  путь. Послезавтра  запрягаем Сивку, садимся на  сани  и преодолеваем 200  километров  по тайге. Два  дня  пути.

-  А ночевать  где  будем?

-  Увидишь…

…Два  дня  спустя, ранним  зимним  утром  дед  запряг  коня, и они тронулись  в путь. Целый  день, около  семи  часов, Сивка  неторопливо  ступал  по таёжным  дорогам, таща  за собой  сани  с  двумя  седоками. Иногда  снег  был  коню  по колено, он с  трудом  передвигался, но  такой малохоженый  участок  был  один, и  он скоро  закончился.  Их  длинная  ветка  длиною  в  70  вёрст  закончилась, и  наконец,  вывела  их  на  широкую, укатанную  другими  санями,  дорогу. Она  вела  дальше  за горизонт  узкой  лентой  и скрывалась  из  видимости  в  снежно-таёжной  дали.

- Ещё  100  вёрст  осталось, дальше  по тракту будет  быстрее, -  проговорил  старец, -  уже  вечереет. Пора  на ночлег, и  он  вдруг  резко  свернул  куда-то  вправо  от дороги, на  еле-еле  заметную  дорожку. Через  десять  минут  эта  дорожка, петляя, привела  их  к  небольшому, но уютному домику  с мансардой, одиноко  стоящему  у  самого  леса.

-  Здесь  и  заночуем…

-  А кто  здесь  живёт? – полюбопытствовал  Ратников.

-  Мои  друзья  с  дочкой, -  увидишь…

  Конь  остановился на  подворье, уставший  и  взмыленный, -  шутка  ли  -  целый  день  по тайге, по глубокому  снегу.  Летом бы, посуху, он  промчал  бы  это расстояние  за  два часа, но  снег  -  это  снег, он  сильно тормозит  продвижение.

  Навстречу им  из  домика  вышел  старик  с такой же  бородой, как и у деда  Фёдора. Они  обнялись:

-  Ярияр!

-  Велислав!

-  Как  ты?!

- Нормально. Я  с  гостем.

- Идём  в  дом. Коня  в  хлев  сейчас отведу. Там тепло  и  сухо. И наша  кобылка  стоит, скучает.

- Задай  ему овса  и  воды! -  дед  Фёдор  мог  бы  этого  и  не  говорить.

- А как  же? Всё  задам! Иди  в  дом.  Я  сейчас…

  Зайдя  в  дом, Ратников  увидел  простую, деревенскую  избу-сруб. Никаких  изысков  - печка, стол, скамейки, скатерти и  рушники  на  лавках. Кое-где  были развешаны  гирлянды  с  луком  и чесноком. Пахло домашним  хлебом  и  уютом. Такой  запах  обычно  присущ  многим  домам, где  есть  женская  заботливая  рука, а  ещё лучше  четыре  таких  руки…

  Вот и сейчас, когда  они  вошли, из  горницы  напротив  вышла  приятной  наружности  женщина  лет пятидесяти, абсолютно русская  на вид, а  за  ней  протиснулась  девушка-красавица  с русой  косой.  На вид  ей  можно  было  дать  не  больше  двадцати  пяти  лет. Высокую девичью грудь её  плотно  обтягивал  белый  домотканый  сарафан.  Пахло от неё  молоком  и  молодостью.

-  Дед  Ярияр  приехал! -  девушка  с большой  радостью  бросилась  на  шею  старцу, обнимая  и тиская  его  как  давнего  друга  или  любимого  мужа.

-  Ну-ну, будя, егоза!... Ну, приехал, и  что такого? 

- Да  ты у  нас бываешь раз  в  году, и то летом.  А тут зимой  решил  нагрянуть. С  чего бы  это?  -  молвила  женщина, - доча,  отцепись  от  дедушки!

- Да  вот, парня  везу  к  геологам в Бакчар, -  смеясь, отвечал дед, снимая  полушубок,  -  ишь  как соскучилась, родимая!  В Москву ему надо. Познакомься, Лёша, это свои. Хозяйку  зовут Ольга  Захаровна, дочку  ихнюю -  Настенька. А  это  Алексей, писатель и бард.

  Красавица, оставив деда  в покое,  с  интересом  взглянула  на  бородатого  молодого  человека, подала ему  руку:

-  Здравствуйте, Алексей! Очень  рады  вас  видеть вместе  с  дедушкой  Ярияром!  -  при этом  она так  лучезарно  и приятно улыбнулась, что  у  Ратникова  защемило  под  сердцем.  Если  бы  не Ирина, он  тут  же  и  остался  рядом  с ней, такой  близкой  и  родной, и  женился  бы  на ней  с превеликой  радостью, не задумываясь!

  Но, внешне  сдержавшись, он  нежно пожал  эту  мягкую, женственную  ручку  молодой  особы,  пожалев  в душе  о том, что завтра им  с дедом нужно вновь отправляться  в путь, далеко-далеко  от  этой  красоты…

 Вошёл  Велислав, в  миру Родионов Андрей Николаевич. Гостей  усадили  за  стол. Ольга  с дочкой  хлопотали  вокруг  мужиков, затем и сами присели за  стол. Настя оказалась  рядом  с ним. Кусок не лез в горло Алексею, -  он  всем существом  своим  чувствовал  близкое  дыхание  дочери  тайги, слышал  биение  её  сердечка. Она  же, ничего такого  не подозревая, всё  подливала  и подливала  ему  горячего, душистого  чаю  в  кружку. Долго  они  разговаривали  за  столом, -  часа  три-четыре, и  Ратников  разомлел  от  присутствия  таких  прекрасных  людей, от  близости  красавицы  Насти, от печки, излучающей  своё, такое русское  тепло… 

  Дед  что-то  интересное рассказывал, Велислав  с Ольгой, затаив дыхание,  слушали, а  перед  глазами  у  Алексея  стояла  новая  красавица, затмившая  собой  Ирину, -  родная  и  близкая  до боли! Они оставили старших  беседовать, а  сами  ушли  в  просторную горницу, где  Алексей  читал  Насте свои стихи, сидя  на  лавке.  Она  же, присев  напротив  на  кресло-качалку, закрыв  глаза, слушала их  самозабвенно, часы-кукушка  умиротворяющее  тикали… В  какой-то  миг  время  остановилось  для Алексея, и он  почувствовал  присутствие  Вечности! Этот великий момент  запомнился  ему  на  всю  жизнь.

  Затем  были долгие  приготовления  ко  сну. Его  положили  спать на  печку, Настя  спала  в  соседней комнатке  через  стенку.  Деда  Фёдора  определили  в  почётную  горницу, на  лучшее  место. А сами  хозяева ушли  спать на второй  этаж  -  мансарду,  куда  тепло  от печной трубы также  проникало  в  достаточной  мере.

  Наступила полночь. Алексей  уже почти стал  засыпать, как вдруг почувствовал прикосновение к своей руке. Он  сразу  понял, чья  эта  рука. Настя  стояла внизу у  печки, в  полумраке  домика, и  своим  жестом давала  понять, что  хочет  поговорить.

  Капитан свесился с  печки немного  вниз. Её  лицо  оказалось  так  близко, подрагивающие, чуть полноватые  губы манили  к  себе, указательный палец правой руки девушка приложила ко рту, образуя крестовину…

-  Молчи, милый  Лёша… -  шёпотом  произнесла  девушка, -  я влюбилась в  тебя  сразу, как  только  ты вошёл. Я  знаю, что  говорю. Мы  -  сибирские челдоны, и в нашем Роду  женщина  первая выбирает  мужа, но не наоборот. Ты  мне  очень  сильно  нравишься! Посватаешься  ко  мне?

  Ратников  не  знал, что  сказать.  С одной  стороны, Иринка, которую  он  продолжал  любить, и которая  души в  нём  не чаяла, а с  другой, -  вот  она рядом, писаная  умница-красавица, каковая сама  признаётся ему  в  любви, ещё  даже  не  зная всех  его  планов  и  раскладов.

- Я  сердцем  вижу  человека, -  продолжала  тихонько  Настюша, -  и  потом, дед  Ярияр  просто  так не  привёл  бы  к  нам  кого попало. Дед очень  мудр, и  раз  ты с ним, значит, ты  очень  достойный  человек.

- Дедушка меня  спас от  бандитов  два месяца  назад, -  решил  признаться Ратников этой милой Деве.

-  Что  ты  говоришь?  Правда?  Это  удивительно!  Я не  буду спрашивать  ничего  более…

-  Не  говори никому  об этом, прошу тебя! Это пока  тайна…- Алексей  прижал  её  руку  к  своей  груди.

   Девушка  почуяла  стук  его  сердца. Её  сердечко  забилось  рядом  в  унисон.

- У меня уже есть любимая, Настюша… Зовут  её  Иринка. Но ты милее всех!!! Прямо  сегодня  бы  и женился  на  тебе! -  и  он  тихонько  застонал, -  ну  почему всё так  странно  происходит?!?

-  Ничего  страшного, Алексей, -  всё  так  же  шёпотом  продолжала Настя, - у  многих  наших  мужиков в поселениях  по  две-три жены. Это нормально  для  нас, но  не  совсем  нормально  для  того  мира, где живёшь ты…

-  Это как  - по  две-три  жены? -  удивился Ратников.

-  А  вот  так! Древние  наши  прадеды  так  и  жили  большими  семьями, и рождали по  шестнадцать  детей.  Одна  жена не справится  с  такой задачей, две-три жены - легко! Так посватаешься? Ты мне  очень нужен!

- Я  должен серьёзно  всё  обдумать, взвесить… Потом  уже  дать ответ.  Ты  прекрасная и умная девушка, и  тоже  мне очень  нравишься, но  я  дал  другой своё  слово…

  При  этих  его словах  Настя  качнулась  вперёд, не  удержавшись  на  ногах, их губы оказались  настолько  близко  друг  от друга, что  они  оба, забыв обо  всём  на свете, уже  нисколько  не сдерживая себя, слились  воедино  в  пылком и нежном  поцелуе!  Пальцы  их  также  сплелись  в темноте,  жажда  ласки  переполняла  их, ток побежал  по телу -  ток  неистового  желания…

  Наконец, Настя  первая   мягко  завершила  поцелуй, отстранилась, пожала  ему  руку  и прошептала:

-  До  утра, мой  милый…

* * *

…Спозаранку, в  шесть  утра, дед  Фёдор  уже стоял  в  хлеву, поглаживая  Сивку. Зашла Настя  с  отцом.

  Девушка  стала  кормить  Зорьку, -  их  кобылку, а  Велислав  подошёл  к  деду, поздоровался и что-то  сказал ему на ухо. Этот  жест  не ускользнул  от внимательного  взгляда  девушки. Она сразу  поняла, что  речь касается  её  и Алексея.  Дальнейшие  слова деда  только  подтвердили  её  догадки.

  Дед  улыбнулся:

-  Это  их  дело. Сами разберутся, кто  с кем…

   Немного  зардевшись, Настя  докормила  кобылку, и  вышла  из  хлева.

Навстречу ей по снежной тропинке шёл  Алексей.

-  Здравствуй, Настюша!

-  Доброе  утро, Лёша!

   Немного  постояв  в  молчании, как  бы  любуясь  друг  другом, они неторопливо пошли вместе  к  домику.  Из  окошка  за  этой  красноречивой  картиной  наблюдала  мать -  Ольга. Улыбнувшись, она пошла  открывать  двери  молодым… Алексей  ей  тоже  нравился. Хороший  был бы зять!

   Немного  погодя, все  пятеро  сели  за стол.  Перекусили, испили  чаю.  Дед  засобирался:

-  Ну  что ж, хозяева  дорогие, Благо Дарим вам за  гостеприимство!  Нам пора. Алексей, пошли.

Алексей  поклонился  хозяевам, также  поблагодарил.

   Они вышли  во  двор. Конь  уже стоял, запряженный  в сани  и  прядал  ушами.

  Когда  они  уже  сели  в сани, Настя  метнулась  к  нему, взяла  за  руки  и горячо  произнесла:

-  Лёшенька!  Я  жду  тебя, жду!  Приезжай. Мой  постоянный почтовый  ящик в деревне Кожевниково на почте № 27. Через  него  всегда  можно  найти меня. Местный  адрес записан здесь, - и сунула  ему  в  руки  какую-то  записку.

Дед  влез  на сани, замахнулся  вожжами  и  крикнул:

- Но-о, пошёл, родимый!

  Алексей  видел, как  вслед  за удаляющимися  санями  бежит  Настя  и плачет…

  Выехали  на основной  тракт.  Конь побежал  быстрее. Алексей  развернул  записку  и  прочитал:

 

  «ЛЮБЛЮ  ТЕБЯ, МИЛЫЙ, и ЖДУ!

  Почт. адрес: Томская область, Кожевниковский район, с.Кожевниково,

п.о.№1, а/я 27, Родионовой  Настасье Андреевне.

Адрес домашний: Томская область, Кожевниковский район, дер. Новоуспенка, хутор Новоявленный, Родионовой Н.А.»

 

   Алексей  никогда  бы  не  мог предположить, что встретит  в  такой  глуши, среди  сплошной  тайги, подобный  идеал  женской  красоты, какую он  узрел в дочери Велислава.

-  Однако, Настасья-то  запала  на  тебя  сильно, -  услыхал он  слова  деда, -  может, женился  бы  тут, да  и  жили  бы  счастливо, детишек  нарожали  бы…

  Дед  как будто мысли  его  читал! Он  об этом  только  и  думал  -  о  новой  любимой  Настюше!  Но долг  чести  и слово, данное  Ирине, двигало  его  в  направлении  Москвы.

-  Повременю  пока  с этим, дедушка. У меня  же  пока ещё  Ирина  есть…

-  Смотри сам, жизнь  твоя…

  Всю  последующую  дорогу  они  молчали.  Конь  резво  домчал  их  за  семь  часов до  пункта  назначения, о  котором  Алексей  не имел  ни малейшего  представления.  Куда везёт  его  дед?  Зачем? Как  он  будет  без  денег  добираться  до  Москвы?  Дед  же только  хитро улыбался  в  седые  усы, изредка  покрикивая  на коня,  да  покрякивал  от  встряски  на  ухабах. В конце  концов  Ратников  оставил  эти  мысли, предоставив  всё  решать  Всемогущему.  Как  и  учил  его впереди сидящий  старец.

  Наконец, они  прибыли.  Пункт  назначения   представлял  собой  голое  пустынное  поле  с  одиноко стоящим  с  сторонке  домиком.  Как оказалось, это  была  посадочная  площадка  для  вертолёта. В  двух  милях  от этого поля  стоял  небольшой таёжный посёлок Бакчар. Именно  отсюда  забирал  вертолёт раз  в  два дня  геологов, людей, и  переправлял их  в  Нижневартовск.  Ждать осталось  недолго. Они  приехали вовремя.  Вертолёт  появился  над  их головами  через  пятнадцать минут.

  Из  домика высыпали  люди  с  рюкзаками  и зашагали  к  нему.  Дед  сказал:

-  Пора.  Идём  со мной.  Сивка, стой  здесь  и  никуда ни шагу! 

   Конь  закивал  головой, словно  понимая  хозяина.  Удивительно, даже  кони  понимают  деда!

  Они дошли  до  «вертушки», дед  через  окошко коротко переговорил  с  пилотом.  Тот его  хорошо  знал, улыбался, кивал  головой, поглядывая  на  стоящего  позади  старика  бородатого   молодого  «геолога».

Люди  неторопливо  загружали внутрь  железной птицы  свои  вещи  и  баулы…

Через  минуту  дед  повернулся  к  нему, обнял  на  прощание  и сказал:

-  Ну, прощай, Лексей!  Не  поминай  лихом. Через  пять  минут -  отлёт. На  этой  вертушке  долетишь  до  Нижневартовска. Потом  проще  -  Москва. Дальше  сам  разберёшься. Вот, держи… Давно тебе приготовил в дорогу.

-  Что  это?

-  Там  свёрток. В нём  тысяча  рублей.  Думаю, тебе  на год  хватит…

-  Дедушка, это же  очень  много! Я  буду  себя  неловко  чувствовать…

-  Дурашка!  Это  твои  же деньги!

-  Не понял, дед  Фёдор… Это как  -  мои?

- Неужели не  догадался?  Как-то ночью  я  появился  в  твоём  доме, нашёл  эти  деньги  и переместился  обратно. Вот  и  всё. Я  просто  их сохранил  для  тебя  же. Так  что  бери  и  лети!

-  Благодарю  за всё, дедушка!  Век  буду  о вас помнить!

   Над ними  завертелись  лопасти, добавляя шума.

- Настеньку помни, приезжай к ней. Она  хорошая  девушка, будет ждать  тебя… -  уже  сквозь  шум  вертушки  крикнул  дед.

  Алексей  резво  вспрыгнул  внутрь   машины, кто-то  закрыл  за ним  дверь. Вертушка плавно взмыла  в воздух.  Из  окошка  иллюминатора  Ратников  видел  в снежной  мгле  одинокую  фигурку  деда, который  его  спас  от  смерти, удаляющуюся к саням…  Через  минуту-две  и эта  фигурка, и  вся  тайга  скрылась  в  белой  пелене. Вертолёт  быстро  набрал  высоту  и  понёсся  на  север…

 

* * *

   В  Нижневартовске  Алексей  без  особых  проблем  взял  билет на вечерний поезд «Нижневартовск-Москва». Он помнил  слова  деда -  до Москвы  - только  поездом!

  До вечера  он погулял  по городу, кое-что прикупил, пообедал  в  кафе. Затем  была  длинная, скучная  поездка  в  полупустом  вагоне, протяжённостью  в  три дня.

  Приехав  в  Москву, Алексей  первым  делом  набрал рабочий номер Андрея Кочеткова. Тот практически  сразу  ответил.  Узнав  о том, что Ратников  в  Москве, Андрей  с радостью  предложил  ему  приехать к  нему  домой, на Пречистенку, в  18.00. Полдня  Алексей  бродил  по  Москве, прогуливаясь, а вечером они встретились  с Андреем  у  него  в квартире.  Коротко  рассказав  всю ситуацию, Алексей  попросил  Андрея позвонить  в  Новосибирск  и  позвать  Ирину  в Москву. Только  ничего  конкретного  ей  не говорить, в  целях  безопасности.

   Брат, соблюдая  все  меры предосторожности, позвонил сестре  и сказал ей, чтобы  она  немедленно вылетала  в  Москву.

- Тебя  ждёт  здесь  очень  необычный  сюрприз!  -  добавил он.

  Ирина, шестым  чувством  почуяв  любимого, бросила всё и  на следующий  день прилетела  в  Москву.     

  Андрей лично встретил  её  на машине, привёз  в квартиру. Каково  же  было  изумление девушки, когда  дверь  открыл  сам Алексей, живой  и  невредимый! Она  бросилась к нему  на  шею, плача и смеясь одновременно:

- Милый, милый, ты  жив! Какое  счастье, как  я  люблю тебя!  Как  я  истосковалась!

  В  последующий вечер сколько  радости  они  пережили вместе! Сколько было разговоров  за  вечерним  чаем, не  счесть!  Естественно, Ратников  всё  подробно  рассказал  Иринке, -  об  Алмазове, о  похищении, о старике-леснике… Лишь только  о  чудесах, которые  там видел  и слышал, решил  умолчать, помня  о  словах  деда, что, мол, рано  ещё  знать  людям  о таких  вещах.

   Спустя  три дня, вдоволь насладившись  друг  другом, они навестили  художника  Валентина  Петровича  на улице  Тимирязевской. Этот  приятный  человек  несказанно  обрадовался  их  визиту!  Всё  расспрашивал  о  дедушке -  как  он там, как здоровье, самочувствие… Ратников  всё  поведал  ему подробно, ничего не  утаивая. Они  отлично  пообщались  целый день...

  Позже, уже в  квартире Андрея, Алексей  рассказал  Ирине  о Насте  Родионовой, об  их  разговоре.  Умница Ирина всё  поняла, и  даже не стала ревновать. Они вдвоём  остались жить у Андрея. Ратников плотно  занялся  творчеством, стал  писать картины, песни, стихи… Через  три  месяца  они  вдвоём с Ириной  навестили  Минск. Вычислили  его  мать в магазине, как и предсказывал  старец. Вышли  из  него  и порознь направились в  ближайшее кафе. Хвоста  вроде  никакого  не  было, Алексей  тщательно всё  проверил. В  кафе  они как бы  случайно оказались за  одним столом  с матерью. Они  заказали  кофе  и пирожные. Алексей успокоил  её. Сказал, что  будет пока  жить в  Москве  вместе  с  Ириной.

- Ты  уже  взрослый человек, решай  сам, -  промолвила  мать, чуть всплакнув.

  Ирина  ей  явно  понравилась. Видела  бы его мама  Настюшу, то  ещё  больше  обрадовалась  бы! Настя  олицетворяла  собой  образ  идеальной  жены  и соратницы, ибо понимала  простую  вещь, -  именно  любящая  женщина  вдохновляет  мужчину  на  подвиги  и свершения, даёт  ему  необходимую  энергию и силу  посредством  безкорыстной  любви! Ирина также это понимала, но по-своему…

…Попрощавшись  с мамой, они уехали  обратно  в  Москву.

 

*  *  *

- Настя -

 

  Ещё  через  полгода, летом, Ирина с Алексеем  приехали  в село Кожевниково, затем подводой на  хутор  -  навестить  Настю.  Их  приезду  так  были рады  и родители  её, и сама  Настя, которая  буквально  повисла  на  нём  с криками радости, как гимнаст  повисает  на  турнике. Иринка, видя  такую  реакцию, поняла, что  со стороны  Насти  всё  очень серьёзно! Но, удивительное  дело, ни капли ревности  в ней  не возникло! Напротив, какое-то  доверие  к  этой  таёжной  красавице, которая  не по годам  была  мудра и разумна. А ведь между ними разница  была  всего  два  года.

  Они  прожили  в семье  Родионовых  целую неделю. За  это короткое время  Настя сошлась с  Ириной, и  они  стали  подружками «не разлей вода!». Иринка поразилась  обширным  познаниям  Насти во многих  сферах, в  особенности  в магии, эзотерики  и  геополитики  всей  Земли. Такие  глубокие и грамотные  знания  вкупе  с  её  очарованием  и женственностью  произвели  неизгладимое  впечатление  на  Иринку. Она поневоле  сравнивала  себя  с  ней, и  с огорчением  отмечала, что Настя  лидирует  по  всем показателям.

   В один из  субботних вечеров, когда  Велислав  с Ольгой   уехали  на подводе, на  пару  деньков в  соседнюю деревню навестить друзей, они остались  в  таёжном  домике  одни. Настя  надела  очень  красивое  платье  синего  цвета, которое сшила  сама. Зажгла  свечи.  Они втроём присели  за  стол  и Настя  торжественно  произнесла:

-  Лёшенька, Ириночка!  Вы  мне  очень  дороги, как  самые родные!  Я  хочу  спросить  у  Алексея  -  берёшь  ли ты  меня  в  законные  жёны, ибо  я  этого  страстно  желаю!?

-  Настя, милая!  Я  и  тебя  люблю…Но  Ирину тоже  люблю!  Как быть? -  воскликнул  Ратников.

- А мы обе любим тебя!!! Я  тебе  уже  ответила - помнишь?  У нас, челдонов, две-три  жены  у  нормального  мужчины  -  это  старорусская  норма. А что, лучше  будет, если  муж, имея  законную  жену  и детей, гуляет  «налево»  с любовницей, а то  и с  двумя?  От всех  троих  тщательно скрывая  факт  так  называемой «измены»?  Включается  ревность,  сжигающая  женщин  изнутри  подобно   пожару, у  каждой  из них включается ненависть к  конкуренткам, а нужно  всего  лишь  проявить  любовь, приведя  всех  троих  в  дом. Уж тогда  мужик  никогда  не пойдёт  налево, когда  у него  будет  под боком  две, или три  жены! Ни за какие  коврижки!  Ему  будет хватать  их с  переизбытком.  Люби Иринку, люби  меня, одно  другому  не мешает, а  только  обогащает и дополняет. Мы с  Ириной  уже  почти как  сёстры, будем  верными  тебе  жёнами!  Тебе  решать!..

- А  помнишь, я  загадала  желание, сидя  в  "кукушке" между  двумя капитанами? - невинно включилась Ира.

- Помню. И что же ты  загадала  тогда?

- Я  загадала, чтобы я  стала  твоей  женой, и  чтобы  ты  сильно  любил меня! Всё  сбылось, как видишь..

- Ах, ты, хитрюга!... -  Алексей  обнял  любимую.

…Потом они  втроём  мылись  в  бане, -  Алексей, Ирина и Настя. Только  здесь  он  оценил  совершенство  пленительных  форм  тела Настасьи, и  влюбился по  уши в  неё, не  забывая  и  про Иринку. В  конце  концов, они, забыв  о ложном  чувстве  стыда, тёрли  друг  другу  спинки,  хлестали  берёзовыми вениками, плескались  и веселились, как могут  веселиться  только  молодые, сильные  и  здоровые! Именно  после  этой  баньки  Ирина поняла Настю  почти полностью, и приняла  её  и сердцем  и душой, как равную ей самой Возлюбленную Алексея.

   После  баньки, чистые  и  распаренные, они пили  чай  за  столом, много  разговаривали, и  в  процессе этой  беседы  Ирина  полностью  поняла  мысль Насти  -  её  величество  Любовь  выбирает  достойного мужа через призму  женского  восприятия!.. Ещё  много  чего  она поняла из слов  Насти, -  как перетекают энергии  из  мужчины  в  женщину, и  наоборот. Она поняла  пути  прохождения  этих  энергий, как  мужчина  может  и умеет  распределять  свою  Великую  Любовь  на  двоих  или троих  женщин… При этом каждая  из них  счастлива   втройне, -  от  того, что  любимый  рядом, от того, что он любит  её  и  других  жён каждый  день, и  от того, что никуда  налево  не  гуляет, сохраняя  себя  и свои энергии  для своих  любимых  и детишек.  Получается, что каждый из  любящих  и любимых  залит счастьем  по  уши!  Что ещё  нужно пожелать?!?  Что  ещё  нужно, чтобы  понять такие  простые вещи?

 После доверительного  разговора  за  чаем  произошла их первая волшебная  ночь, -  он один  любил двух любящих его девушек самозабвенно, доводя  их  до  крайней  точки  экстаза.  Восемь  часов  сплошного счастья!  Истома  и вдохновение, Любовь  и ещё  раз  Любовь овладевала  их  сердцами, душами, умами  и телами.  Такого  мощного  пыла  и страсти, такого  ровного  и устойчивого  огня  Любви от Алексея Ирина  ещё  не знала, не ведала, -  она  как  бы заново открыла его способности. Она поняла, что  сила  любящего  её  мужчины  многократно  возрастает, когда  рядом  находится  ещё  кто-то  третий, кто  интенсивно  и  нежно участвует  в  этом  великом таинстве, усиливая  потоки  энергий Камы  - Богини  Любви!  Они  испытали  также  древнюю  русскую  технику -  КАМА  с  УТРА -  под  утро, перед Зарёй-Заряницей, способность Алексея  любить  их  обеих  возросла  неимоверно -  до небес! И  девушки  сразу  это  почувствовали  и приняли.

  Под  утро, счастливые  и уставшие, они  втроём  единодушно  решили  жить  вместе и  творить  счастье, дарить  Радость  и  наслаждение  друг  другу, невзирая  ни на  что, не  обращая внимания на ханжей!

   Впереди  их  ждала  ещё  одна  чарующая ночь! В  ней для всех  троих  чуть приоткрылась  завеса  такого  восторженного  состояния  духа, при  котором  душа  взлетает  с  неимоверной  скоростью  прямо  к  звёздам, и  несётся  там  стрелою, излучая  сплошное  золотое  сияние  Любви  на весь  окружающий  Космос! Это неведомое  и  новое  для  них  состояние, это излучение  здорово  влияло  на  протоки  энергий  Галактических  звёзд, промывая  их  чистейшей  родниковой  водой  Великой Любви!

  Приехали  родители  Настюши.  Завидев  сияющую  радостью  троицу, они  всё  поняли, так как сами были челдонами  и  в  теме. Велислав  с  Ольгой как раз  ждали  вторую  жену Ярославу, которая  к  ним уже  ехала  из  Красноярска.

   Настасья  объявила  родителям, что  хочет  быть  женой  Алексея, и  хочет  уехать  вместе с ним  и Ириной  в  Москву, поэтому  просит  у них благословения. Родители  без  колебаний  благословили  их, и пожелали  скорейшего  рождения  внуков.  Ирина  находилась рядом, всё  видела  и слышала, и новейшая  волна Любви, всеобъемлющей  и  сладостной, поднялась  в  её  душе.  Она  наконец-то  поняла  по-настоящему, что такое  отношения  между  любящими  людьми…

 На  следующий  день  Велислав  отвёз молодых  к вертолёту, распрощался  с ними.

  Ещё  через  два  дня  Ратников  с  двумя  красавицами-жёнами, которые  уже  сдружились, появился  в Москве, у  Андрея Кочеткова.

   Прошёл  год… Первого  малыша  родила  Ирина. Назвали Фёдором, в честь  деда. Ещё  через  год  родила и Настюша, -  на  сей  раз  получилась  девочка.  Назвали Светленой. Детишки  росли  здоровые и крепкие, окружённые  тройной  заботой -  двух  мам  и одного  отца. И  ничто и никто  не  смог  бы  помешать  их  совместному  счастью!..

    Спустя  три  года  после  описанных  событий  Алексей  восстановил  свои  документы  через  Минск, но  взял  бабушкину  фамилию  и  фамилию  отца. Получилась  двойная  фамилия, как  у  Новикова-Прибоя, у  Салтыкова-Щедрина, или  как  у  Мамина-Сибиряка… 

 

⍟⍟⍟

- Post Scriptum -

 

…Прошло  5  лет.

  Генерал  Матвеев  жил  в загородном  домике  вместе  с женой, выращивая  огурцы, капусту  и  редиску  на  своём участке. Прокуратуру  возглавил  новый  человек, присланный  из  Красноярска. Степаныч  за  операцию «Кедрач»  получил  орден «Боевого Красного  Знамени»  и  повышение  в  звании. В  отставку  он  ушёл  в  чине  генерал-лейтенанта.

  Как-то  летом  почтальон  принёс ему  письмо. Распечатав  конверт, он  увидал  одну-единственную  цветную  фотографию, с которой  на него  смотрел  Алексей  Ратников на  фоне зелёного парка с  двумя  детьми  на  руках, улыбающийся и  счастливый. По  бокам  от него  стояли  две очень  красивые  женщины, прильнув  своими  прелестными  головками  к  его сильным  плечам. В одной  из них  генерал  с  трудом  узнал  Ирину, а  другая  была  просто  русской писаной  красавицей  с  великолепной  русой  косой  до пояса.

  Перевернув  фото, генерал  прочитал:

«На  память  Степанычу  от Ратникова. У меня всё прекрасно! Две  жены, двое  детей. Живём в Москве. Слева  Ирина, справа  - Настасья. Детки – Фёдор и Светлена. Здоровья  вам, Степаныч, любви, долгих лет  жизни и  благосостояния!  Мои  любимые  жёны  желают  вам  того же! Стасу большой  привет!...»

  Генерал улыбнулся  и мысленно  пожелал  Алексею  здоровья  и благ…

 

* * *

…В  сентябре  того же  года  бывшего «важняка» вместе  с Ириной и Настюшей  пригласили в  Москве на эзотерическую встречу, где  много  лекторов и  ораторов  рассказывали о Всевышнем, о Мироздании, о  Вселенной. Обсуждалась  книга Н.К. и Е.И.Рерихов «Агни-йога(Живая Этика)». В перерыве за чашкой  кофе они  познакомились с одним товарищем, который  всё  время  повторял, что его  вытащил  сам  Бог  из  очень  неприятного  и страшного  расклада  в  Новосибирске. При слове  «Новосибирск»  Алексей  насторожился  и  осторожно  спросил:

-  Когда  это было, Николай? -  так  звали их  нового  знакомого.

-  5  лет  назад, в  октябре  месяце.

  Кое-что предчувствуя, Алексей  попросил  Николая  немного рассказать  о  той  ситуации.  Оказывается, этот человек  когда-то  был  боевиком, служил  Кедрачу,  хотя его  самого  никогда так и не видел. Он  поведал  Алексею  уже  знакомую  читателям историю  об  исчезнувшем  на  заимке капитане,  об  аресте  Кедрача  и  всей  банды. Сам Николай  в это время  уехал  к  бабушке  в  Челябинск, там прихворнул, и  поэтому чудом  избежал  ареста. Бабушка его  была  глубоко верующей  женщиной, именно  через  неё  и пришло  спасение  Николаю. Он  поверил  в  Бога, и с  тех пор  отошёл от бандитских  дел…

   Этот  бывший боевик так его и не узнал, хотя  они пересекались  всего один раз. Именно этот Николай  сопровождал  Ратникова в  машине вместе  с  другими  бандитами  от  терема Алмазова  до заимки, где  его  позже  пытали. А  не узнал  он  его по той причине, что  на  глазах  у  капитана  была  повязка, да ещё кляп во рту! Попробуй-ка  узнай  кого-то  после  такого видочка? Нереально! Они  втроём  только  привезли  Ратникова  на заимку, передали  его  другим  четверым бандитам, а сами  уехали. На третий  день после  этого Николай  уехал  в  Челябинск. Он сам  был  поражён  загадочным  исчезновением  капитана  не меньше  других… И только  спустя год  он  узнал  всю  правду. Оказывается, один-единственный  капитан прокуратуры разворошил  всю банду  и  явился  причиной  её  полного  ареста! Потом, спустя  десять  лет, эту  историю многие люди Новосибирска ещё  вспоминали  как  необычную, таинственную  и  примечательную. А  исчезнувшего  капитана  считали  героем! Алексей даже не знал о том, что его заочно наградили орденом «Красной Звезды» за  операцию «Кедрач